Не искушай меня - Сильвия Дэй

– Саймон. – Она в изнеможении засмеялась и открыла глаза, – Ты доведешь меня до безумия. Ты хоть представляешь себе, какие сны мне снятся о тебе? Как мне тебя недостает? Иногда мне снятся очень распутные сны. Я чувствую твои руки на моей коже, твои губы на моей груди, как твое тело накрывает мое…

– Черт! Проклятие! – Куинн привлек Линетт к себе, прижался бедрами к ее пышным юбкам. Там, под бриджами, он был тверд как камень и пульсировал. – Ты и святого доведешь до греха.

– В дальнем углу сада есть беседка, – торопливо предложила Линетт, облизывая припухшие от поцелуев губы.

– Черт бы тебя побрал, я пытаюсь ухаживать за тобой как положено.

– Кажется, поздновато это делать, если учесть, что ты уже был во мне. – Она дрожала, прижимаясь к нему. – Иногда я чувствую тебя, как ты входишь в меня. Толчками… Глубоко-глубоко…

Саймон застонал и снова ее поцеловал, благодарный ей за ее страстность и за ту свободу, с которой она отдалась ему. Она не сдерживала своих порывов, не играла в стыдливость, она доверяла ему безраздельно, и так было с самого начала.

– Чего ты ждешь? – спросила она, едва дыша.

– Я хочу дать тебе время, – сказал он хрипло, заправляя золотистый завиток ей за ухо. – Я хочу, чтобы ты была уверена в том, что я – то, что тебе нужно.

Линетт подняла брови:

– А что, если я найду кого-то другого? Ты меня отпустишь?

Саймон непроизвольно крепче сжал ее в объятиях, возможно, даже причинив ей боль – она была такая нежная на ощупь. Ему стоило больших усилий ее отпустить.

– Нет.

Она обхватила его за талию, наведя между ними мосты.

– Я не сомневалась. Так что ты терзаешь нас обоих попусту.

– Мне нечего тебе предложить.

– Дай мне свое сердце и свое тело, и больше мне от тебя ничего не надо. Все остальное – дом, семью – мы сами создадим. Сен-Мартен обещал мне приличное приданое.

– Мне не нужно твое приданое, – сказал Саймон и повел Линетт дальше по тропинке. Ему нужно было двигаться, чтобы каким-то образом сбросить сексуальное напряжение, которое он неизменно испытывал рядом с ней. – Удивительно, но Эддингтон сдержал слово.

– Чудно. – Улыбка Линетт сообщила Саймону, что она была за него рада, но он знал, что она приняла бы его и без денег. – Мои отец и мать собираются пожениться.

Саймон улыбнулся. Ему было приятно об этом слышать. Редко когда увидишь пару, где люди бы так друг другу подходили.

– Я желаю им счастья.

– Мы могли бы провести медовый месяц в Ирландии, – пробормотала Линетт. – У них будет возможность насладиться друг другом и отпраздновать воссоединение без посторонних.

– Линетт. – Куинн засмеялся, поднял ее на руки и закружил. – Ты будешь тиранить меня до конца дней. Я это чувствую.

Положив ему руки на плечи, она поцеловала его в кончик носа.

– Ты винишь меня за то, что я хочу, чтобы эти дни – и ночи тоже – начались сейчас? Если ты будешь дальше тянуть, я подумаю, что ты хочешь дождаться, пока тебе подвернется кто-нибудь получше меня.

– Лучше тебя нет.

– Конечно. – Линетт провела ладонью по его волосам, голубые глаза ее сияли теплом и радостным ожиданием. – Попроси меня, – настойчиво сказала она.

Театрально вздохнув, он поставил ее на землю и опустился на гравийную дорожку одним коленом.

– Линетт Руссо, не окажешь ли ты мне высокую честь, согласившись стать моей женой?

Слезы полились из ее глаз, и нижняя губа дрогнула.

– О, Саймон…

Он сунул руку в карман камзола и достал оттуда маленькую коробочку.

Линетт округлила глаза:

– Ты держал это при себе весь день?

Саймон улыбнулся.

– О! – Она топнула ногой, повернулась к нему спиной и пошла прочь.

Он со смехом бросился за ней, не желая ее отпускать.