Почти касаясь - Колин Оукли

Какая-то часть меня хотела обсудить это с терапевтом Айжи, хоть с кем-то об этом поговорить, но я понимал, что я сюда пришел не о себе говорить.

Я сидел, положив руки на деревянные подлокотники, перед столом Дженет, готовый к нашей ежемесячной проверке.

– Ну что, как он?

Она наклонила голову:

– А как вы думаете, как он?

Боже. Ну да, следовало подумать получше, прежде чем ждать прямого ответа от психотерапевта.

– Хорошо. – И тут же я начал увиливать. – Точнее, думаю, что лучше.

Никаких сильных приступов не было, и я считаю, что это победа.

– Вы говорили с ним о родителях?

Я заерзал на сиденье. Могли быть хоть подушку сюда подложить.

– Я пытался.

– И как прошло?

– Не очень.

– Хм-м-м.

Стало так тихо, что я почти слышал, как часы, висящие на стене справа, отсчитывают секунды.

– Кто такая Джубили?

Я тут же посмотрел на нее.

– Что?

– Он о ней много говорит.

Я кашлянул.

– Это библиотекарь. Та, что спасла ему жизнь. В реке, тогда.

– Кажется, она ему нравится.

– Да-да. – Я почесал подбородок. – Думаю, они друг друга понимают.

Она задумчиво кивнула.

– Хотя меня беспокоят некоторые его навязчивые идеи о ней.

– В смысле?

– Он считает, что у нее аллергия на людей.

– Хех. – Мне вдруг так захотелось стать сильнее, защитить Джубили. Ее жизнь, ее болезнь – все это не касается Дженет. Но еще я не хотел, чтобы Айжа выглядел еще более странным, чем он есть. И мой внутренний отец выигрывает. – Вообще-то так и есть.

Теперь был черед Дженет поднять бровь. Мне отчего-то нравилось ее разуверять.

– Правда?

– Да, это какая-то генетическая болезнь, вроде мутации. Редкая.

Я прочел статью в «Нью-Йорк таймс». Дважды. Первый раз ошарашенно, будто бы я читал о незнакомом мне человеке. А потом уже думая о Джубили, пытаясь понять, как она живет. На что это похоже.

Дженет снова обрела контроль над собой.

– Но у нее же нет никаких суперспособностей… о которых вы знаете?

Она чуть улыбнулась, будто бы это была шутка, понятная только нам двоим.

Я не реагирую.

– Нет. Ни о чем таком я не знаю.

Она кивнула.

– Айжа думает, что мутация, вызвавшая ее аллергию, которую я, признаюсь, не сочла реальной, сделала из нее какое-то чудо эволюции и что у нее есть какие-то скрытые или явные суперсилы.

И даже несмотря на то, что я знал, что сейчас все серьезно, что мне стоит из-за этого волноваться, я не мог не улыбнуться, представив Джубили в образе супергероини, которая спасает мир. И тут я задумался, насколько Айже нужна терапия. Да, я знал, что у него бывают… приступы, связанные со смертью его родителей. Но разве это все не результат здорового воображения десятилетнего мальчишки?

И я говорю все это Дженет, добавив:

– Он много читает про «Людей-Икс». Это его любимые комиксы, там именно про таких и пишут – генетических мутантов с удивительными способностями.

– Довольно. – Она жестом меня остановила. – Я не хочу переворачивать все его прошлое и рассматривать все принятые им решения. Я просто хочу убедиться, что сейчас мы для него делаем все возможное.

Мой внутренний стражник опустил алебарду.

– Знаю. Понимаю. Я тоже.

Я встал, взял пальто со спинки стула. Когда я надел его и пошел к двери, Дженет меня окликнула:

– Эрик?

Я обернулся.

– Да.

Она посмотрела на меня строго, но не без доброты.

– Поговорите с ним. Вам нужно пробовать еще и еще. С детьми часто получается не с первого раза.

Я кивнул, подумав об Элли. Мне ли не знать.