Любовь срывает маски - Валери Боумен

– Миссис Лэнгфорд. – Герцогиня слегка кивнула.

Образовался небольшой кружок. Джейн стояла, крепко держа мистера Апплтона под руку.

Тонкими пальцами с ярко накрашенными ногтями вдова тронула нитку жемчуга на шее.

– Очень жаль, что сегодня вы не сможете танцевать, мисс Лаундз. Надеюсь, что рано или поздно хромота пройдет.

– Не сомневаюсь, что надеетесь, миссис Лэнгфорд, – ответила Джейн с фальшивой улыбкой.

– А вот я бы с удовольствием потанцевала. – Вдова выжидающе посмотрела на Гаррета.

Джейн с силой сжала руку, на которую опиралась. На миг – ужасный миг – показалось, что джентльмену придется ответить приглашением.

– Почту за честь, если соизволите подарить мне танец, миссис Лэнгфорд. – Неожиданно рядом возник Оуэн Монро. Джейн вздохнула с облегчением: брат Кассандры умел появляться в нужном месте в нужное время. Ничего не скажешь, полезный человек.

Миссис Лэнгфорд ответила холодной улыбкой. Выбора у нее не было: пришлось согласиться. Она приняла предложенную руку, и кавалер повел даму в центр зала.

– Ну, а мне пора разыскать своего красивого мужа. – Люси быстро помахала на прощание и исчезла.

– Жаль, что вы не можете танцевать, – заметил Гаррет, едва они остались вдвоем.

– А мне не жаль.

Он удивленно поднял брови.

– Не жаль?

– Нет.

– Но почему же?

Джейн постаралась говорить как можно тише.

– Потому что очень хочу… посмотреть картины в гостиной второго этажа.

Адамово яблоко на сильной шее дернулось, однако лицо осталось невозмутимым.

– Понятно. Позволите ли сопровождать вас при осмотре?

– Рассчитываю на ваше общество.

Апплтон подал руку, однако Джейн покачала головой.

– Нельзя уходить из зала вместе, – пояснила она шепотом. – Встретимся наверху через десять… – она переступила с ноги на ногу, – нет, через пятнадцать минут.

Путешествие на второй этаж и далее по коридору в гостиную заняло больше пятнадцати минут. Сначала пришлось ждать удобного момента, чтобы незаметно выйти из зала: задача непростая, учитывая, что каждый считал своим долгом лично осведомиться о самочувствии и состоянии пострадавшей ноги. Когда же все-таки удалось покинуть общество, выяснилось, что передвигаться без посторонней помощи пока нелегко. Особенного напряжения потребовал путь вверх по лестнице.

Когда же, наконец, Джейн осторожно открыла дверь в гостиную, то с радостью увидела, что Гаррет сидит на диване посреди комнаты – напротив того самого портрета, который они якобы рассматривали несколько дней назад. Стоявшие на камине свечи позволяли рассмотреть половину красивого лица. Джейн вспомнила, чем они занимались на диване, и внезапно смутилась.

Будь храброй. Разве не это постоянно твердит Люси? Джейн была храброй, а собиралась стать еще храбрее.

Она открыла ридикюль, достала ключ и повернулась, чтобы запереть дверь.

– Что у вас там? – в голосе Гаррета послышалась улыбка.

– Ключ. – Джейн игриво взглянула через плечо; она и не знала, что способна кокетничать.

Гаррет изумленно присвистнул.

– Ключ?

– Да. В этот раз подготовилась как следует. Не хотим же мы, чтобы кто-нибудь сюда вошел, правда? Заранее попросила лакея раздобыть ключ и заплатила за беспокойство гинею.

– Надеюсь, это был не лакей миссис Лэнгфорд.

– Разумеется, нет.

Джейн грациозно подошла к дивану – насколько грациозно можно ходить с вывихом лодыжки. В эту минуту она чувствовала себя женственной, как еще никогда в жизни. Женственной и романтичной: эффектное платье, полутемная комната, интересный, привлекательный мужчина, с которым хотелось… целоваться. Мысль заставила вздрогнуть.

– Как вам удалось усыпить бдительность матушки? – Гаррет взял за руку и помог сесть рядом.

– Сказала ей, что нога разболелась и хочу лечь в постель. Мама ответила, что обязательно пришлет горничную, чтобы проверить, как я себя чувствую, но Люси заверила, что сама обо мне позаботится.

– А как же миссис Банбери? – осведомился Гаррет с чувственной ухмылкой.

Джейн коротко рассмеялась.

– Не беспокойтесь. Компаньонка относится к своим обязанностям крайне легкомысленно. Ее опасаться не стоит.

Губы Гаррета изогнулись в неотразимой улыбке.

– Полагаю, не следует требовать от этой особы слишком многого, тем более что ее не существует на свете.

Он придвинулся так близко, что ноги соприкоснулись.

– В этом платье вы абсолютно неотразимы. – Теплое дыхание согрело шею.

– Спасибо.

– Оно идет вам еще больше, чем голубое, хотя трудно было представить, что это возможно.

– Спасибо. – Здоровая нога бешено тряслась под серебристыми складками, но Джейн не позволила себе начать что-нибудь теребить. Будь храброй. Будь отважной.

Она нервно вздохнула.

– И о чем же будем разговаривать? О портретах?

Он поднял руку, бережно провел пальцем сначала по плечу, потом по шее. Джейн закрыла глаза. Прикосновение лишило способности думать.

– Когда вы заперли дверь, я подумал о чем-то другом.

– О чем-то… другом?

– Об уроке.

По спине пробежал холодок. Она открыла глаза и взглянула вопросительно.

– Урок?

– Да. – Горячие губы трепетали совсем близко. – Вам же хочется узнать что-нибудь новое, правда?

Джейн повернулась и посмотрела на губы: они оказались всего в нескольких дюймах от ее губ.

– Хочется. Но чему же вы можете меня научить?

Гаррет поднял вторую руку и провел ладонью по другому плечу.

– Возможно, кажется, что уже все известно, но поверьте: существует пара-тройка секретов, которые опытный повеса сможет вам открыть.

Дыхание вырвалось коротким всполохом.

– Это правда?

– Да.

Джейн откинула голову.

– Так покажите же скорее, что это за секреты.

Гаррет бережно запустил пальцы за ухо и разогнул проволочную дужку очков. Глядя в лицо, другой рукой точно так же разогнул вторую дужку и снял очки. На мгновенье Джейн почувствовала себя обнаженной и беспомощной.

Гаррет положил очки на низкий стол перед диваном, повернулся и коснулся щеки.

– Мне нравятся ваши веснушки.

В горле пересохло.

– О, они просто…

– Очаровательны, – закончил Гаррет.