Закон притяжения. Его студентка - Людмила Сладкова

— Почему?

Не выдержав, Виктор повысил голос:

— Потому, что ты напридумывала себе того, чего в природе не существует! Потому, что мы договаривались обрубить все концы, если одному из нас однажды наскучит наша связь — и мне она наскучила! Потому, что наш с тобой секс без обязательств изжил себя! Потому, что мы ничего друг другу не должны! Потому, что…

— Можешь говорить что угодно! — воинственно скрестив руки на груди, ехидно пропела Татьяна. — Но я никуда не уйду!

Буквально охренев от подобного заявления, Виктор ошарашенно уставился на сожительницу.

— Повтори-ка? — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Я. Никуда. Не уйду.

— И что же помешает мне выставить тебя за дверь прямо сейчас?

— Обстоятельства, — девушка невинно захлопала ресницами.

Макаров же, из последних сил сдерживаясь от трехэтажных матов, уточнил:

— Какие обстоятельства, Таня?

Нервно передернув плечами, она пафосно заявила:

— Я вполне могу носить под сердцем твоего ребенка!

Мужчина улыбнулся. Тяжело вздохнул и осуждающе поцокал языком.

— Старая как мир сказочка! Прекрати бредить, ладно? Не заставляй напоминать тебе, что ты принимаешь противозачаточные, а я всегда… всегда пользуюсь резинками! Двойная контрацепция. О какой беременности речь?

Татьяна демонстративно стряхнула с его рубашки несуществующие пылинки и ошарашила признанием:

— Может, тебя это удивит, но ни разу… никогда в своей жизни я не принимала таблетки. Зачем бы я стала травить себя, если ты все равно ко мне без презервативов не подходил? А теперь вспомни, сколько раз рвались твои силиконовые друзья, когда ты жарил меня в образе распутной студентки? М?

«Твою ж… сука! Не может быть!»

В районе солнечного сплетения что-то зверски заныло от тревоги.

Дышать стало чертовски сложно. И пока он приходил в себя, Таня продолжала верещать, точно голубь на проводе. Без умолку.

— Предупреждаю сразу: аборт делать я не стану не при каких обстоятельствах. Если все же залетела, буду рожать. Имей это в виду! Как и то, что я не уйду из твоего дома до тех пор, пока не буду уверена на сто процентов, что ты мне пузо не набил!

Восстановить самообладание было сложно.

И тем не менее Виктору удалось взять себя в руки.

Достав из кармана пачку сигарет, он зажал одну из них губами и подпалил прямо в квартире. Затянувшись до белых рябей в глазах, до боли в ребрах и жжения в легких, мужчина глухо произнес:

— Как скоро ты об этом узнаешь?

— Через две-три недели.

— Что ж, — вновь щедро хапнул горьковатого дыма, — я тебя услышал! А теперь услышь меня и ты. На случай, если вздумаешь развести меня, как лоха, знай — современная медицина позволяет определить срок беременности вплоть до нескольких часов! Это я к тому, что чужого ребенка повесить на меня не удастся. Даже если время зачатия не вызовет у меня подозрений, я все равно проведу тест на установление отцовства после рождения малыша.

— Расслабься! Я не собираюсь тебя обманывать! — обиженно фыркнула девушка. — Если беременность не подтвердится, я просто уйду из твоей жизни, как ты того и хочешь… Ну, а пока мы можем немного…

— Не можем! — обрубил строго. — Я поживу в комнате для гостей!

Она крикнула что-то ему в спину, но он не разобрал ни слова.

Пульс остервенело долбил по вискам. В ушах страшно гудело.

Будто обессилев, нетвердой походкой Виктор двинулся в запасную спальню.

Ощущая себя зверем, загнанным в угол, нервно заметался по комнате.

«Как же так? Как я умудрился вляпаться во все это дерьмо? Вот тебе и свободные отношения… во всей, сука, красе! Получи, распишись!»

Мысли, хаотично сменяющие друг друга, угрожали взорвать черепную коробку к чертям собачьим. В какой-то момент, почувствовав себя выжатым, точно пресловутый лимон, он распластался на кровати прямо поверх покрывала и крепко зажмурился, отказываясь верить в происходящее.

А спустя некоторое время и вовсе забылся тревожным сном.

Его разбудил звонок. Звонок в дверь.

Бегло взглянув на наручные часы, светящиеся в темноте, мужчина с удивлением обнаружил, что посетитель (кем бы он ни был) довольно поздний. Шел уже третий час ночи. Настойчивая трель повторилась.

На сей раз Макаров заставил себя подняться с постели и дошагать до прихожей. Однако, взглянув в дверной глазок, Виктор буквально остолбенел.

Сердце так отчаянно в груди трепыхнулось, что чудом ребра целы остались.

«Какого черта? Лена?»

Спустя секунду, недоуменно хмурясь, он впустил ее внутрь.

Взволнованную. Раскрасневшуюся. Смущенную до крайности.

А вместе с тем решительную и чертовски сексуальную.

— Что случилось? — прохрипел чужим голосом.

Пронзая лихорадочным блеском своих голубых ангельских глаз, девушка медленно вторглась в его личное пространство.

Дурманя рассудок. Будоража кровь.

А после она тихо произнесла:

— Одна ночь! Я хочу провести с тобой эту ночь!

— Детка…

— Хочу!

Все, что когда-либо сдерживало его, отошло на второй план.

Растворилось под натиском их безумия. Дикости. Страсти.

Подхватив ее на руки, Макаров молча понес малявку в свою комнату. Заперев дверь изнутри, торопливо швырнул ее на постель.

Секунда. И вот он уже навалился сверху, точно одержимый, набрасываясь на ее губы. Стон… отчаянный, мучительный, разрезал тишину спальни.

— Малышка! Моя малышка!

— Возьми меня! — с упоением отвечала на его ласки Белова. — Я так сильно хочу! Прошу! Пожалуйста, Витюнечка!

«Так, стоп! Как она меня назвала?»

Это было сродни ледяному душу в самый разгар жаркого дня.

Потому что Лена никогда так не сказала бы!

Вздрогнув, Виктор внезапно… открыл глаза. Окончательно проснулся.

И обнаружил в своей постели Татьяну, отчаянно пытающуюся избавить его от одежды в перерывах между их жаркими поцелуями.

«Нет! Нет! Стоп!»

Грязно ругнувшись, Макаров вскочил на ноги. Да так быстро, будто увидел в кровати не обнаженную девушку, а ядовитую змею.

— Таня, бл*дь! Что происходит? — прогромыхал, когда вновь обрел способность разговаривать. — Ты зачем сюда пришла?

— Извини! — жалобно пропищала та в ответ. — Я думала, ты тоже хочешь!

Пожалуй, лишь в ту самую минуту он понял, чего жаждет на самом деле.