Доверься, он твой - Вера Копейко

— Читал дочке. Скоро и ты выучишь наизусть. — Он подмигнул ей. — А представь себе якутскую тайгу…

— В общем-то верно. Якутский вариант надежнее. К тому же если спонсор готов заплатить за перелет хоть в Антарктиду, почему нет? Кстати, а подземный пожар не закончился? — спросила она. — Ведь столько времени прошло, как Соломин рассказывал.

— Приходите через тысячу, — рассмеялся он. — Приглашаю.

— Поняла, — сказала Светлана, усаживаясь за стол и склоняясь над картой.

Она заметила, как жирно Михаил Александрович обводил зеленым места силы. Понятно, они нравились ему больше, чем те, которые приходилось обводить красным.

Светлана видела его только однажды, но запомнила так, что могла даже сейчас сказать, что у него были ярко-синие глаза на загорелом лице, прямая спина, длинные пальцы без всяких стариковских шишек и наростов. Да его стариком-то назвать можно было только из вредности. От него самого исходила сила. Он сам был вместилищем силы.

Такие люди встречаются редко, потому что рождаются тоже редко. Свободные, уверенные, бесстрашные. Но такие, как говорит Виктор, вырастают на жирной почве. Их предки задолго до них боролись и отвоевали все, что надо для беспечальной жизни. Они не мучают себя вопросами: "А можно мне?…" Можно, потому что родились с ощущением того, что им можно.

А Виктор?

Светлана подняла голову от карты. Он сидел за столом, перед ним стояла кружка пива, он цедил его сквозь зубы, не спеша. Непохоже, что получает удовольствие. Он о чем-то думает.

Она снова опустила голову. Виктор заставляет себя быть сильным, бесстрашным. Но, как всякий человек, идущий на ощупь, может ступить не в ту зону. Потому что зоны беды и зоны удачи, как хорошо видно на карте, легко перетекают друг в друга.

Она снова подняла голову и уставилась на холодильник. Его дверца пуста, но она ясно видела магнитики у брата Катерины, Федора. Виктор думает, что она не догадалась. Догадалась, причем не она одна. Когда Михаил Александрович намекнул, ее осенило. Ну конечно, магнитное поле "посадило" сердечный стимулятор тещи. Но кто посмеет обвинить его? Вот уж где нет границы между зоной беды и зоной счастья.

Счастья для них обоих?

Сейчас они с Виктором вместе, они нужны друг другу, важны друг для друга. Они занимаются тем, чем занимались предки того же Михаила Александровича, — унавоживают почву для последующих поколений. У Виктора есть дочь, у нее будут дети. Они дадут им шанс покрупнее, чем дали им собственные родители.

— Но там-то мы где их поселим? — Светлана наморщила лоб. — Там, в Якутии?

— Не надо портить свое милое личико. — Виктор встал и медленно подошел к ней. — Ну… хорошо, — вздохнул он, засовывая руки в карманы и глядя поверх ее головы. — Я собирался сделать тебе сюрприз. В нужный час, — многозначительно добавил он. — Но придется признаться раньше.

— Говори! — Она закинула голову, чтобы поймать его взгляд.

— Я купил гостиницу, Светлана.

— Ты… купил… что? Где?

— Там, гостиницу…

— Ты что, нашел наконец золото? — Она почувствовала, как брови ползут вверх и не могут остановиться. — Но ты давно не был в экспедиции.

Он засмеялся:

— Золото? Зачем? Хватило зарплаты.

Светлана ошеломленно молчала. Он никогда не говорил, какая у него зарплата. Ее грудь в очередном глубоком декольте готова была выпрыгнуть ему в руки. Он подошел к ней вплотную, взял за плечи, ее затылок вдавился ему в бедра. Она почувствовала, как он напряжен, его желание передалось ей. Так он богат, черт побери!

— Я купил за три рубля, — рассмеялся он с гордостью за свою предприимчивость.

Она отпрянула от него, а за ее спиной остались парить в воздухе его руки, как два пустых ковша.

— Что?! — вырвалось у нее. А потом улыбка тонких губ растянула лицо. — По-ня-ла-а… Ты купил в…

— В Долине Беды, — ответил он.

Она молчала. Мысли прыгали — от радостных к печальным. Потом обратно — от печальных к радостным.

— Что ж, тогда есть смысл поступить так, как ты говоришь. К тому же спонсор готов оплатить дорогу. Сверх выделенных денег.

Она снова посмотрела на мелкомасштабную карту Соломина. Усмехнулась:

— Но кто додумался построить там гостиницу? Неужели местные люди не предупреждали?

— Шальные деньги, — Виктор усмехнулся, — слепы. А люди, которые ими владеют, слышат только о них. Наверняка пацанам рассказывали про Долину Беды. Но они услышали, что в тридцатые годы пришлые люди мыли там золото. И не опасались получить топором по голове.

Светлана фыркнула:

— Понятно почему. Якуты обходили это место стороной.

— На берегу речушки, которая летом почти пересыхает, до сих пор стоят металлические боксы неизвестного происхождения, — говорил Виктор. — Они похожи на норы. Я рассматривал их в бинокль. Рассказывают, что даже зимой в них тепло, хотя металл на морозе не греет. Но стоило охотникам переночевать там две-три ночи, очень скоро они начинали болеть, а то и умирали. Никто не знал от чего.

— Но… что за гостиница? Для кого? — Светлана внимательно смотрела на Виктора.

— Объясняю. — Он положил ногу на ногу и выпрямился на стуле. — Ее построили недавно два брата из Калуги. Им показалось соблазнительным: такой большой кусок земли — строй не хочу. Их не смутило, что поблизости никого. Решили, турист попрет в эти края, и они, кроме золота, будут еще и в зелени! — Светлана замечала, что когда Виктор напрягался, он начинал говорить отрывисто, резко, слова вылетали чужие, непривычные для него. — Слегка смутились, когда местные строители отказались работать.

— Тогда они привезли калужских мужиков, — подхватила Светлана.

— Правильно, — похвалил Виктор. — Гостиница — что тебе замок. Высокий каменный забор, башенки по углам, красный кирпич, разводной мост через вырытый вдоль стены ров. Но мало кто из строителей вернулся домой. В окрестностях Долины шептались: "Беда забрала". Гостиница стояла пустая год. Братья умерли от неизвестной болезни. Родственники решили избавиться от нее. Продали каким-то московским ребятам, которые решили завлекать туда экстремалов. Знаешь, есть любители развлечься до смерти, — он засмеялся, — но даже они не рискнули.

— А потом купил ее ты? — тихо спросила Светлана.

— Я.

— Но что ты будешь с ней делать? Когда все закончится?

— Продам. Причем немедленно. — Он улыбнулся.

— Но у нее… плохая история, — предупредила Светлана.

— Мы с тобой ее улучшим. — Виктор усмехнулся. — Твои "туристы", целая группа из Москвы. Гостиница взлетит в цене. Какие-нибудь тверские ребятишки польстятся.

Светлана смотрела на него и не знала, какое чувство берет верх — восхищение или страх.