Уик-энд с мистером Дарси - Виктория Коннелли

– Итак, что у тебя намечено на сегодняшний вечер? – спросил Дэн, гладя ее волосы. – Когда мне придется снова покинуть тебя?

Робин с серьезным видом попыталась вспомнить программу конференции, однако это оказалось нелегко: мужчина, целовавший ей шею, сильно ее отвлекал. Она постаралась сосредоточиться, но обнаружила, что способна думать только о том, что ее бросает в жар от его прикосновений, и осторожно отстранилась.

– Дэн! – сказала Робин с упреком.

– Что?

– Я пытаюсь думать.

– А я пытаюсь тебя поцеловать. Это гораздо важнее.

– Будет, кажется, доклад о дамских шляпках времен Регентства и лекция на тему «Чему нас может научить Джейн Остин?».

– Я могу тебе ответить: многим вещам. И поскольку ты теперь знаешь ответ на этот вопрос, можешь отправиться со мной на верховую прогулку.

– Что?!

Дэн выпрямился и на несколько мгновений оставил в покое ее шею и губы.

– Поехать со мной кататься верхом. Сегодня прекрасный день, и я могу показать тебе свои любимые места. Есть одно у реки, за полями, тебе оно понравится.

Робин рассмеялась, удивившись тому, с какой легкостью он ей это предложил.

– Но я же должна участвовать в конференции.

– Ну и что, пропустишь уроки! Это будет весело.

– Никогда не сидела верхом на лошади.

– Значит, самое время научиться.

– А если я упаду?

– Не упадешь. Поедешь на Поппине. Он двигается медленно и плавно, как осенний ветерок.

– Но у меня нет ни шляпы, ни сапог. Я не взяла с собой даже брюки.

– Ничего страшного, – успокоил ее Дэн. – В чулане, где хранится упряжь, есть всякое снаряжение для верховой езды. Пойдем!

Робин невольно расплылась в улыбке. От такого предложения нельзя было отказаться.

И действительно, в углу чулана обнаружился старый сундук для одежды, набитый штанами, свитерами и шляпами, рядом выстроились пары сапог. Дэн вышел, и Робин подыскала себе подходящую одежду – небесно-голубой свитер и коричневые бриджи для верховой езды, а также изящные черные сапоги. Затем, собрав волосы в пучок, она спрятала их под шляпу и вышла из импровизированной раздевалки. Дэн взнуздывал обещанного серого жеребца; Робин подошла к ним, немного смущаясь.

– Ух ты! – воскликнул он, оборачиваясь. – Здорово выглядишь!

– Неправда.

– Правда, я не вру.

Робин покачала головой:

– Все великовато.

– А шляпа не сваливается?

– Нет, шляпа в самый раз.

Дэн, подойдя к Робин, стал возиться со шляпой, проверяя, хорошо ли она сидит на голове и завязаны ли шнурки.

– Шляпа – это самое главное, – заявил он.

После этого им оставалось только сесть на лошадей.

Серый конь Робин, Поппин, был тем смирным животным, с которым она познакомилась во время первого визита на конюшню.

– Это одна из любимых лошадей Пэмми, на нем она по воскресеньям катается по полям, – сообщил Дэн, подтягивая стремена для Робин.

– А Пэмми, то есть дейм Памела, не будет против, если я на нем поеду?

– Конечно нет. Лошади должны больше двигаться. А теперь подойди к нему и поздоровайся.

Робин протянула руку и погладила серую морду Поппина.

– Он такой милый. Так хочется забрать его себе.

Дэн рассмеялся:

– Если бы он мне принадлежал, я бы прямо сейчас подарил его тебе.

– А ты на какой лошади поедешь?

– На Персее.

– Шикарное имя.

Дэн кивнул:

– Это герой греческих мифов, который убил горгону Медузу. Мне кажется, Пэмми, когда покупала его, играла в кино богиню Афину. Тогда она помешалась на всем греческом.

– Это тот самый гнедой? – спросила Робин, вспомнив великолепную картину: Дэна на лошади в момент их первой встречи.

– Именно тот. Это необыкновенный конь, однако ему нужна твердая рука. Ну а теперь, – сказал он, становясь за спиной Робин, – положи руки вот сюда. – Он взял руки Робин в свои. – Ногу в стремя. Я тебя подсажу, хорошо? Ты просто перекидывай ногу через седло, только не зацепись за круп Поппина. Он у него широкий.

Робин ухмыльнулась, но при мысли о том, что сейчас придется влезть на лошадь, ей стало не по себе.

– На счет «три», – скомандовал Дэн. – Раз, два, три!

Робин оторвалась от земли и с пугающей скоростью взлетела вверх, затем стукнулась о седло, отбив себе место, на котором сидят.

– Ну как, все нормально? – осведомился Дэн.

– Не слишком мягкая посадка, – поморщилась Робин. – Извини, Поппин.

– Ничего, он это переживет. На его спину приземлялись всадники и покрупнее.

Робин покраснела. Она прекрасно понимала, что бриджи позволяли в деталях рассмотреть ее бедра, и Дэн, наверное, не преминул воспользоваться этой возможностью, когда подсаживал ее на лошадь.

– Итак, – продолжил он, взяв ее пальцы в свои, – бери поводья вот так. Сейчас пройдитесь по двору, а я пока приведу Персея. Чтобы приказать двигаться, сожми его бока коленями.

Робин сосредоточенно нахмурилась. Ей казалось, что она находится страшно далеко от земли, и падать с такой высоты совершенно не хотелось. Все было так необычно и в то же время очень увлекательно. Она превращается в другую Робин – в Робин-наездницу, которая поскачет по полям, перепрыгивая через изгороди. Ну, возможно, не сегодня.

Ей удалось заставить Поппина тронуться с места, и она начала обретать уверенность.

– Не надо все время смотреть на землю! – крикнул ей Дэн, возившийся у стойла Персея. – Если, конечно, не хочешь свалиться. Смотри вперед, туда, куда едешь.

Робин повиновалась. Да, так лучше. Она сделала еще несколько кругов по двору, научилась поворачивать коня направо и налево и кое-как держаться у него на спине, хотя пару раз потеряла равновесие и едва не вылетела из седла.

– Ну как, готова к большим скачкам? – спросил Дэн, выводя Персея и плавным движением вскакивая в седло.

Робин пристально смотрела на него, восхищаясь его грацией.

– Пошли, мальчики! – скомандовал Дэн, свистнув псам.

– А они от нас не отстанут?

– Мы поедем рысью, – объяснил Дэн. – Ведь ты первый раз на лошади.

Робин, услышав эти слова, вздохнула с облегчением. Хотя скакать галопом по полям Хэмпшира навстречу ветру, развевающему волосы, казалось необычайно романтичным, она подозревала, что после галопа окажется в грязной канаве.

Дэн поехал впереди. Покинув конюшни, они направились к подъездной аллее. Робин быстро оглянулась на Перли-холл, боясь, что кто-нибудь заметит ее на лошади в то время, когда все должны слушать очередную лекцию.