Осенний трон - Элизабет Чедвик (Англия)

Винчестерский замок,

апрель 1187 года

Не сводя глаз с куска курятины, который Рихенза зажала указательным и большим пальцем, пятнистый спаниель сидел, как ему было приказано, и в предвкушении облизывался.

– Лапу, – скомандовала Рихенза.

Собака немедленно вытянула переднюю лапу и заскулила.

– Хороший мальчик. – Рихенза бросила мясо, и в ловком прыжке пес поймал награду, проглотил и просительно уставился на девочку, ожидая добавки.

– Ты перекормишь его, – предупредила внучку Алиенора, качая головой, но не в силах сдержать улыбку.

Рихенза и Мойси, когда-то принадлежавший Жоффруа, стали неразлучны с того момента, как королева решила оставить собаку при себе. Он всюду ходил за девочкой. Когда та ездила верхом, пес устраивался рядом с ней на седле, а по ночам спал в изножье ее кровати, привольно раскинувшись на спине и открывая всему миру на обозрение свое мохнатое собачье достоинство.

– Не перекормлю. Я с ним подольше погуляю, обещаю. – Рихенза потянулась за новым куском мяса.

Алиенора окинула внучку любящим взором. Рихензе было уже почти шестнадцать лет. Она превратилась в крепкую и активную девушку, с гривой рыжих кудрей и глазами цвета морской синевы. Черты ее лица были правильными, а когда она улыбалась, то будто всходило солнце. Сразу несколько знатных мужчин боролись за ее руку, и пока всех опережал Жоффруа, наследник рода Ротру, будущий граф дю Перш. Однако переговоры только начались. Еще неизвестно, приведут ли они к согласию сторон.

Алиенора собиралась пойти проверить, закончил ли ее писец работу над хартией о передаче одному монастырю нескольких полей и мельницы, но ей помешало появление гонца. Как обычно, первым встречать незнакомца бросился Мойси. Он вскочил на задние лапы, отчего стал казаться гораздо крупнее, и принялся обнюхивать поясную сумку пришельца на предмет гостинца. Рихенза схватила пса за красный кожаный поводок и оттащила в сторону. Сколько ни тренировала она спаниеля, все успехи пока ограничивались выпрашиванием еды.

– Госпожа, я привез вести из Бретани. – Гонец опустился на колено и протянул королеве письмо. – Княгиня Констанция благополучно разрешилась от бремени. У нее сын.

Алиенора взяла письмо и посмотрела на печать – это была печать Генриха. Значит, послание сперва было доставлено ему. Она развернула пергамент, но почерк оказался слишком мелким, и Алиенора передала письмо Рихензе.

Текст, который зачитала девушка, состоял из формальных фраз и голых фактов. Зачатие произошло незадолго до смерти Жоффруа в августе прошлого года, и теперь ребенок появился на свет, и был он мужского пола.

– А нарекли его Артуром, – закончила читать Рихенза и отложила пергамент.

Примечательное имя с узнаваемыми бретонскими корнями. Появление бретонского наследника становилось также новым фактором в порядке наследования королевства. Законникам предстоит решить, идет ли он за Ричардом или за Иоанном, но в любом случае новорожденный мальчик очень близок к трону.

Алиенора велела Бельбель принести флягу лучшего гасконского вина.

– Мы должны поднять тост за рождение твоего нового кузена, – сказала она Рихензе.

– И твоего нового внука, – осторожно добавила Рихенза. Она всматривалась в лицо бабушки, стараясь понять ее реакцию на известие.

– Да. – Под улыбкой Алиенора прятала боль. – Мне очень грустно, что Жоффруа нет с нами. Ему не довелось увидеть своего сына, но, по крайней мере, он успел передать нам частичку себя. Мы должны поблагодарить Господа за это. И можешь вместе со мной выбрать подарки для Констанции и младенца. – Она еще раз примерилась к имени: Артур… слишком непривычно. В нем чувствовался вызов, хотя понятно, почему ребенка не назвали Генрихом, Уильямом или Ричардом.

Алиенора усадила на запястье своего нового кречета. Молодую птицу только начали обучать, и она возбужденно танцевала на перчатке королевы, била крыльями и пронзительно кричала. Ее назвали Сноуит – «белоснежная», – и в самом деле перья на грудке сияли, как свежевыпавший снег. Крылья усеивали сероватые веснушки, а глаза блестели, будто обсидиановые зеркальца.

– Ты готова? – спросила Алиенора Рихензу, которая уверенно кружила по двору на гнедом жеребце.

– Да, бабушка. – Внучка улыбнулась и погладила Мойси, сидящего перед ней на седле.

Вместе с эскортом они поскакали в холмы. Алиенора наслаждалась ветром, бьющим в лицо, таким свежим, таким бодрящим. Сентябрьский день выдался ясным и ярким. Хотя ночи удлинялись и неуклонно надвигалась осень, природа не хотела расставаться с летом.