Не искушай меня - Сильвия Дэй

– Ты знаешь, что это значит?

– Возможно. – Саймон внезапно пожалел о том, что так плохо выспался – мозг отказывался работать в полную силу.

– Не говори об этом ничего Эддингтону.

– Конечно, не скажу. Ты же меня знаешь.

Саймон поднялся с табурета.

– Ну, так как? Ты собираешься рассказать мне, что тут, черт возьми, происходит?

– Пока нет.

– Черт, Куинн, не уходи! Я еще не закончил.

Саймон задержался у стола.

– Я расскажу тебе то, что знаю, а ты в ответ расскажешь мне, что ты накопал, – предложил Ричард.

– Бекинг, не дави. – Куинн терял терпение.

– Ну ладно. Сегодня днем я заскочил к мадемуазель Руссо, как раз перед тем, как приехать сюда. Один из ее слуг как раз в это время уходил, и я решил за ним проследить. Он направился прямиком к Дежардану, и виконт принимал его как гостя, а не как слугу.

– Наверное, это немного странно, – пробормотал Саймон, – но я не слишком удивлен. Дежардан платит прислуге Лизетт и ждет от ее слуг отчета о том, чем она занимается, и кто у нее бывает.

Именно поэтому Саймон не собирался заранее оповещать Лизетт Руссо о своем следующем визите.

– Но самое интересное еще впереди. Этот парень, Джеймс, тоже пошел следом за слугой. И кстати, «хвост» из него получился отличный. Видно, он работал со знанием дела. Я заметил его только тогда, когда сел на коня, чтобы ехать на встречу с тобой. Я поворачивал за угол, когда он попался мне на глаза.

– Выходит, что мышка почувствовала ловушку, – кивнул Саймон. – Бекинг, ты, как всегда, отлично сработал. Вот этой новостью ты можешь поделиться с Эддингтоном. Порадуй его.

– Да, сегодня у меня удачный день. Саймон похлопал Ричарда по плечу. – Посмотрим, что ты сможешь разузнать про маркиза.

– Уже над этим работаю, – заверил его Ричард. – Как ради себя, так и ради тебя. Давно уже не попадалась мне такая интересная работенка.

Саймон с улыбкой вышел из ателье и поехал к Лизетт.

Дежардан, поднимаясь в комнату Лизетт, не вынимал руку из того кармана, где лежало послание от Эспри. Еще одно требование Эспри на этот раз касалось Саймона Куинна. На этот раз цели Эспри и Дежардана совпадали. Саймон Куинн слишком близко подобрался к Лизетт, чтобы Дежардан мог смотреть на происходящее сквозь пальцы. Если не проявить осторожность, он может ее потерять.

Дежардан один раз постучал в дверь и вошел, не дожидаясь разрешения. В конце концов, этот дом со всей обстановкой принадлежал ему.

– Малышка моя! – воскликнул он, направляясь к кровати.

Лизетт полулежала-полусидела на подушках, подоткнутых к изголовью кровати. В ночной рубашке, укрытая по грудь одеялом, она казалась очень маленькой и хрупкой. Она напомнила Дежардану его дочь Анну, и к горлу у него подступил комок.

– Милорд, – пробормотала Лизетт все еще сдавленным и хриплым голосом.

– Как себя чувствуешь? – спросил Дежардан и, пододвинув к кровати стул, уселся на него.

– Я устала. Я растеряна.

– Насчет первого я сделать ничего не могу, но насчет растерянности – пожалуй, в моих силах кое-что тебе прояснить.

Лизетт вздохнула и зашлась от кашля. Схватив лежащий у нее на коленях поверх одеяла большой носовой платок, она поднесла его к губам.

– Врач приходил?

– Не знаю.

– Я пошлю за ним, когда буду уходить.

– Спасибо.

Дежардан улыбнулся:

– Для тебя я готов на все.

Лизетт кивнула серьезно, без улыбки.

– Надеюсь, ты тоже готова для меня на все, – сказал он.

– Разве за два последних года я дала недостаточно тому доказательств?

– О, вполне достаточно. – Дежардан закинул ногу на ногу. – Но мир меняется, повсюду войны. Друзья становятся врагами и наоборот. Такова жизнь.

Лизетт смотрела на него, в недоумении сдвинув брови.

– Что произошло?

Виконт обвел взглядом комнату, заметив бледно-розовую кушетку в странном месте. Он кивнул в сторону этого предмета мебели:

– Джеймс там спал?

– Полагаю, да.

Голос ее звучал несколько странно, и Дежардан спросил:

– Так вот в чем источник твоей растерянности?

– Да. – Лизетт теребила носовой платок. Я не понимаю, зачем ему так стараться для меня. Если только у него свой, особый интерес. Вы можете его интересовать?

– Сомневаюсь. Так трудно поверить, что он заботился о тебе просто потому, что ты ему небезразлична?

– Но он меня совсем не знает.

Дежардан пожал плечами:

– А что тут знать? Твои любимые блюда, места, которые ты больше всего любишь посещать? Согласен, имея подобную информацию, проще поддержать разговор, но, честно, разве эти сведения могут как-то изменить то чувство, что испытываешь к человеку после первой встречи? Нескольких секунд хватает, чтобы понять, хотим мы узнать человека лучше или нет. Очевидно, Джеймс решил, что ты ему небезразлична, и это все.

Лизетт в раздумье кусала губы.

– Я думаю, что ты для него загадка, а он из числа тех мужчин, которые любят разгадывать тайны.

– Загадка, – повторила Лизетт.

– Я так думаю.

– Хм… Тогда скажи, почему ты здесь? – спросила Лизетт, взглянув на виконта.

– Хочу убедиться, что ты здорова.

– Тьерри тебе бы обо всем сообщил.

Дежардан усмехнулся:

– Да, но иногда я предпочитаю увидеть все сам.

– Думаешь, я могла бы сбежать? – протянула Лизетт.

– Могла бы. Кажется, Куинн не желает тебя забывать. Возможно, ты что-то скрываешь от меня о вашей с ним связи.

– Ты считаешь так потому, что он зашел ко мне?

– Я говорю это, потому что он поставил человека наблюдать за твоим домом.

Лизетт замерла, пристально глядя на Дежардана. Сегодня он вел себя как-то странно. От обычной непринужденности не было и следа. И Лизетт нервничала. Беспокойный хищник всегда смертельно опасен.

– Я должен сказать, – пробормотал Дежардан, – что мне теперь куда легче, когда я вижу, что тебе неприятно об этом слышать.

– Конечно, мне неприятно, – огрызнулась она. – Мне не нравится, когда кто-то лезет в мою жизнь. Достаточно одного тебя.

– Хотел бы я, чтобы это было правдой.

Лизетт уронила платок и скрестила руки на груди.