Бесконечная любовь - Кэндис Кэмп

Вивьен кивнула.

— Надеюсь, прогулка в Ричмонд-парке не покажется ему чересчур скучной и утомительной.

— Уверена, что мы сможем развлечь его беседой. Не так ли, Дора?

— Кроме брата, там будут и другие молодые джентльмены, — проникновенно поведала Вивьен. — Клянусь, не представляю, как столь очаровательная молодая леди сможет удержать их от ухаживаний. Все будут наперебой хвастаться мастерством и претендовать на место рядом с вами.

— О, мне все равно, — ответила Дора, глядя широко раскрытыми бесхитростными голубыми глазами. — Разговор куда интереснее верховой езды. Я и сама склонна к тишине.

— Да, это сразу заметно. — Вивьен снова лучезарно улыбнулась. — В таком случае следует позаботиться о ландо. В нем вы будете смотреться сногсшибательно. Не так ли? — обратилась она за поддержкой к старшей из дам. — Ландо пригодится тем из нас, кто предпочтет сидеть и вести неторопливую беседу, пока любители скачек будут носиться по аллеям.

— Замечательная идея, — согласилась леди Паркинтон.

— К тому же платья намного красивее амазонок, вы не находите?

Вивьен начала опасаться, что переигрывает.

Однако Дора с готовностью отозвалась:

— Да-да, амазонки чересчур похожи на мужской костюм. Не правда ли?

— Действительно, — артистично продолжила наступление Вивьен. — Совсем не подходят для такого очаровательного создания, как вы.

Потребовалась чашка чая и еще пятнадцать минут тоскливой пустой болтовни, чтобы визит наконец исчерпал себя. Леди Карлайл проводила дам до двери — скорее чтобы убедиться, что гостьи ушли, чем из благодарности, и тут же согнала с лица дежурную улыбку. От долгого напряжения уже начали болеть щеки.

Немного помедлив, Вивьен поднялась наверх, в маленькую гостиную, присела к секретеру и задумалась. Прежде она не планировала приглашать никого из посторонних, рассчитывая приятно провести время в тесном дружеском кругу. Присутствие Доры Паркинтон в корне изменило ситуацию. Теперь требовалось общество нескольких молодых людей. Вот, например, кузен Оливера Гордон, сын леди Юфронии. Невероятно примитивный юноша, но отменно соответствует требованиям: будет без умолку болтать и радовать Дору романтическими глупостями. А еще, конечно, виконт Крэнстон. Титул привлечет и мать, и дочь, а избыточный вес заставит выбрать ландо. Спустя несколько минут всплыли еще три кандидатуры верных поклонников Вивьен, готовых последовать за ней хоть на край света, не говоря уж о Ричмонд-парке. А затем общество уравновесилось сестрой одного из джентльменов и двумя молодыми особами, ни одна из которых не могла конкурировать с Дорой. Вивьен быстро написала необходимые приглашения и отдала лакею для немедленной доставки.

Теперь наконец можно было выйти из дома, хотя и несколько позже, чем планировалось. Леди Карлайл распорядилась подать экипаж и отправилась к леди Мейнуаринг. Китти сидела в гостиной за небольшим столом в очаровательном чепце и шали и что-то увлеченно писала. Как только дворецкий объявил о визите любимой подруги, она подняла голову и с радостным удивлением воскликнула:

— Вивьен! Разве это не чудо? Я как раз тебе пишу, и вот ты здесь собственной персоной. Хотела с тобой поговорить, и ты приехала.

— Потому что тоже собиралась поговорить. Боюсь, новости неважные. К сожалению, найти брошку мне так и не удалось. Сэр Руфус…

— Но именно об этом я тебе и писала! — с восторгом воскликнула Китти. — Чтобы сказать, что продолжать поиски незачем.

— Незачем?

— Вот именно. Брошка уже у меня!

Вивьен застыла в изумлении:

— Что вы сказали?

— Я ее получила. Видишь?

Леди Мейнуаринг раскрыла шаль и продемонстрировала бриллиантовое сердце в окружении изумрудов.

— Но как? Где?

Китти весело рассмеялась:

— Подумать только! Ты, бедняжка, едва дара речи не лишилась. Правда, чудесно? Мой дорогой Уэсли ее нашел.

— Уэсли? — озадаченно переспросила Вивьен. — Что значит «нашел»? Она была здесь, в доме? А сэру Руфусу вы проиграли другую?

— Нет-нет, эту самую. Никогда не спутаю свои драгоценности. Понимаешь, я ничего не сказала Уэсли о своей оплошности. Он не одобряет азартные игры. — Китти перешла на таинственный шепот. — Боится, что проиграю слишком много и окажусь в затруднительном положении.

— И правильно делает.

— Но он видел, что меня что-то тревожит, и в конце концов заставил признаться. Это он умеет. А когда услышал, что произошло, страшно рассердился — на сэра Руфуса, а не на меня. Сказал, что Данвуди меня использовал. Очень мило, правда? Не думаю, что так оно и есть, потому что сэр Руфус проигрывает еще чаще, чем я. Но это пустяки. Главное, что Уэсли заявил, что я должна была немедленно сообщить ему, а не беспокоить тебя. Он сразу решил, что бриллианта у Данвуди нет, потому что иначе он давно бы мне его продал. Логично, правда? Было бы очень жестоко присвоить брошку и отказаться возвращать хозяйке, пусть и за деньги.

— Так что же, по мнению мистера Килботэна, случилось с украшением?

— Уэсли подумал и предположил, что сэр Руфус мог его заложить. Я сразу почувствовала, что он прав, потому что из-за проигрышей Данвуди постоянно нуждается в деньгах. А значит, сказал Уэсли, надо обойти ломбарды, ювелиров и навести справки. Мы с тобой, конечно, не смогли бы это сделать, но Уэсли вызвался помочь. И что же ты думаешь? Вчера вечером вернулся с брошкой! Обнаружил ее в одном из ломбардов и выкупил за половину реальной цены. Представляешь? Чистая экономия!

— Несомненно. — Слушая подобные рассуждения, трудно было удержаться от улыбки. И все-таки история звучала подозрительно. — Какая удача, что мистеру Килботэну удалось так быстро разыскать пропажу! — не совсем искренне воскликнула Вивьен.

— Замечательно, правда? — Китти просияла. Взглянула на дверь и расцвела еще ярче. — Уэсли! Посмотри, кто пришел! Я как раз рассказываю Вивьен о твоей находке.

Мистер Килботэн вошел в комнату и вежливо склонился над рукой гостьи, а леди Карлайл сдержанно заметила:

— Должна сказать, что находка действительно потрясающая.

Джентльмен пожал плечами и слабо улыбнулся:

— Боюсь, ничего особенного я не совершил. Мне и самому доводилось испытывать финансовые затруднения, так что долго гадать, куда сэр Руфус мог отнести трофей, не пришлось. Конечно, потребовалось обойти несколько заведений, но, — он с нежной улыбкой посмотрел на Китти, — ради прекрасной леди Мейнуаринг хлопоты только в радость.

Как всегда, Вивьен спросила себя, какая часть признаний соответствует правде. Любить добрую взбалмошную Китти не составляло труда. К тому же для своего возраста она оставалась красивой женщиной. И все же любовь нищего поэта к богатой стареющей даме выглядела подозрительно удобной. Такой же удобной, как и удачные поиски «пропавшей» брошки.