Любовь преград не знает - Сюзанна Баркли

– Я знаю, зачем он туда поехал. Но не могу понять, почему так надолго, – резко ответила Ровена.

В середине июля они с Лайоном решили, что, пока не утрясется дело с клятвой, ей и Пэдди лучше вернуться в Хиллбрей. Лайон отвез их туда, а потом отправился в Италию. Спустя месяц после его отъезда Ровена поняла, что снова ждет ребенка.

– Когда приедет папочка и заберет нас? – спросил Пэдди, сидящий с ней рядом. Лицо мальчика радостно засияло впервые с тех пор, как его разлучили с обожаемым отцом.

– Не знаю, милый.

Улыбка сошла с лица ребенка, а взгляд потух.

– Он умер, как мой другой папа? – тихонько спросил он.

– Нет. – Ровена обняла сына. – Он не умер и приедет к нам.

Финли взглянул на ее выпирающий живот и со вздохом прошептал:

– Мое предложение жениться на тебе, девочка, в силе.

Глаза Ровены наполнились слезами.

– Нет, по этому пути я уже однажды прошла. Я буду ждать.

В зал вошел стражник и обратился к Гарри, но при этом посмотрел на Ровену:

– К вам гости, милорд.

– Это Лайон? – с нетерпением спросила она.

– Нет, это дама, очень важная дама.

В зал действительно вошла женщина. Под распахнувшимся плащом виднелось платье переливчатого синего цвета. Держалась она гордо, словно королева. Дама подошла к главному столу и устремила взгляд удивительных фиалковых глаз на Ровену.

– Вы, должно быть, леди Ровена. А я Элспет Сатерленд.

Ровена тихонько охнула. Финли поднялся из-за стола.

– Пожалуйста, присаживайтесь и угощайтесь.

Элспет улыбнулась.

– Сначала я хотела бы поговорить наедине с Ровеной, если можно.

– Конечно. – Ровена встала, хотя ноги у нее задрожали, когда она увидела, как взгляд леди Элспет скользнул по ее животу.

Ровена провела гостью к алькову у окна и села на каменный подоконник.

– Как я вижу, мой сын оставил вас в затруднительном положении, – сказала леди Элспет и села рядом с Ровеной.

– Он ничего не знал, когда уезжал. Пресвятая Дева, с ним что-то случилось? Поэтому вы здесь?

– Нет. – Элспет взяла холодные руки Ровены в свои теплые ладони. – Управляющий Киндуином написал мне в Эдинбург, что вы послали гонца узнать о Лайоне. Я испугалась, не случилось ли чего-нибудь дурного.

Ровена положила руку на живот, почувствовав движение ребенка.

– Вы позволите? – Элспет осторожно дотронулась до живота Ровены. Лицо у нее осветилось радостью. – Как я вам завидую!

– Мне? Но…

– У вас сейчас трудное время, но что может быть радостнее, чем носить ребенка любимого человека! – Она испытующе взглянула на Ровену. – Вы ведь любите моего сына?

– Всем сердцем, – со слезами на глазах ответила Ровена.

– Уходите, – воскликнул детский голос. Около них стоял Пэдди и сердито смотрел на Элспет. – Из-за вас моя мама плачет.

– А ты, должно быть, Пэдди? – Леди Элспет опустилась перед ним на колени. – Да ты вылитый портрет моего Лукаса!

– А кто это?

– Отец Лайона и твой дедушка, – тихо сказала Элспет и провела рукой по волосам Пэдди, а потом коснулась его носа. – Даже горбинка такая же.

– У меня никогда не было дедушки, – с опаской произнес Пэдди.

– И бабушки тоже. – Леди Элспет достала из сумочки, висящей у нее на пояске, маленький сверточек. – Дедушка с бабушкой обычно балуют детей, – сказала она, развернула сверточек и, вынув оттуда леденец, отдала его Пэдди.

Он посмотрел на мать и засунул угощение в рот.

– Вы мне нравитесь, – заявил он.

– А ты – мне. – Элспет уселась на скамью, посадив Пэдди к себе на колени.

– А еще конфеты у вас есть? – с надеждой спросил Пэдди.

Элспет улыбнулась и посмотрела на Ровену.

– Он такой же хитрый, как Лукас. – И, понизив голос, сказала Ровене: – Лукас уверен, что Лайон добьется успеха.

– Да? Но откуда он знает, что скажет папа римский?

– Лукас дал Лайону письмо к папе от короля, в котором король просит поскорее вынести решение, а помимо письма – большой сундук с золотом.

Ровена пришла в ужас.

– Но ведь это подкуп!

– У Бонифация^[9] сейчас денежные затруднения, и поэтому его святейшество не слишком щепетилен, когда дело касается денег. Ему пришлось продавать монастыри, а на деньги, которые предложит ему Лайон, можно купить два монастыря.

– Вы разоритесь из-за меня, – смутилась Ровена.

– Вы член нашей семьи, дорогая. Сатерленды ради родных готовы на все. Не волнуйтесь, мы не обеднеем. – Леди Элспет наморщила лоб. – Не понимаю, право, почему Лайон не женился на вас до отъезда.

– Он хотел, но я отказалась, чтобы не связывать его на случай, если не удастся избавиться от клятвы.

– Это благородный поступок, дорогая, но…

– А вы расскажете мне сказку? – спросил Пэдди.

– Конечно. – И Элспет начала рассказывать о том, как Лайон впервые пошел на охоту. Правда, героем рассказа был Лукас, спасший сына от дикого кабана.

Ровена принесла гостье вина и хлеба с сыром, но Пэдди не дал бабушке поесть, так как требовал одну историю за другой.

Наконец Пэдди задремал.

– Я так рада, что вы приехали, – сказала Ровена.

– И я тоже. – Леди Элспет поцеловала Пэдди в макушку. – Какое чудо, что у нас есть внук, а после появятся и другие…

– Другие? – Глаза Ровены удивленно распахнулись. – Вы думаете, у меня будет много детей?

– Дейбид, наш второй сын, предсказатель клана Сатерлендов, говорит, что у вас с Лайоном будет шестеро детей.

– Шестеро! – Ровена с трудом поверила своим ушам.

– Дейбид прислал вам подарок. – Элспет вынула из сумки мешочек, из которого вытряхнула на ладонь шесть кусочков янтаря на тонких золотых цепочках. – Вы должны повесить их на шею каждого ребенка в день крещения.

– Шесть, – повторила Ровена. Дитя у нее в животе резко задергалось, и она поморщилась. – Неужели столько раз придется пройти через это?

Тут дверь в зал распахнулась, и на пороге в лучах света появился Лайон.

– Ровена! – крикнул он.

– Я здесь. – Она с трудом поднялась на ноги.

– Ох, Ровена! – Он крепко обнял ее. Ребенок у нее в животе вновь задвигался.

– Как… это случилось?

Ровена покраснела от стыда.