Драгоценные дары - Даниэла Стил

– Не знаю, – поразмыслив, ответила Вероника. – Сначала потребуется провести оценку. В своем нынешнем состоянии шато стоит немного. Слишком большие затраты понадобятся, чтобы привести его в порядок.

– Понимаю, – серьезно кивнула Джульетта. Она влюбилась в старый дом – Вероника видела это по ее глазам. – А ты не одолжишь мне денег в счет моего наследства, чтобы я могла выкупить его? На деньги, которые папа завещал мне, я могла бы отремонтировать его – если понадобится, можно даже продать булочную, часть работ выполнить своими руками, найти в помощь кого-нибудь из местных… Что скажешь? Может, ты хочешь того же – в смысле, помочь мне выкупить его? Просто мне кажется, что этот дом взывает ко мне о любви, – почти такими же словами Пол когда-то уговорил Веронику купить шато. Еще одно дежавю. – Моего наследства хватит? – продолжала расспросы Джульетта, и Вероника кивнула. Но умолчала о том, что наследства Джульетты хватит с лихвой.

– Но только если ты этого действительно хочешь. Мне кажется, сначала надо как следует подумать. Ты ведь не живешь здесь. Значит, надо учитывать и то, в какой мере ты будешь пользоваться домом.

– Скорее всего, я перееду сюда, – ответила Джульетта так, словно это все объясняло. – Я все равно не смогу руководить работами на расстоянии.

– Так ты правда хочешь жить здесь? – изумилась Вероника. Никто из ее дочерей еще ни разу не высказывал желания жить во Франции. Их с трудом удавалось вытащить сюда даже на одну неделю раз в году.

– Да, пожалуй. Кажется, я наконец нашла место, где хочу поселиться.

– Подумай еще немного, прежде чем принимать серьезные решения, – посоветовала Вероника и улыбнулась: впервые за долгое время Джульетта выглядела по-настоящему счастливой. – Как тебе Софи? – не удержавшись, спросила она.

– Очень милая! – воскликнула Джульетта. – Совсем как ребенок. И очень похожа на папу, правда?

– А еще – на Тимми и на тебя, – вздохнула Вероника.

Через несколько минут Джульетта ушла к себе. К тому времени уже закончившая разговор Джой с подозрением взглянула на нее.

– Что ты задумала?

Она не доверяла сестре, опасаясь, что та опять выкинет какой-нибудь фортель, как в предыдущий раз, когда она передумала заниматься историей искусств и купила булочную в Бруклине. По мнению Джой, Джульетта была способна на любые безумства, вроде отношений с мужчинами, недостойными внимания.

– Пожалуй, я бы купила его… – с расстановкой произнесла Джульетта, и Джой поняла, что она настроена серьезно. – Из него получится прекрасный отель.

– Ты же понятия не имеешь, как управлять отелем, – напомнила Джой, раздраженная тем, что сестра, как обычно, витает в облаках и строит оторванные от жизни планы.

– Я и про управление булочной ничего не знала, и все-таки она процветала.

– А как же быть с деньгами, которые папа оставил тебе на булочную? – резонно возразила Джой.

– Папа завещал всем нам деньги для того, чтобы мы исполнили свою мечту. Тимми – чтобы она наконец открыла собственный приют для бездомных, тебе – чтобы ты строила актерскую карьеру, наняла хорошего менеджера, обратилась к лучшему агенту, брала уроки актерского мастерства у известных преподавателей и перестала наконец подрабатывать официанткой. А если моя мечта, как выяснилось, – превратить шато в отель, нет ничего страшного в том, что булочной у меня не будет: я все равно исполню свою мечту. Что в этом плохого?

Выслушав ее, Джой помолчала, поняла, что имеет в виду сестра, и покачала головой.

– Я люблю тебя, но по-моему, теперь ты окончательно спятила. Ремонт этого дома обойдется в целое состояние. Как, черт возьми, ты собираешься привести его в порядок?

– Часть работы я сделаю сама, мама может одолжить мне денег. Конечно, если все вы согласитесь продать мне свои доли.

– Так ты что, не шутишь? – Джой изумленно уставилась на сестру. Джульетта кивнула. Еще никогда в жизни она не была настроена настолько серьезно. Ей казалось, что так и должно быть, таков на самом деле подарок отца, который желал для нее лучшей жизни, чем продавать сэндвичи и булки в Бруклине, и вот теперь у нее появился шанс на эту жизнь. Она превратит шато де Бриз в прекрасный маленький отель и будет управлять им сама. Может, даже возьмется готовить и печь. Она уже строила множество планов, у нее разбегались мысли, пока сестры переодевались, чтобы идти к бассейну. Вероника присоединилась к ним позднее, некоторое время они пробыли у пляжного домика, нежились на солнце и отдыхали, заказывали прохладительные напитки, которые вскоре приносил официант. Это была по-настоящему роскошная жизнь, которую им так нравилось вести вместе. Когда Вероника вернулась к себе в номер, ей позвонил Эйдан.

– Ну, как все прошло? Ты ездила с ними? – В голосе Эйдана звучало беспокойство за нее.

– Софи – просто ангел и точная копия ее отца, – грустно произнесла Вероника. – А ее мать производит впечатление очень порядочной женщины. Она разумна, деловита, серьезна и респектабельна, и, должно быть, в ранней молодости была без ума от Пола, совсем как я. Сейчас Элизабет – местный врач, она трудится не покладая рук. В первые же минуты знакомства она извинилась передо мной. Словом, все прошло прекрасно, но поездка все равно получилась утомительной с эмоциональной точки зрения. В шато мы побывали впятером.

– И что там? – с интересом спросил он. Голос Вероники звучал устало, но он почувствовал, что встреча и вправду удалась, и испытал облегчение.

– Дом выглядит даже лучше, чем я ожидала. Он словно замок Рип ван Винкля, в который сотню лет никто не заглядывал. Понадобится целое состояние, чтобы отремонтировать его. Тимми, Джой и вот теперь Софи хотят продать свои доли, мать Софи особенно настаивает, чтобы она сделала это. Содержание шато им не по карману, а деньги будут очень кстати. Но Джульетта влюбилась в шато с первого взгляда, и теперь хочет сделать из него отель. Она готова выкупить доли сестер и выполнить всю работу сама с помощью кого-нибудь из местных.

– А ей это по карману? – удивился он.

– Она просит меня одолжить ей денег. Я могла бы, но хочу дождаться согласия ее сестер, чтобы они не думали, что я отдаю Джульетте предпочтение перед ними.

В отношениях к дочерям Вероника всегда старалась придерживаться справедливости.

– Просто одолжи, и все, – решительно заявил Эйдан. – Не отказывай ей. Если ты можешь позволить себе помочь ей – помоги. Может, это ее судьба, а не просто мечта.

– Если так, мы что-нибудь придумаем, – спокойно отозвалась Вероника, растроганная тем, что Эйдан поддержал ее дочь, с которой даже не был знаком.

– Она никогда не забудет, если ты ей поможешь, и не простит тебя, если ты ей откажешь.

Вероника уже почти решила одолжить Джульетте денег сразу после разговора с ней, но все-таки хотела поговорить и с остальными. Эйдан не имел четкого представления о том, как должны действовать родители, но Вероника была с ним согласна, он рассуждал верно.