Все дело в любви - Джилл Шелвис

— Итак, если паника подавлена, — сказала она Мэдди, — может, объяснишь, как ты могла оказаться беременной. Ты же на таблетках.

Мэдди вздрогнула.

— Да, но они неэффективны, когда принимаешь антибиотики. Помните прошлый месяц, когда у меня был бронхит?

— У тебя что, был секс во время бронхита? — спросила Хлоя. — Ты не должна была так себя перегружать.

Мэдди закусила губу и вспыхнула.

— Никого я не перегружала. Всю работу делал Джекс.

— Ух ты, — с завистью протянула Хлоя.

— Так, — заключила Тара, сжав руку Мэдди. — Давай подведем итоги. Мы не паникуем, и мы установили, что ты влюблена по уши.

— Будет еще лучше, когда у меня придут месячные, — пробормотала Мэдди. — Я была в таком смятении. Мне нужно было заказать постельное белье для полутора‑спальных кроватей, а я заказала для двуспальных. На бензоколонке я едва не заправилась дизелем вместо бензина. И давайте не будем забывать, что это я не заменила сломанный насос в плавучем домике и чуть не убила Логана.

— О да, — подтвердила Хлоя и пожала плечами. — Но он экс. Не такая уж большая потеря.

— Хлоя! — воскликнула Тара.

Мэдди усмехнулась, затем закрыла ладонью рот сестры.

— Извините. Но признаем, что это было даже весело. А теперь всем нам необходимо позавтракать.

— Да, — согласилась Тара. — Но прежде мне надо поговорить с мужчиной, которого мы напугали беременностью, спасибо вам большое за это. — Она бросила долгий взгляд на Хлою.

— Моя вина, — призналась Хлоя. — Я готовлю завтрак.

— Нет! — воскликнули Мэдди и Тара одновременно.

— Эй, но я могу приготовить завтрак. И приготовлю с удовольствием.

Тара посмотрела на нее, потом кивнула.

— Хорошо, но если понадоблюсь, буду неподалеку. — С этими словами она отправилась на поиски Форда; хотя он припарковал машину у гостиницы, его самого нигде не было.

Даже в домике на пристани.

А потом она обнаружила, что и лодки нет. Значит, он ушел в море. Она залезла на его «Бенету», села на борт и свесила ноги в воду, подставив их лучам солнца в надежде, что оно погреет ее, пока она томится в ожидании.

Откинув голову, она закрыла глаза и попыталась расслабиться. Бурный разговор с Миа, еще более бурный — в голом виде — с Фордом, потом страх беременности Мэдди — не слишком ли много для восьми утра.

Должно быть, она задремала, потому что следующее, что она увидела, это как чья‑то лодка пришвартовывается к «Бенету» и кто‑то поднимается на борт. Она не смотрела в его сторону. Ей это было не нужно. Она все поняла по тому, как напряглись ее нервы.

Форд ничего не сказал, и она тоже молчала. Не говорили они до тех пор, пока он выводил яхту в залив и дальше, в открытое море. Он бросил якорь и сел рядом, растянулся, подставив лицо солнцу.

Она потянулась и сняла с него солнечные очки.

Он поднял голову и посмотрел на нее.

— Тест на беременность правда не мой, — сказала она. — И я пришла, чтобы сказать тебе об этом.

Их глаза встретились.

— Ты действительно думаешь, что я сплю с вами обоими?

Он колебался.

— Если бы речь шла о каком‑то другом парне, я бы сказал: «Какого черта? Конечно, нет». Но голос в моей голове все время напоминает мне, что ты крепко связана с ним. Вы были женаты. Я ненавижу этот проклятый голос.

— Мы с Логаном разошлись два года назад.

— А мы с тобой семнадцать лет назад.

— Мне кажется, количество лет не так уж много значит в данной ситуации.

Форд помолчал.

— Знаешь, груз воспоминаний давит на меня.

— Да, это страх.

— И замешательство, — добавил он. — И может быть, волнение. — Их взгляды встретились. — Я никогда не жалел насчет Миа. Ни единой минуты. Я жалел только о том, что случилось с нами.

Ее сердце сжалось.

— Я ненавижу себя за то, что причинила тебе боль.

И снова он замолчал.

— Я чувствую что‑то, Тара, — сказал он наконец. — И ты чувствуешь это. Я вижу это в твоих глазах, когда ты смотришь на меня; в твоих прикосновениях, когда ты позволяешь приблизиться к тебе.

Она выдохнула и посмотрела на воду.

— Да.

Он рывком сел на колени и стал ждать, пока она откроет глаза.

— Я чувствую это, — сказала она. — И чувствую это только по отношению к тебе. Что бы «это» ни было. Но…

— Никаких «но», — сказал он. Его рука скользнула ей под юбку, он стал целовать ее скулы, потом перешел к уху, заставив ее дрожать от предвкушения.

— Здесь. Сейчас. Со мной.

Не задавая вопросов, он все‑таки спрашивал.

— Здесь, — ответила она, взяв его лицо в ладони. — Сейчас. С тобой. Только с тобой…

Из его горла вырвался рык, он сорвал с нее свитер, дернул вниз чашечки лифчика и взял грудь в руки.

— Ты сводишь меня с ума, — проговорил он, обжигая своим дыханием ее кожу. — Сводишь с ума.

— И ты меня, — выдохнула она, когда его рука скользнула между ее бедер. Она запустила пальцы в его волосы и вскрикнула в нетерпении и желании, которое не могла контролировать. Она хотела, чтобы он оказался внутри ее.

— Я думаю о тебе день и ночь, — хрипло сказал он. — И, Господи, я представляю тебя в моей футболке, и это питает мои фантазии.

— Как начет секса на борту твоей лодки посреди бела дня? — спросила она, едва дыша. — Это тоже будет питать твои фантазии?

Его глаза потемнели.

— О да. — Он дернул ее к себе, так что она оказалась под ним, и обжег поцелуями от шеи до груди. Взял губами ее сосок, снял с нее юбку, в то время как она стаскивала с него джинсы.

— Пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть презервативы, — пробормотала она, когда он снял с нее трусики и прикоснулся к ней так, что по ее телу пробежала волна удовольствия.

Он достал пакетик, при виде которого она чуть не зарыдала от счастья.

— Сейчас. Ты обещал сейчас.

Потом он вошел в нее, доставляя ей неземное наслаждение.

— Бог мой, Тара. Когда я внутри тебя, я чувствую себя дома.

Только она хотела ответить на его красивые, но так удивившие ее слова, как он обхватил ее бедра руками и его движения стали интенсивнее. Потом он перевернул ее, она оказалась сверху, ее кожу ласкало солнце, а рядом плескали волны океана. Форд двигался внутри ее, заставляя чувствовать то, что раньше она никогда не чувствовала. Это был самый эротичный момент, который она когда‑либо переживала, и после этого, лежа рядом, они смотрели на чистое голубое небо и старались выровнять дыхание.