Большей любви не бывает - Даниэла Стил

Джордж уехал в конце июля, сразу после ежегодного отдыха наозере Тахо. Они по-прежнему ездили в то же местечко, которое снимали у давнихдрузей своих родителей. Эдвина и дети очень любили его. Там можно былонасладиться тишиной, погулять, поплавать, а Джордж, как всегда, демонстрировалнезаурядное мастерство ловли рыбы. В этом году Джордж уезжал в Голливуд, иУинфилды особо дорожили каждым днем, проведенным вместе.

Они часто вспоминали Филипа. Его гибель и отъезд Джорджалишили Эдвину надежды передать газету кому-то из братьев. Она твердо решила еепродать.

Вернувшись в Сан-Франциско, она попросила Бена поговорить сде Янгами. Прошло два дня, как Джордж отправился в Лос-Анджелес, но телефон неумолкал ни днем, ни ночью: звонили его многочисленные друзья и подружки.

Эдвина сомневалась, что брат добьется успеха в Голливуде, даи Джордж был еще слишком юн, чтобы серьезно думать о карьере, но никакие другиепрофессии его не интересовали. Газеты постоянно писали о скандальной личнойжизни кинозвезд, их экстравагантных нарядах, роскошных автомобилях и шумныхпопойках. Он был слишком юн и неискушен для всего этого, но она доверяла братуи считала, что лучше увидеть все собственными глазами и либо добиться успеха,либо забыть об этом навсегда.

— Как ты думаешь, Бен, может, стоит подождать спродажей газеты? Вдруг Джордж вернется, когда у него ничего не получится вГолливуде, а ее уже нет?

Она никак не могла решиться, но дела в газете шли все хуже,и за последнее время доходы существенно сократились. Она была обречена.

— К тому времени, когда он одумается, газеты все равноуже не будет. — Бен говорил правду, хотя и не одобрял принятое решение. Нодругого выхода, видимо, не оставалось.

Де Янги не заинтересовались их предложением, но через месяцпозвонили издатели из Сакраменто и сообщили, что они давно хотели приобрестигазету в Сан-Франциско и «Телеграфсан» абсолютно отвечает всем их требованиям.Они предлагали хорошую сумму, и Бен посоветовал Эдвине согласиться.

— Я должна подумать.

Эдвина еще колебалась, но Бен рекомендовал ей не тянуть,иначе покупатели из Сакраменто могут и отказаться. Вырученные деньги обеспечилибы им безбедную жизнь лет на пятнадцать-двадцать.

— А что потом? — спросила она Бена. — Чтобудет потом?

Через двадцать лет ей исполнится сорок семь, и без мужа, безпрофессии, без семьи она может рассчитывать только на помощь Джорджа либокого-то из младших. Ей не слишком нравилась такая перспектива, поэтому она нехотела торопиться. Но, с другой стороны, оставить все как есть тоже не удастся.

Бену стало жаль ее, но он никогда не решился бы сказать обэтом вслух.

— У тебя есть возможность вложить деньги в какое-тоновое дело. Существует целый ряд вариантов, о которых стоит подумать.

А кроме того, она могла бы выйти замуж за него или закого-нибудь другого. Но Эдвина считала, что в двадцать семь лет эту мысль лучшеоставить. Слишком поздно. Не следует и размышлять на эту тему. Она простовыполнила свой долг. Вот и все. И она ни о чем не жалела. Вспомнив, как передотъездом сияло от радости лицо Джорджа, она вдруг почувствовала, что жизньуходит, уходит невозвратимо. Но что толку об этом думать?

Письма Джорджа о голливудской жизни забавляли всех. Онипокатывались со смеху, читая, как песик одной нарядной дамы помочился налюбимую ручную змею какой-то восходящей кинозвезды и тем самым чуть не сорвалсъемки. Джордж быстро освоился на новом месте и, судя по всему, был оченьдоволен своей работой. Дядя приятеля сдержал обещание, и Джордж осваивалпрофессию ассистента оператора. Через пару недель его ожидала первая съемка.

— Теперь он станет кинозвездой? — спросила Фаннивскоре после отъезда Джорджа. В десять лет мир кино казался ей чудесным, каксказка.

Но еще больший интерес к судьбе брата проявляладвенадцатилетняя Алексис. Она обещала стать настоящей красавицей, и грустнаязадумчивость придавала особое очарование ее лицу. Она уже обращала на себявнимание прохожих, и это внушало Эдвине тревогу.

Алексис так и не смогла до конца оправиться после смертиродителей, тяжело перенесла она и гибель Филипа. В кругу семьи она держаласьнормально, но при появлении незнакомых людей тут же замыкалась в себе. Онаобожала Джорджа, ходила за ним как тень и не ложилась спать, часами сидя налестнице, дожидаясь, пока он вернется из гостей. Алексис особенно привязалась кнему после смерти Филипа.

Ей очень хотелось навестить Джорджа, и Эдвина не смогла ейотказать, хотя он обещал приехать на День Благодарения.

Незадолго перед этим она оформила сделку с покупателямигазеты из Сакраменто. Ее нерешительность обернулась к лучшему: они заплатилидаже больше, чем предлагали сначала. Тем не менее Эдвина понимала, что отнынепридется сократить расходы, чтобы денег хватило надолго.