Клятва Белоснежки - Анна Бахтиярова

Стас помолчал. Ну что за увлекательные нынче темы? Жанне домой не пора? Ребёнка укладывать? Вот ему бы не помешало поехать к младшим.

— Ты ответишь? Стас?

— Почему испугалась… — протянул он раздраженно. — Да потому что она нас кинула! После пожара ее крутой муж струхнул. Велел Стелле держаться от нас подальше. А то мало ли. Всё-таки дом не просто так сгорел. С нашей родней внутри. Стелла приезжала. К нам в квартиру. Мялась, купюры мне в руку совала. Мол, ты извини, но больше ничем помочь не могу. Ты ж взрослый, сам всё понимаешь. Будто я просил помощи! Просто взбесило! Сама-то вечно к матери моей прискакивала, когда что-то требовалось. И Маринку к нам отправляла, когда вместе с крутым муженьком не справлялась с упрямой дочерью. А как мы одни остались, руки умыла. Странно, что у нее теперь агентство. Неужели, муж разрешил? Иль они развелись? Нашел новую модель? Помоложе?

— Нет, — ответила Жанна после паузы. — Стелла вдова. Занимается благотворительностью, кстати. Помимо модельного бизнеса.

— Она и раньше занималась. Сплошная показуха.

Стаса не тронуло известие о смерти мужа Стеллы. Подумаешь. Тот еще был гад. Вечно доводил Маринку до белого каления. Не давал спокойно жить, хотя она изо всех сил искала компромиссы. Может, если б не вечные накачки, девчонка осталась б жива…

— Давай отвезу тебя домой, — предложил Стас. — Только при условии, что будешь молчать по дороге. У меня голова вот-вот взорвется от «разговоров по душам».

Он ожидал новой порции недовольства. Но Жанна лишь кивнула. Отвернулась к окну, раздумывая о чем-то своем…

Глава 16.

Новый уровень

ЖАННА Громова

Жанна выполнила пожелание Стаса. Молчала всю дорогу до дома. Мысли занимало прошлое. Общее и не очень.

Стелла Фетисова — мать Марины?! Ну и дела! Никакого внешнего сходства. Стелла — истинная модель. Пусть и давным-давно бывшая. Красивая, но холодная. Марина была… живой. Во всех смыслах. В глазах горел огонь. Нет, настоящее пламя. Жанна помнила, как часами разглядывала ее работы на сайте. Восхищалась и, что греха таить, подумывала, а не согласиться ли на фотосессию. Да, в то время она не считала свою внешность хоть чуточку интересной. Но Марина умела подать на снимках с выгодной стороны даже некрасивых людей. Вдруг и серая мышь Снежанна Морозова увидела бы в себе лебедя?

— Что? — спросил Стас, заметив, как Жанна горько усмехнулась.

Они как раз въехали в котеджный посёлок. До дома «невесты» оставалось минуты три.

— Ничего особенного. Вспомнила кое-что из юности, — Жанна посмотрела на Стаса пристально. Безумие, но иногда не верилось, что он тот самый звездный мальчик, который сломал ей жизнь. — Мне жаль, что сдала тебя Стелле. Впрочем, пусть знает, что вы с младшими не загнулись без ее подачек.

Стас хмыкнул.

— Пусть знает, — ответил ворчливо. — Но как бы к нам на порог не явилась.

— Пошлешь болотом, коли соизволит.

— Она же твой клиент.

— Нет. У нас со Стеллой деловое партнерство. Захочет разорвать его, пожалуйста. В городе полно других модельных агентств.

Автомобиль остановился у нужного дома.

— Завтра всё в силе? — спросил Стас с сомнением. Решил, что сегодняшний не слишком дружеский разговор заставит Жанну передумать и отменить семейную прогулку.

— В силе. Встречаемся в парке. В два часа.

Она заметила припаркованную на другой стороне улицы незнакомую машину с выключенными фарами. И не поймешь в темноте, есть ли кто внутри. Авто будто нарочно поставили подальше от фонаря.

— На всякий случай. Если следят, — пояснила она и наклонилась к Стасу. Коснулась губ слегка, собираясь тут же отстраниться.

Но Стас не позволил, притянул ее ближе, углубил поцелуй. Жанна дернулась, но, вспомнив о возможной слежке, позволила ему изобразить страстное прощание. Но недолгое, хотя неприятных ощущений, как и прежде, не испытала.

— Что ты творишь? — спросила, отстранившись.

— Мы же поссорились, — напомнил Стас, а в глазах зажглись лукавые искорки. — Примирению полагается быть жарким.

Жанна скривилась.

— Ты же терпеть меня не можешь, Стас Александровский.

— Ну… — протянул он, изобразив задумчивость. — Зато целуешься ты отлично.

— Это не я! Это ты!

— Но ты же отвечаешь. И уже не в первый раз.

Захотелось двинуть по этой веселой физиономии, но Жанна сдержала порыв.

— До завтра, — бросила сердито и постаралась не хлопнуть дверцей.

На пороге встретила Алевтина Фёдоровна. Сообщила, что Лёшка делает уроки с Лидой, а потом прищурилась подозрительно и спросила:

— Всё в порядке, Жанна Олеговна? У вас щеки горят.

— В порядке, — она выдавила улыбку и, пообещав, что появится к ужину, скрылась в спальне. Глянула на себя в зеркало и пришла в ужас.

Щеки, правда, горели. Как у школьницы после первого в жизни поцелуя.

Не бред ли?

С чего бы ей — взрослой и разумной женщине — так реагировать на Стаса?

«Была бы разумной, не связалась бы с Виталием», — напомнила Жанна сама себе мысленно и состроила рожицу отражению.

Вот только факт оставался фактом. Стас влиял на нее. Точнее, его попытки играть в любовь. Поцелуи и прикосновения вызывали ненужные эмоции. Странные эмоции.

В школе Стас Александровский по праву считался самый красивым мальчиком. Большинство девчонок (в классе и не только) наряжались в лучшие шмотки исключительно ради него. Чтобы поймать хоть один взгляд голубых глаз. Но девочка Снежанна Морозова никогда не входила в шлейф. Да и в число тех, кто тайно страдал по звездному мальчику. Она не испытывала к нему никаких чувств. В смысле, никаких трепетных. Только презрение. И снисхождение, пожалуй. Девочка-заучка ценила в других интеллект, а не внешний лоск. А интеллектом Стас Александровский образца школьных годов не обладал.

Только модельной физиономией, глупостью и дурным характером.

И всё же именно ему однажды серая мышь доверилась. Но лишь потому… Потому что Марина взяла с него слово, что он сделает всё, как надо. Марина ни секунды не сомневалась, что Стас выполнит данное обещание. И ошиблась, увы.

Только заплатила за это серая мышь…

— Не забывай об этом, — объявила Жанна отражению вслух. — Никогда не забывай. Ты снова доверилась Стасу Александровскому. Вынужденно. Да, жизнь его нехило отделала. Но не забывай, кем он был и что с тобой сделал.

«Мантра» сработала. Щеки остыли. Будто и не пылали от возбуждения, а на губах не горел поцелуй Стаса.

* * *

Жанна нервничала всё утро. Когда до семейной прогулки остались считанные часы, затея показалась совершенно безумной. Вдруг всё пойдет наперекосяк? Стас что-нибудь отмочит? Или его брат с сестрой скажут лишнее при Лёшке? Они вроде умные ребята, но всякое случается. Или того хуже — вернется Виталий?