Навеки твой - Карен Хокинс

– Что? Позволить нашей гостье самой готовить для себя обед? Это не для «Синего Петуха»! Мистер Тредуэлл сейчас уже в кухне. Он сказал, что если он должен накормить господ постояльцев, то уж попробует сам справиться!

– Он умеет готовить?

– В каком-то смысле да, – объявила миссис Тредуэлл.

– И какой же это смысл? – чересчур вежливым тоном поинтересовался Грегор.

Венеции пришлось откашляться, чтобы скрыть смех.

– Он один раз хотел приготовить куропаток, но сжег их дотла, – поведала миссис Тредуэлл самым беззаботным тоном.

– Проклятие! – ругнулся сквайр, явно разочарованный.

– Сейчас он готовит отличную овсянку, – успокоила его миссис Тредуэлл. – Он только ее и готовил, когда я перебралась сюда.

– Овсянку? – удивился Рейвенскрофт. – И это все?

Только овсянку?

– Обед не может состоять из одной только овсянки! – немедленно вмешалась мисс Платт.

– Видите ли, – уже без особой бодрости и уверенности в голосе заговорила миссис Тредуэлл, – мистер Тредуэлл говорит: или овсянка, или ничего.

– Миссис Тредуэлл, – обратился к ней Грегор, – скажите, вы имели удовольствие есть до этого овсянку, приготовленную мистером Тредуэллом?

– Я? Нет! Но мой папа однажды поел ее, это было незадолго до его смерти.

– Насколько незадолго? – поинтересовался Грегор.

– Миссис Тредуэлл не имела в виду ничего плохого, – с укоризной произнесла Венеция. – Она просто пошутила.

– Сестра мистера Тредуэлла уверяет, что каша отменная, и клянется, что она прилипает к ребрам ровно на две недели.

– Очень мило, – заметил Грегор.

– Я не могу ограничить свой обед только овсяной кашей! – заявил сквайр.

– Уверена, что на кухне есть и другие продукты. Пойду посмотрю, что можно приготовить, – сказала Венеция.

– Чепуха! – воскликнул Рейвенскрофт, повелительно взмахнув рукой. – Вы не можете готовить. – Тут он, видимо, вспомнил, что приходится родным братом «мисс Уэст» и, запинаясь добавил: – То есть… я, конечно, знаю, что ты умеешь готовить, но… но недостаточно хорошо для такой компании.

– Вы так добры к вашей сестре, мистер Уэст! – затараторила мисс Платт. – Уверена, вы преувеличиваете, мисс Уэст. Ну что вы можете знать о приготовлении пищи?

– Знаю достаточно, чтобы приготовить обед, – ответила Венеция.

В общий зал проник слабый запах чего-то подгоревшего и дым.

Миссис Тредуэлл с озабоченным выражением лица обратилась к Венеции:

– Если вы не против, мисс… Вы могли бы помочь с едой?

– Разумеется. – Венеция поднялась из-за стола.

Мисс Платт удивленно заморгала.

– Мисс Уэст! Не может быть, чтобы вы говорили серьезно! Помочь на кухне?

– А что в том худого? – строго спросила миссис Блум, метнув в мисс Платт осуждающий взгляд. – Наша обязанность помогать, если в этом есть необходимость!

– Обязанность слуг, быть может? – недовольно фыркнув, пробурчал Рейвенскрофт.

Мисс Платт выставила вперед подбородок.

– Да! Именно так я считаю. Обязанность слуг.

Миссис Блум шумно втянула носом воздух и направилась к Венеции, но луг раздался голос миссис Тредуэлл:

– Миссис Блум, мне нелегко просить вас, но, может быть, вы помогли бы накрыть на стол, пока мисс Уэст помогает мистеру Тредуэллу на кухне?

– Само собой, – ответила миссис Блум. – Я не против того, чтобы поработать на кухне.

Она сверкнула глазами на мисс Платт, которая не двинулась с места, и последовала за миссис Тредуэлл к буфету, стоявшему у одной из стен общего зала. Дверца буфета была открыта одним решительным движением, и на полках обнаружилось великое множество столовой и чайной посуды. Миссис Тредуэлл дала миссис Блум некоторые инструкции, а та принялась снимать с полок тарелки и блюда и переносить их на стол.

Мисс Платт игривым тоном обратилась к Рейвенскрофту:

– Насчет того, что я знаю свое место, вам не придется беспокоиться. Я останусь здесь, возле вас.

Рейвенскрофт поспешил встать:

– Венеция, я, пожалуй, присоединюсь к тебе.

– Спасибо за доброе намерение, – поблагодарила она. – Но я уверена, что от тебя будет больше пользы здесь, если ты согласишься помочь миссис Блум.

– Но я…

– Мистер Уэст, – обратилась к нему миссис Блум. – Вот, возьмите-ка столовые приборы.

Она протянула ему ножи и вилки. Сообразив, что ему пришли на выручку, Рейвенскрофт принялся помогать миссис Блум.

– Я тоже помогу вам! – спохватилась мисс Платт.

Рейвенскрофт поморщился.

– Миссис Тредуэлл, какие запасы в вашем распоряжении? – спросила Венеция.

– Господи, да всего полно! Есть хорошая связка куропаток, есть оленина, а в курятнике за амбаром – куры.

– Куры? Живые? – задыхаясь от волнения, спросил Рейвенскрофт.

– Разумеется, живые. И очень жирные. Из них получится на редкость сочное жаркое!

Рейвенскрофт содрогнулся.

– Я не стану есть мясо только что убитых живых существ. Это… это…

– Это слишком тяжело для вашего чувствительного желудка? – предположил Грегор.

Сквайр подавил готовый вырваться у него смех.

– Это варварство! – проговорил наконец Рейвенскрофт.

Миссис Тредуэлл была явно сбита с толку.

– Вчера вам, помнится, пришелся по вкусу мой пирог со свининой? – обратилась она к Рейвенскрофту.

– Со свежим мясом? – ужаснулся тот.

– Конечно! Мы зарезали поросенка утром, перед тем как готовить. – Она вдруг оживилась: – О, я вспомнила, у нас еще осталась свинина, есть и потроха, которые можно…

– Миссис Тредуэлл, – поспешила прервать ее излияния Венеция, заметив, что Рейвенскрофт побледнел. – Давайте посмотрим, что приготовил мистер Тредуэлл.

Она взяла пожилую женщину под руку и увела на кухню.

Там они закашлялись от дыма и чада.

– Боже мой, да откройте же дверь во двор! – воскликнула Венеция.

Мистер Тредуэлл, облаченный в грязный фартук, поспешил исполнить ее требование. Венеция подошла к вертелу, на котором тушки куропаток превращались в горелые сухари. На плите издавала странные бурлящие звуки большая кастрюля. Венеция приподняла крышку, и из кастрюли повалил дым. Прихватив ручку рваным полотенцем, Венеция сняла кастрюлю с огня и поставила на стол. Сбросила крышку при помощи кочерги. Сквозь густую черную массу пробивались пузыри.