Дочь врага - Екатерина Аверина

Парень вышел из туалета. Со спины и правда нас легко спутать. Я прижал к себе свою девочку. Не могу пока поверить, что она рядом. Но и злиться не могу. У меня просто нет сил на эти эмоции. Их все я оставил на кладбище, когда прощался с ней на глазах у всех.

— Прости, что тебе пришлось такое пережить, но Киреев должен был увидеть настоящие чувства, он должен был поверить, — объясняет она.

Не могу говорить. Горло вдруг сдавило спазмом. Кристина подняла голову, коснулась ладошкой моей щеки, встала на носочки, чтобы дотянуться до моих губ.

«Уходите» — пришло сообщение на мой мобильник.

— Нам пора, — взял ее за руку и тем же маршрутом, по слепым зонам небольшого Маркета при заправке вывел к колонкам.

— Туда, — она кивком показала на припаркованный «Тахо». На моей машине уехал ее брат.

За рулем женщина. Стоило нам закрыть дверь, как она сорвала машину с места покруче некоторых мужиков увозя нас объездными путями по неизвестному мне маршруту. В салоне стоит напряженная тишина. Я внимательно смотрю по сторонам, насколько позволяет обзор. Кристина прижимается ко мне, я чувствую, как моя женщина дрожит. Прикоснулся губами к ее виску долгим поцелуем.

— Я думал, что сойду с ума, — хриплю ей. — Я сошел с ума, Крис! — ладони сжимаются в кулаки.

— Прости меня, — всхлипывает. — Иначе нам его не победить.

Женщина за рулем аккуратно припарковалась во дворе красивого особняка, утопающего в высоченных деревьях. Ощущение, что он спрятан в лесу. Даже дождь не портит впечатления. Наоборот, добавляет этому месту особого шарма и уюта.

— Я убью тебя, женщина! — с порога вылетает Ольховский со стволом наперевес. — Что вы устроили?!

— Ускорили процесс, — она без страха смотрит в глаза Евгению Арсеньевичу.

— Ты сорвала мне все планы!!! — орет он, не обращая на нас внимания.

— Я вернула жизнь своей дочери и сердце ее мужчине. Стас разработал план, Жень. Мы знали, что ты не одобришь, но все так или иначе учились у тебя. Все закончится сегодня. Мы должны. Иначе Киреев подготовится и тогда…

Ольховский прижал ее к себе. Стоим двумя парами во дворе под дождем. Мы с ним сверлим друг друга пронзительными взглядами, наши женщины, как самое лучшее успокоительное, обнимают нас согревая своим теплом и нежностью.

— Я пока ни хрена не понимаю, — не отрываю от него взгляда. — Но очень надеюсь, что вы, черт возьми, наконец, объясните мне, что происходит!

— В дом, — зовет его женщина. — Идемте. Там поговорим.

Рассматривать интерьер у меня нет ни сил, не желания. Я просто вошел внутрь последним, прикрыл за собой дверь. Отодвинул в сторону Крис и со всей дури врезал Ольховскому по морде. Женщины вскрикнули от неожиданности, мужчина согнулся пополам, схватившись одной рукой за челюсть. Следующий удар пришёлся в солнечное сплетение, но Евгений, как опытный боец, погасил его силу, отскочил в сторону.

— У меня не было выбора! — рычит он. — Я спасал дочь!

— Ты почти убил нас! Чуть не оставил сиротой Ясю! — меня наконец накрыло.

— Киреев должен был тебе поверить! Нужна была настоящая боль. Он не дурак и даже после похорон не бросил следить. Вы бы спалились! И тогда что? Тогда были бы настоящие похороны! И во втором гробу лежал бы ты. Вот тогда моя внучка осталась бы сиротой. Сядь! — он снова трет ушибленную челюсть. — Однажды я уже спас от него жену. Теперь спасу и дочь. Жалею, что не грохнул тогда. Правильный был. Принципиальный.

— Крис твоя? — кивает. — Супер, — внутри меня все снова успокаивается, покрывается коркой льда замещая эмоции голым расчетом. — Какой у нас план?

— А я не знаю, — мужчина, нервно посмеиваясь смотрит на жену. — Какой у нас теперь план? — скептически приподнимает бровь.

— Стас увел людей Киреева. К ночи он приведет Андрея домой к Тимуру.

— И ты уверена, что этот ублюдок поедет туда сам? Женщина, да мы его с опытными бойцами смогли вытравить из своей норы лишь на похороны Кристины! — Ольховский злится, а я внимательно слушаю.

— Ты не учел одну важную деталь, муж мой, — отвечает ему тем же тоном. — У Андрея давние счеты с семьей Селехова. Он не упустит возможности уничтожить конкурента лично. В этом он весь. С бравадой и пафосом смотреть на то, как морально ломается человек. Руслан бы сломался, узнав о гибели сына. У него сердце. Даже убивать не надо. Там останутся молодая беременная жена с дочкой на руках. Ты готов пожертвовать еще и ими выжидая подходящий момент?! Еще немного и Тимур кинулся бы сам мстить за любимую женщину. Киреев получил бы все особо не напрягаясь.

— Прости, — Евгений Арсеньевич поднял вверх руки, виновато посмотрел на жену.

— Не за что. Ты так оберегал меня, что забыл. Я ведь жила с Андреем. Я хорошо его знаю. Скажи я тебе сразу, не стал бы слушать. И Стасу бы запретил вмешиваться.

— Никогда недооценивай свою женщину, — вдруг улыбнулся Ольховский, подошел к жене и нежно ее поцеловал.

— Не буду, — я обнял Крис и пару минут мы провели в тишине просто выдыхая, собираясь с мыслями, готовясь нанести последний, решающий удар.