Ирландский воин - Крис Кеннеди

— Да, очень теплую.

— Я у вас в долгу, миледи. — Сенна склонила голову. — А когда Финниан вернется?

— Он знает, где его комната, — ответила Лаззар.

— Его… комната?

— Да, та, где он останавливается, когда прибывает к нам с визитом. Он велел разместить там вас обоих.

— Понятно. — Щеки Сенны вспыхнули, а Лаззар с мягкой улыбкой проговорила:

— Говорят, вы вытащили лорда Финниана с того света, и за это мы все в долгу перед вами.

Сенна поджала губы. Ах, все это было ужасно, но… чего же еще она ожидала? И вообще, какое значение имеет ее репутация? Ее жизнь закончилась. У нее больше нет дома, нет хозяйства, нет земель, нет денег и нет родственников. У нее нет ничего и никого, кроме Финниана, который, очевидно, имел все и нисколько в ней не нуждался.

Сенна уставилась в пол, понимая, что у нее от смущения горят щеки. Но гораздо сильнее смущения была наводящая ужас тревога из-за того, что в данный момент она оказалась должницей.

Уже много лет она была уверена, что никогда не будет никому чем-либо обязанной, никогда не будет в ком-либо нуждаться, и вот теперь у нее не было абсолютно ничего — ни пищи, ни крыши над головой, ни защиты. И сейчас рядом с ней не было и Финниана.

Да и ему она ничего не могла предложить. Абсолютно ничего. Ведь в этом зале Финниан мог бы получить все, что только пожелал бы.

— Пойдемте же. — Мьюгейн жестом пригласила Сенну следовать за ней.

— Благодарю вас, миледи, — обратилась Сенна к Лаззар, коснувшись ее руки. И тут же поспешила следом за молодой ирландкой.

Пока они пересекали зал, Сенна с раздражением отмечала, что все мужчины с восхищением поглядывали на ее спутницу.

— Комната Финниана в башне, — на ходу сообщила Мьюгейн, когда они пересекали внутренний двор, направляясь к проему в зубчатой стене.

— Вот как? — отозвалась Сенна.

— Конечно, это сумасбродство… Но ему почему-то захотелось иметь комнату в стороне от всех остальных покоев в замке, и теперь слуги прямо-таки разрываются, постоянно поддерживая там порядок, — ведь никто не знает, когда этот гость может снова к нам пожаловать. Но Финниан смог уговорить короля, так как он, несомненно, занимает особое место в его сердце.

Они поднялись по узкой винтовой лестнице и вошли в комнату, находившуюся в небольшой башне зубчатой стены. Это была спальня средних размеров, со стенами из плотно сплетенной лозы и обогреваемая огнем, пылавшим в жаровне. У одной из стен стоял узкий гардероб, полки которого были забиты одеждой темно-красного цвета; причем Сенна заметила на каком-то из костюмов роскошную позолоченную вышивку. А рядом с гардеробом в ожидании своего владельца стояла пара прекрасных кожаных сапог со свисавшими по бокам кожаными завязками.

Но самым замечательным предметом в этой комнате была Низкая кровать со всевозможными покрывалами и подушками — мягкий душистый приют. И еще — ванна, точно такая, как обещала Лаззар, то есть с ароматной водой, от которой поднимался пар. И у Сенны при виде этой ванны на глаза едва не навернулись слезы.

— Я помогу вам, госпожа де Валери, — сказала молодая ирландка.

— Нет-нет! — воскликнула Сенна. — То есть… я хотела сказать: нет, спасибо. Я устала, и… — Боже правый, меньше всего ей хотелось, чтобы эта женщина смотрела, как она раздевается.

— Вам хочется отдохнуть? — спросила Мьюгейн.

— Да. Вот именно. Побыстрее отдохнуть.

— Тогда я пойду. У меня важное дело. — Мьюгейн заговорщически ей подмигнула.

— Похоже, что-то секретное… — в замешательстве пробормотала Сенна.

— Да, секретное. Это подарок.

— Подарок? Кому?

— Финниану О’Мэлглину.

— Уверена, он ему понравится, — пробурчала Сенна.

— О, Финниан всегда рад моим подаркам.

— Да, конечно. — Сенна замерла, и ее губы застыли в ледяной улыбке.

— Да, он всегда рад моим подаркам, — вкрадчивым голосом повторила Мьюгейн. — И знаете, Сенна, лорд Финниан обожает подарки. Я говорю вам это потому, что мы с ним когда-то были близки, но больше у нас ничего такого нет.

— Понятно, — буркнула Сенна. И тут же спросила: — Так вы говорите мне это потому, что были с ним близки, или потому, что больше ничего такого нет?

— Верно и то и другое, — ответила черноволосая ведьма с фальшивой улыбкой, и глаза ее при этом смотрели совсем не по-дружески.

— Что ж, благодарю вас, — пробормотала Сенна.

— О-о!.. — отмахнулась Мьюгейн. — Не стоит благодарности. Финниан расскажет вам, что он любит и чего не любит. — Она пристально посмотрела на Сенну и добавила: — Вы очень похожи на Беллу.

— На Беллу?

— Да, на Беллу, — кивнула Мьюгейн и стряхнула с лифа своего платья невидимую пылинку. — Видите ли, Белла была его женщиной долгие годы. Однако те годы прошли, и с тех пор у него были и другие. Как ни странно, они все очень походили на нее. — Мьюгейн улыбнулась. — Кроме меня, разумеется.

— Да, разумеется, — кивнула Сенна.

— Вы ведь знаете его историю, да?

Сенна молча покачала головой.

— Возможно, об этом не следует рассказывать, но… — Мьюгейн понизила голос. — Знаете, он пронзает женщин, как горячий нож масло, госпожа де Валери.

Сенна промолчала — у нее перехватило дыхание: Мьюгейн же продолжала:

— Но если вы останетесь здесь, то сами скоро все узнаете. Вот еще что… Вы заметили взгляды женщин, когда они смотрят на Финниана, вы обратили на них внимание? — Сенна со вздохом кивнула. Разве можно было такого не заметить? — Так вот, когда-то многие из них побывали в его объятиях и мечтают снова в них оказаться — все, кроме меня. — Мьюгейн лучезарно улыбнулась. — А он придумал вам какие-нибудь особые имена? Еще нет? Ах, уже?.. В общем, будьте осторожны, Сенна де Валери. Финниан хороший человек, но с женщинами — хищник. — Мьюгейн отодвинулась и расправила юбки. — Вас не затруднит сказать ему, что у меня есть для него подарок?

Сенна молчала. Она не могла даже кивнуть. И еще долго после ухода Мьюгейн ее сердце болезненно трепетало.