Выкупленная родная семья - Ксения Фави

У него аккуратная лысина и умное лицо.

—Мой друг хотел, чтобы именно я выступил биологическим отцом. Сказал, официально такое сделать невозможно. Я не предполагал, что может произойти нечто плохое.

—А то, что он таким образом хотел получить наследство, хорошо?— слышу справедливый вопрос.

Вздыхаю.

—Я не вник подробным образом в детали. Уже позже понял, что там не все гладко. И тогда забрал к себе мать и младенца.

—Но вы знали о планах вашего приятеля?

Меня долго гоняют по вопросам, Иван все это время молчит. Я признаю, что знал о родственнике и поступил в какой-то степени легкомысленно. Но я считал, там все будут довольны. А родство, в конце концов, просто выяснить с помощью ДНК. При серьезных разбирательствах правда бы открылась мгновенно.

—И вам было не все равно, что вашего сына родит какая-то посторонняя женщина? Что вам причиталось с этого? Вам предложили процент?— не сдается профессионал.

Опускаю голову на секунду, поднимаю взгляд.

—Нет, мне было не все равно. Но денег мне никто не предлагал. Просто… К Ладе у меня всегда были чувства.

—Он хотел отобрать у меня жену!— Иван пытается перевести стрелки.— Ты с самого начала все спланировал!

—И вложил в твою голову желание поиметь деньги с дальнего родственника?

Соломинка, за которую хватается бывший муж Лады, настолько призрачна, что даже следователь не уделяет ей внимание. При всем желании я не смог бы сделать из человека подонка. Да я и не хотел этого.

—Как вы считаете. Мирон, если бы у вашего друга получилось втереться в доверие, он бы стал устранять Мэтью?

Хм, кокнул бы Иван деда, чтобы скорей получить наследство? Меня передергивает

—Не решусь делать такие предположения.

У меня нет желания говорить не по факту. Но и выгораживать Ивана, утверждать, что он не способен на преступление, не хочу. Понимаю, специалист хочет составить его моральный облик. Возможно, сделать выводы про наши отношения.

—Ты еще скажи, я убийца!— у Вани уже начинается истерика.

Пользы от этого перекрестного диалога больше нет. Толстяк просит вывести Ивана, меня тоже отпускает на все четыре стороны. Про будущие встречи молчит, скорее всего, я ему больше не нужен. О знакомстве с приемным внуком Мэтью он не спросил.

Да и знакомства как такового нет. Я просто связался с ним, он пошел на диалог. Иногда так бывает — совершенно чужие люди имеют одну цель и находят общий язык.

Не знаю, встречусь ли я с Питом вживую. Не хочется вызывать лишние вопросы. У родителей Ивана наверняка есть сбережения, они могут нанять не только адвоката сыну, но и детектива. Мне не нужен новый скандал с моими фотографиями. Вообще единственное, чего я хочу,— наконец, забыть об этой истории.

Однако уже в коридоре мне приходится снова в нее нырнуть. Конвой с Иваном замешкался, и я вынужден пройти мимо них. В принципе бояться мне нечего.

—Ты дьявол, Красильников!— слышу через плечо голос «друга».— Животное!

Торможу, хмыкаю.

—Уж определись, Ваня. До нечисти мне далеко, а вот насчет зверя… Да. я такой. И загрызу любого, кто будет вредить моей семье. Я думал, ты умнее и не пойдешь поперек меня.

—Слышали, он мне угрожает! Он всё задумал!

—Шагаем молча,— мрачно прерывает нас конвоир.

Наши лица еще на секунду оказываются рядом. Широкое и всегда спокойно-самодовольное лицо Ивана сейчас почти белое. На лбу испарина, губы потрескались. Вид у него более чем нездоровый. А одна бровь, кажется, трясется.

Мне даже приходит в голову мысль, что его могут признать невменяемым. Тогда он отправится на лечение и выйдет безнаказанным. Но в конце концов, если он болен, пусть его реально лечат. Я же больше никого не подпущу к Ладе и Матвею. Если даже мне придется перегрызть кому-нибудь глотку в лучших традициях звериного кодекса.

Шагаю к машине и пока не знаю, что сумасшедшим Ивана не признают. Его адвокат будет отбиваться от исков о мошенничестве, моральном вреде, еще чем-то, что предъявят ему дотошные американцы. В итоге мой бывший приятель получит условный срок, но отсидит уже к тому времени под стражей более года. После вся их семья уедет в одну из стран СНГ, и мы больше никогда не увидимся.

А пока я довольный, что борзость не сошла Ивану с рук, спешу домой к любимым. Эх, понимаю, что Матюшка родился совсем недавно, требует внимания, и Лада еще толком не восстановилась. Но как мне хочется, чтобы наша семья стала еще больше! Чувствую себя неадекватным отцом из шуток в интернете.

Дома мне. впрочем, становится немного не до этого. Илья на входе мрачно сообщает, что в гостях старая знакомая — представительница закона, они с коллегой уже были как-то у нас. Их отдел занимается детьми, дама явилась к нам на контроль. Вот же. Что ей еще нужно?

В прихожей тихо, в гостиной тоже не слышу голосов. Не поперлась же она в спальню? И выйти они с Ладой никак не могли, сторож бы заметил. Но под ложечкой как-то неприятно тянет…

На ум сразу приходят воспоминания о том, как она звала Ладу в приют. Ух, безумие! У нас все хорошо, мы любим друг друга. Мои дети будут расти в самой благополучной семье на свете! Чувствую, как меня начинает потряхивать.

Наконец, до ушей доносятся какие-то звуки. Из кухни?.. Быстро двигаю туда.

—Мирон, ты приехал!

—Добрый день, Мирон Алексеевич.

Замираю в дверях от представшей передо мной картины. Тоже приветствую дам.

—Здравствуйте…

Лада в желтом летнем платье, с хвостиком на голове и довольным выражением на мордашке пьет чай. Они за столом с гостьей, в воздухе аромат свежего домашнего печенья. Перед элегантной женщиной в светлом юбочном костюме наша чашка с одуванчиком сбоку. Любимая рядом с такой же.

—Простите за вторжение, Мирон,— разводит гостья руками с розовым маникюром,— но Лада никак не шла у меня из головы. В прошлый наш визит она выглядела такой испуганной. И хоть больше обращений не поступало, я решила проконтролировать дело.

—Тогда на меня много чего навалилось,— вздыхает любимая.

Я прохожу на кухню.

—Спасибо за неравнодушие,— решаю тоже говорить миролюбиво,— но у нас все хорошо.

Женщина энергично кивает.

—Да-да! Я уже сама вижу. Если бы каждый мой контроль заканчивался так… Очень за вас рада.

Фу-ф, настороженность меня отпускает. Присоединяюсь к дамам, пробую печенье от Лады. Сотрудница органов явилась как раз, когда любимая колдовала на кухне. Матюшка был рядом, Марина убирала дом. Илья возился в саду на излюбленной альпийской горке. Тишь да гладь.

Карина, как зовут нашу гостью, рассказывает немного о своей работе. Какие бывают случаи — без конфиденциальных подробностей, конечно. О проблемах. Касаемся в разговоре злосчастного приюта, и я узнаю, для некоторых женщин это настоящий выход.