Белокурый красавец из далекой страны - Мария Тахирова

Через десять дней Мона провожала Сергея в аэропорт. Он хотел проститься дома, но жена была непреклонна в своем желании провести вместе с ним все оставшееся время, вплоть до последней секунды. Совсем недавно ей казалось, что их с Сергеем больше ничего не связывает, зато теперь Мона отчаянно цеплялась за каждое мгновение и втайне молилась о том, чтобы какое-то неожиданное препятствие задержало отъезд любимого. Сергей откровенно смеялся над ее страхами.

– Чем быстрее я уеду, тем быстрее ты сможешь присоединиться ко мне, – напоминал он Моне.

Та кивала, но ничего не могла с собой поделать, – возвращение Сергея в Украину представлялось Моне чем-то вроде ее персонального конца света.

Но сколько ни оттягивай момент расставания, он все равно наступит. Сергей сдал свою арендованную «Тойоту», и в аэропорт они ехали на такси. Мона сидела на заднем сиденье, вцепившись в его руку, и судорожно сглатывала слезы. За несколько дней до отъезда они обсудили все детали ее переезда: Сергей обещал сразу же заняться приглашением, по которому девушка могла поехать в Украину. Мона, в свою очередь, должна была подготовить все документы, необходимые для заключения официального брака в его стране. В офисе она дорабатывала последнюю неделю – все равно скоро уезжать, да и скрывать от коллег беременность становилось все сложнее.

За несколько дней до расставания Мона с Сергеем сходили к врачу, который подтвердил, что беременность протекает нормально и весной следующего года, ин ша Аллах, в их семье появится первенец.

– Все будет хорошо, – в тысячный раз повторял Сергей. – Я обещаю. Подключу все связи, чтобы ты могла приехать уже в следующем месяце.

Машина остановилась у терминала вылета международных рейсов. Молчаливый таксист, всю дорогу с интересом поглядывавший на странную пару, помог вытащить объемный чемодан Сергея. Тот хотел попросить водителя задержаться, чтобы отвезти Мону обратно, но девушка дала понять, что лучше найти другую машину, – не хватало еще, чтобы на обратном пути таксист начал выяснять, в каких она отношениях с этим иностранцем.

В здании аэропорта Сергей сразу стал прощаться; он не любил расставания и имел основания опасаться, что жена не сможет сдержать свои эмоции. Они неловко обнялись, и Сергей быстро пошел к стойке регистрации. Мона провожала мужа взглядом, пока его фигура не затерялась вдали. Слез не было. На несколько минут она впала в ступор и просто стояла, бездумно глядя куда-то вдаль, затем повернулась и уныло поплелась к выходу.

Потекли томительные дни ожидания. Необходимость ежедневно ходить в офис тяготила Мону, но когда она наконец уволилась, стало еще тяжелее. Оказалось, что рутинные дела на работе отвлекали ее от мыслей о Сергее и их будущем. Осев дома, она впала в депрессию: часами бездумно ходила по квартире, переставляя вещи с места на место, щелкала пультом от телевизора или подолгу неподвижно лежала в кровати.

Беременность по-прежнему давалась Моне нелегко; ее часто тошнило, постоянно клонило в сон, аппетит отсутствовал напрочь. Но сложнее всего было справиться с тоскливым чувством одиночества. Ей безумно не хватало присутствия и поддержки Сергея; они общались по телефону, но этого не хватало, чтобы заполнить образовавшуюся в ее жизни пустоту. Мона ревновала мужа к его украинской действительности, о которой она мало что знала; ревновала к друзьям и даже родственникам. Она гнала от себя мысли, что у любимого, возможно, уже появилась другая девушка – ведь там, на Западе, это так просто. Мона и сама понимала, что это напоминает паранойю, – у нее не было достоверной информации, чтобы делать подобные выводы, а просто так терзать себя не имело решительно никакого смысла. Но справиться с собой получалось не всегда. Только сейчас, когда Сергей уехал и почти исчез из ее жизни, она окончательно поняла, сколь огромное место он занимал там раньше. Одиночество обрушилось на нее, словно лавина, и у Моны не было никакой возможности ей противостоять.

Сергей

Украина встретила Сергея осенней прохладой, от которой он уже успел отвыкнуть. Зябко кутаясь в кожаную куртку (самую теплую вещь, которую он брал с собой в Египет), Сергей вышел из здания киевского аэропорта и с наслаждением вдохнул свежий воздух. Его никто не встречал – единственным человеком, знавшим точную дату возвращения, была мать, но и ее он просил остаться дома.

«Устрою друзьям сюрприз, – решил Сергей. – Мог бы и матери не говорить, но это рискованно – у нее все шансы заработать от такой неожиданности сердечный приступ. Хватит с мамы известия о том, что я женился на египтянке и скоро стану отцом».

Сергей нахмурился, вспомнив реакцию матери на эту шокирующую новость. Сначала она просто выронила трубку, и несколько томительных минут ему пришлось потратить на то, чтобы снова дозвониться до нее. Затем мама долго допытывалась, не шутит ли он, потом охала, ахала, плакала и жаловалась на боли в сердце. Все уверения Сергея, что Мона хорошая, и напоминания, что мать давно мечтала женить сына и понянчить внуков, не сработали.