Соперница интриганки - Кайя Асмодей

Лия запустила руку в его волосы и гладила, пока он окончательно не проснулся. После она подала ему одежду, вышла из палатки и вернулась к столу.

Что же он такое ей сказал, отчего она засияла, точно солнце? Уверена, этот вопрос занимал не только меня. Какой же силой должны обладать его слова, чтобы за секунду стереть нанесенную обиду…

Мы завтракали вчерашними шашлыками, летним салатом, а на сладкое был пирог с черникой. Из напитков – чай и кофе.

И хуже всего было даже не то, что Денис и Лия сидели прямо передо мной такие счастливые, а другое: после всего, что сделал, или не сделал, или был готов сделать, Денис вел себя как ни в чем не бывало.

Хорошая игра? Или лицемерие, пробравшееся так глубоко, что давно стало частью личности?

Данила был скучен. В разговоре за столом почти не участвовал. Бывало, я ловила его взгляд на себе, на Денисе и на Лии. Его мысли занимал наш треугольник. А вернее даже – наш треклятый квадрат, частью которого он сам был.

После завтрака Никита с Кирой ушли гулять, Вова с Даней решили искупаться, а я, Денис и Лия остались в лагере.

Я помогла ей убирать со стола. Мы слова друг другу со вчерашнего дня не произнесли.

Денис пытался со мной разговаривать в духе: «Стефа, а ты не видела шампура?» или «Будешь сок?», «Кто смотрел прогноз на сегодня?» – и характерный взгляд на меня.

Я отвечала ему со всей беззаботностью, на какую была способна. Но натяжку в наших отношениях, боюсь, не заметил бы только слепой. И Лия заметила, ее улыбка лучше всяких слов говорила, что она довольна таким поворотом.

Наконец из озера вылезли Даня с Вовой. Лия налила им горячего чаю, но Вова, только пригубив, заявил:

– Надоело чаи гонять. Надо бы за напитками скататься.

– Можно прокатиться, – согласился Даня.

– На твоем мотоцикле, – воскликнула я и вскочила с бревна, радуясь, что придумала повод слиться из лагеря хотя бы ненадолго.

Если Даня и удивился моему порыву, то ничего не сказал, натянул мотоциклетную куртку и протянул мне шлем.

Вова тут же протянул Дане целый список, что нужно купить.

– Ден, тебе что-то нужно? – спросил Даня, садясь на мотоцикл.

– Не-а.

У Лии он почему-то не спросил, а я видела, она что-то написала на бумажке, да так и не отдала ему. Что произошло у них ночью?

Я села позади Дани, тот завел мотоцикл и сорвался с места так, что у меня все нутро перевернулось.

До магазина мы добрались минут за десять, я успела околеть.

Даня поставил на подножку мотоцикл и зашагал к дверям супермаркета. Я поплелась за ним. Он обернулся, хотел что-то сказать, но, заметив мою дрожь, снял с себя куртку и помог мне ее надеть.

Наши взгляды встретились, и у меня вырвалось:

– Ты сказал ей?

Он не переспросил и не стал делать вид, будто не понимает, о чем я. Кивнул.

– Да.

– А она?

Данила шаловливо улыбнулся и задал свой вопрос:

– А он?

– Я не сказала.

– А что так… слишком заняты были чем-то другим?

От воспоминаний у меня нижняя губа задрожала. Я закусила ее.

Данила вздохнул. По его выражению лица я поняла, что он подумал о самом худшем, и поспешно сказала:

– Ничего не было. Я дала ему понять, но он…

– Неужто проявил благородство? – изумился Даня.

– Нет. – Я вдруг решила, что, если произнесу это вслух, мне станет легче. И я едва слышно вымолвила: – Предложил трахнуть меня.

Повисла пауза. Легче не стало. Я заплакала. Даня привлек меня к себе и, обняв одной рукой за плечи, прошептал:

– Ну не надо.

– Он мог просто сказать, что не любит меня.

Данила погладил меня по волосам.

– Не мог.

Я подняла на него глаза.

– Почему?

– Потому что он любит тебя. Очень любит, но не так, как тебе хотелось бы.

Я всхлипнула.

– Нет, Даня, когда любят, не рвут одежду и не лапают, как шлюху. – Я уткнулась носом ему в грудь, вдыхая аромат его нового парфюма с нотами алкоголя, лайма и острого перца.

– Лучше бы я выбрала тебя.

– И продолжала заблуждаться на его счет? – Он не стал ждать ответа, влез в карман своей куртки и подал мне платок. – Пойдем, купим что-нибудь вкусненького. Торт?

Он повел меня к магазину. А я издала жалобный смешок. Он все еще помнил, как в прошлом году пытался поцеловать меня, а я хотела убежать под предлогом, что в холодильнике у меня есть торт.

От приятных воспоминаний я улыбнулась и пробормотала:

– А ведь ты мой первый парень. Я и целоваться до тебя не умела.

– А теперь ты профи?

Мы рассмеялись.

Он взглянул на меня и, перестав улыбаться, внезапно сказал:

– Прости меня, Стефа. Как-то не довелось сказать это раньше. Мне очень жаль, что я обидел тебя.

– Я простила.

Он крепче обнял меня. И мы вошли в магазин. Я взяла корзинку и напомнила:

– Так что же тебе сказала Лия?

– Ты очень удивишься, узнав это, – пробормотал Даня, перебирая на витрине коробки с соками.

Я смотрела на него заинтересованно и нетерпеливо, а он покосился на меня и обронил:

– Сказала, любит Дениса. Что же еще!

Я вздохнула и кинула в корзину шоколадку.

– Они друг друга стоят.