Обольщение джентльмена - Виктория Александер

— Заклинание? — удивленно поднял брови Оливер.

— Да, — подтвердила Кэтлин. Хоть она и не верила в колдовство, ей показалось, что она обязана защищать то, во что верили ее близкие.

— Не знаю, за какого идиота вы меня принимаете, но я все-таки не настолько глуп, чтобы верить в россказни о колдовстве, — возмутился граф.

— Непредвзятость, сын мой, — нравоучительно заметила графиня. — Помнишь, что я говорила?

— Давайте обсудим все спокойно, с позиции здравого смысла, — предложила Кэтлин.

— Я и так совершенно спокоен и всегда руководствуюсь здравым смыслом, — огрызнулся Оливер.

— Мне кажется, что на сегодняшний вечер достаточно обсуждений. — Леди Норкрофт встала. — Уже поздно, день был очень длинный, так что предлагаю всем отдохнуть. Продолжим завтра. Пойдемте, лорд Дамливи, я покажу вам вашу комнату.

— Нет, пусть он отправляется в гостиницу, — запротестовал Оливер.

— Почему, сын мой? В доме полно свободных гостевых комнат, к тому же лорд Дамливи — дядя Кэтлин и в этом качестве уже почти член нашей семьи.

— Я очень благодарен вам за гостеприимство, миледи, — поклонился шотландец.

— Нет, он не член нашей семьи, — сердито возразил граф. — Ни он, ни леди Кэтлин. Я не собираюсь жениться из-за какого-то глупого предания.

— Вот вам и непредвзятость, — буркнул Малькольм.

— Ты, наверное, забыл, что написано на гербе Норкрофтов, Оливер? — выразительно посмотрела на сына графиня.

— Veneratio, prosapia, officium, — с досадой ответил тот. — «Честь, семья, долг». Но я все равно на ней не женюсь.

— Никто не заставляет тебя идти под венец прямо сейчас. — Леди Норкрофт повернулась к гостье и взяла ее руки в свои. — Еще раз прошу вас простить меня за то, что я скрыла ваше имя. Тогда мне казалось, что я поступаю правильно. Признаться, я и сейчас так думаю.

— Мы все стараемся поступать наилучшим образом, — ответила Кэтлин, — хотя наши добрые намерения не всегда приводят к желаемому результату.

— Все будет хорошо, я уверена, — сказала графиня, прямо глядя ей в глаза.

— Я вижу, эта история тебя не очень расстроила, мама, — сердито заметил Оливер. — Если ты веришь в проклятие, значит, должна верить и в то, что род Норкрофтов прекратится и с нами произойдет что-то ужасное?

— Наш род прекратится, если ты не женишься на леди Макдэвид, сынок. Что до второго, то оно уже произошло, — проговорила графиня, и ее глаза погрустнели. Кэтлин подумала, что такая женщина сделает для своей семьи все, что в ее силах, независимо от того, верит она в родовое проклятие или нет. Если для кого-то долг перед родными и был превыше всего, так это для нее. — Мы все обсудим завтра. Доброй вам ночи.

Малькольм подошел к племяннице и поцеловал ее в щечку.

— Я очень рад, что ты в добром здравии, дорогая, — сказал он, понизив голос. — Не спускай глаз с Норкрофта. Сдается мне, он не такой идиот, как кажется.

— Я все слышу, — возмущенно фыркнул Оливер. — И я вовсе не идиот!

Леди Норкрофт вздохнула и повернулась к Дамливи:

— Пойдемте, милорд.

Тот кивнул и послушно последовал за ней в коридор.

— Как вы относитесь к приключениям? — донесся оттуда голос графини.

Малькольм что-то сказал в ответ и рассмеялся, но этих слов Кэтлин и Оливер уже не расслышали.

— Каков этот Дамливи… — раздраженно заметил граф.

— Осторожно, он мой дядя.

— Ему, наверное, тоже нельзя доверять.

— Как мне?

Оливер промолчал.

— Я так и думала, — сказала она и, пройдя мимо него к столику, налила себе еще виски — ей хотелось заглушить поднимавшуюся откуда-то изнутри противную дрожь. — Значит, вы больше не уверены в нашем безоблачном будущем?

— Согласитесь, то, что я сегодня услышал, весьма неожиданно.

— А что вы ожидали услышать?

— Что-то более реальное, приземленное…

— Заурядное?

— Да, именно заурядное — про обычную семью и про разные обстоятельства.

— Приключения не бывают заурядными. — Кэтлин подняла стакан, словно желая выпить за его здоровье.

— Знаю, знаю. Но у меня никогда не было никаких приключений, вам любой скажет. Я разумный, ответственный человек, с которым никогда не случается ничего необычного.

— Как и я. По крайней мере я была такой прежде.

— Но вы же верите в родовое проклятие, — скептически заметил Оливер.

— Я поверила не сразу, — ответила Кэтлин, осторожно подбирая слова. — Меня заставила жизнь. Я вышла замуж за Кеннета Макдэвида по любви, но наше счастье продлилось всего год. Не знаю, вышла бы я за него, если бы знала тогда о проклятии. Меня мучает мысль, что он погиб только потому, что стал моим мужем, заняв ваше место…

— Чепуха! Смерть — обычное дело. При чем здесь какое-то проклятие?

— Вы так считаете? Тогда скажите, много ли людей на вашей памяти погибли от того, что их завалило скатившимися с телеги бочками с виски, которые, казалось, были надежно привязаны веревками?

— Действительно, случай необычный, — неохотно признал граф.

— Так вот, после гибели Кеннета бабушка и рассказала мне о проклятии, но тогда я ей не поверила. Но первый же мужчина, к которому я во время своего вдовства начала питать симпатию, упал с крыши. Его снесло порывом ветра.

— Чистая случайность. С какой стати его понесло на крышу, да еще в плохую погоду?

— Погода стояла ясная и абсолютно безветренная. — Кэтлин сделала большой глоток из стакана. — Потом в другого джентльмена попала молния.

— Тоже обычное дело.