Принцесса-беглянка - Ребекка Хэган Ли

– Следовательно, вы сердиты на меня из-за чего-то другого, – сказала Джиана. – И все же вы меня целуете.

– Даже если бы я вас возненавидел, я все равно хотел бы вас целовать, – признался Адам. – Но если я вас целую, то это не значит, что я на вас совсем не сержусь. Потому что я все-таки немножко сержусь – правда, я только сейчас об этом вспомнил.

– Вы до сих пор злитесь из-за Вагнера и из-за разбитого фарфора?

Адам покачал головой:

– Нет, из-за кольца, которым вы заплатили за проделки Вагнера. – Он наклонился, поднял с пола свой жилет и достал из кармана перстень с жемчужиной. – Напрасно вы стали расплачиваться таким образом. Вот, возьмите…

Адам протянул кольцо принцессе, но та отказалась его брать.

– Нет, теперь перстень ваш, – сказала она, качая головой.

– Ничего подобного. Этот перстень принадлежит либо вам, либо вашим подданным. В последнем случае вы не вправе отдавать его мне. – Адам вложил перстень в руку принцессе.

Она прижала кольцо к груди и пробормотала:

– Но у меня сейчас не хватит денег, чтобы расплатиться за ущерб…

– Ну и что? Мне не нужны ваши деньги. – Адам взял девушку за руку. – И уж конечно, мне не нужны в качестве оплаты драгоценности из государственной казны Каролии.

Джиана подняла на него глаза, полные любви и благодарности.

– Этот перстень не из государственной казны, – объяснила она. – Он принадлежал лично принцессе Розамонд. Но я всегда очень любила эту вещицу. – Принцесса улыбнулась. – В детстве я упражнялась в счете, постоянно пересчитывая эти крошечные бриллиантики. – Она показала пальцем на перстень и начала пересчитывать камни, говоря на французском языке. – Их здесь всего…

– Шестнадцать, – подсказал Адам и тут же поцеловал Джиану. – Я неплохо говорю по-французски. И еще по-испански, по-немецки и по-шведски. Даже умею объясняться на мандарине.

Принцесса посмотрела на него с удивлением:

– На мандарине?..

Он кивнул.

– Это правильный китайский язык. Я нажил состояние, когда строил железные дороги и добывал серебро. Многие рабочие, трудившиеся бок о бок со мной, были китайцами. А как к вам попало ваше состояние? – Адам показал на ее корсет с зашитыми в него драгоценностями.

– Некоторые из этих украшений принадлежали мне с самого рождения, а остальное досталось по наследству в тот день, когда убили моих родителей.

– Соболезную… Мне очень жаль… – пробормотал Адам.

Принцесса вздохнула и вновь заговорила:

– Отец и мама погибли в своей спальне, во дворце. Они только вернулись с торжественного приема по случаю открытия парламента. И всех слуг, верных моему отцу, тоже убили.

– Убили анархисты? Это они совершили это злодеяние? – Адам помнил, что именно так писали в газете.

Но Джиана покачала головой:

– Нет, это совершил мой кузен, его высочество князь Виктор.

– Ваш кузен?! – Адам задохнулся от возмущения. – Тот самый, про которого пишут, что он якобы разыскивает ваших похитителей? Выходит, он незаконно захватил власть после вашего исчезновения?

– Да, незаконно.

– Сукин сын! – процедил Адам сквозь зубы.

– Конечно, – согласилась Джиана.

– Значит, на самом деле не существовало ни анархистов, ни похитителей?

– Верно, не существовало. Отца и мать убили вовсе не анархисты. Сомневаюсь, что у нас в Каролии вообще есть какие-нибудь анархисты. Виктор подстрекал молодых людей из аристократии. Сыграл на их недовольстве тем, что отец поддержал новую Конституцию и Декларацию свобод. Виктор посулил им за поддержку большие деньги, богатые земельные угодья и всяческие привилегии. Он обманывал их, утверждал, что отец собирается раздать беднякам земли самых богатых аристократов. И он отдал приказ убить моих родителей.

– Но почему?

– Всему виной жадность Виктора, – продолжала Джиана. – Он мечтал завладеть богатыми рудниками и лесными богатствами Каролии. Еще при жизни моего отца, князя Кристиана, правители других стран стали уговаривать его продать им право пользования лесами и железной рудой. Однако отец наотрез отказался, заявив, что все это принадлежит его народу. Он считал своим долгом сохранить наши богатства для всех каролийцев и для будущих поколений. Хотел, чтобы Каролия была процветающей страной. Он твердо стоял на своем, и никто не мог его переубедить.

– Значит, Виктору понадобились денежные средства? – спросил Адам.

Джиана пожала плечами:

– Да, возможно. Хотя больше всего ему нужна власть. Оказывается, папа узнал, что Виктор за его спиной договорился о поставках леса и железной руды в другие страны.

– И как поступил с Виктором ваш отец, когда узнал об этом?

– Не знаю… – Принцесса вздохнула. – Знаю только, что после этого Виктор попросил моей руки, но папа ему отказал. – Она опустила глаза и принялась теребить край простыни. – Но теперь все это уже не имеет значения. А Виктор… Он пойдет на все, только бы разыскать меня.

Чтобы драгоценный перстень случайно не затерялся в постельном белье, Адам взял его из рук принцессы и положил на тумбочку у кровати. Взглянув на Джиану, он вдруг подумал о том, что она, судя по всему, равнодушна к украшениям – носила только золотой медальон на цепочке и крошечные золотые сережки. Да еще эту странную цепь вокруг талии. Да, такая девушка, как Джорджи, наверняка питает пристрастие вовсе не к драгоценностям. Наверное, она предпочла бы дорогим безделушкам резвых, забавных щенят… или смешных карапузов. В общем, много детишек и собачек.

– Как же вам удалось спастись, Джорджи?

– В тот день, когда убили родителей, я находилась не во дворце в Кристианберге, а в летней резиденции в. Лейкене, куда в целях безопасности отправил меня отец. Он опасался за мою жизнь. – Джиана опустила голову, и ее голос задрожал. – До сих пор не могу простить себя за то, что меня не было рядом с мамой и папой в ту страшную ночь, когда их убили. Лучше бы я умерла вместе с ними! И зачем только папа отослал меня в Лейкен?! – в сердцах воскликнула она и горько разрыдалась.

Адам обнял Джиану, стараясь ее успокоить.

– О нет, любимая. Вам еще долго жить. А ваш отец велел вам уехать из столицы, потому что хотел уберечь. Он любил вас, поэтому сделал все возможное, чтобы вас спасти. Он хотел, чтобы вы остались в живых. Чтобы вышли замуж, родили детей и продолжили его династию. Окажись я на его месте, поступил бы точно так же.

– Но теперь я осталась одна. Они умерли и оставили меня совсем одну! – всхлипывая, пробормотала принцесса.

Адам поцеловал ее и еще крепче прижал к груди.

– Они покинули вас не по своей воле, милая моя. Вы – их бесценная дочь, вы – их наследница. Они велели вам уехать, потому что любили вас и не могли допустить, чтобы вы погибли. Джорджи, взгляните правде в глаза: если бы вы остались вместе с родителями, вас убили бы вместе с ними. Это ясно как божий день. Скажите, кто позаботился бы о Каролии, если бы вы погибли? – Адам осторожно убрал прядку волос со лба девушки. – Ваши родители хотели, чтобы вы жили и управляли страной после их смерти.