Тайна шотландской принцессы - Карен Хокинс

— Нет, нет! Все было не так! Я был в отчаянии! Ты… ты исчезла и почти ничего не взяла с собой… словно… Господи, я боялся заснуть, потому что люди обозлились, они говорили…

Он не знал, что еще сказать, и запутался в словах.

Ужас, прозвучавший в его голосе, погасил ее гнев.

— Ты думал, что они придут за тобой? Кто придет?

— Жители Барры. Они любили тебя. Дженнет, то, что ты придумала, выглядело так замечательно… Мы оба думали, что все получится, но… Вскоре, как ты уехала, люди начали спрашивать о тебе, и когда я отвечал, что ты уехала, поскольку сама этого захотела, они смотрели на меня, как… на чудовище. Слуги перешептывались, кто-то бросил камень в окно моей спальни и разбил стекло. А кто-то оставил у двери окровавленную голову кролика… — Джейми охватила дрожь. — Слава Богу, что отец успел вернуться, а не то меня убили бы. До него дошли слухи, будто я убил тебя во сне и выбросил в залив…

— Глупости! Да все, кто тебя знал, даже подумать не могли, что ты способен на убийство.

— По-настоящему меня никто не знал.

— Ты вырос на этом острове! Ты жил у нас каждое лето…

— И поэтому, когда ты исчезла, люди сочли меня захватчиком, змеей, пригретой на груди семьи!

— Не верю, чтобы тебе это говорили.

— Нет, говорили. Миссис Макджеймсон.

— Экономка?

— Да. Она умерла в прошлом году, но она перестала со мной разговаривать после твоего исчезновения. Она была уверена, что я тебя… Это-то она успела мне сказать. И она — одна из многих. — Джейми развел руками. — Дженнет, я не говорю, что ты виновата, и Богу известно, что я сам согласился на тот безумный план. Но я — не ты. Жители Барры не любят меня, а тебя любят. Я не разговорчив, и ко мне не относятся так, как к тебе. Отец сказал, что из-за своей застенчивости я выглядел виноватым.

Мысли у Джейн в голове медленно выстраивались в определенную линию. Боже, ее план — такой замечательный план — обернулся несчастьем.

— Но… я оставила документы, подтверждающие то, что ты новый наследник, что я отказываюсь от своих прав на Барру.

— Документы, составленные и подписанные тобой без единого свидетеля… кроме меня… — Он покачал головой. Вид у него был, как у сбитого с толку медведя. — Мне никто не поверил. После нескольких недель, когда все на меня косились, я начал сам сомневаться.

Джейн закрыла глаза, колени у нее подогнулись, словно ватные, и она опустилась в кресло напротив письменного стола.

— Все выглядит еще более убийственно, чем я предполагала.

Джейми вздрогнул.

— Все смотрели на меня с ненавистью. Я боялся, что кто-нибудь убьет меня, желая отомстить за тебя. — Он потер лоб. — Это было ужасно. Что бы я ни сказал, мне не поверили бы.

Джейн вздохнула. Усталость вдруг навалилась на нее такой тяжестью, что она едва могла сидеть прямо.

— Мне в голову не могло прийти, что люди сочтут меня убитой. На стене моей комнаты висели карты, я постоянно говорила о своем желании уехать. Я и подумать не могла, когда все те недели готовилась к отъезду, что люди решат иначе. — Джейн опустила локти на колени и уткнулась лицом в ладони. — Ох уж это юношеское безрассудство! Я была такой наивной.

— Мы оба были наивными. Я счел это грандиозным планом. Мы оба получали то, чего хотели. Ты — свободу, а я — Элспет.

Джейн с тяжелым вздохом откинулась на спинку кресла.

— Все тогда казалось таким простым.

— Да. Но меня ненавидели, Дженнет. Ненавидели! И до сих пор кое-кто ненавидит. Не все, конечно, но таких достаточно, поскольку сомнения остались. — На его измученном лице промелькнула улыбка. — Когда ты уехала, то сначала все подумали, будто я запер тебя в замке. Потом пошли слухи, что я пытался уморить тебя голодом.

— Глупости! Даже твоему отцу не удалось удержать меня в подземелье моего же собственного замка.

— Мне очень стыдно за это. Он хотел, чтобы мы поженились, а ты была непреклонна.

— Я привыкла играть в подземелье — чего мне там бояться? — Джейн усмехнулась. — Да я убегала туда, когда мне было три года. А помнишь, как вы с Линдси заперли меня там, когда мы играли в римских солдат?

— Она не долго играла в ту игру. — Джейми сморщил нос. — Она неженка. Я удивляюсь, как это она согласилась пойти с нами в пещеру.

— Да и пошла-то всего один раз.

— Ну да. Я же сказал, неженка. А после брака с Макдоналдом стала такой жеманной.

— Но она была хорошей подругой. Разве она настолько изменилась?

Джейми ответил не сразу:

— Я довольно часто ее встречаю. Все меняются, ведь так?

— К сожалению, да. — Они помолчали, каждый думал о своем прошлом. Наконец Джейн встряхнулась. — А как Дэвиду удалось снять подозрения в том, что ты убил меня во сне?

— Он устроил роскошный банкет по поводу твоего возвращения, нанял служанку, на нее надели плащ с капюшоном. Она изобразила обморок, когда сходила на берег с корабля. Он отнес ее в твою спальню, а затем объявил, что у нее — то есть у тебя — оспа. Это держало всех в отдалении.

— Дэвид очень умный человек.

— Он ни перед чем не остановился, чтобы убедить всех, будто это ты и мы оба глубоко переживаем из-за твоей болезни. Он даже привез врача из Обана. Служанка играла свою роль до тех пор, пока мы не устроили пожар. Лишь когда жители Барры увидели останки в руинах, только тогда они поверили, что ты мертва. — Джейми кисло улыбнулся. — Тебя трудно убить, Дженнет Макнилл, даже мысленно. Ты ездишь верхом, как цыганка, плаваешь, как рыба, стреляешь, как разбойник с большой дороги, управляешь лодкой, как пират. Для жителей Барры ты — почти легенда. Необходим спектакль, чтобы похоронить такую женщину, поэтому на кон поставили Кисимул, а иначе ничего не вышло бы.

— Полагаю, что мне следует быть польщенной. — Джейн насмешливо изогнула бровь. — Откуда вы достали кости?

— Отец застрелил оленя, и мы подбросили кости в огонь.

— А служанка?

— Она получила кошелек с золотом и уехала в Америку. Мы ее с тех пор не видели.

— Какую же неразбериху я оставила после себя. Я понятия не имела ни о чем подобном. Все же… Джейми, я не хочу ныть, понимая, в каком трудном положении ты находился, но неужели нельзя было сжечь что-то другое, а не Кисимул?

— А что еще? Хижину арендатора? Откуда ты легко могла бы спастись? Для жителей Кисимул был тем же, что и для тебя. У нас не было выбора. Сожженный замок решал все проблемы. Мы устроили пышную траурную церемонию. Когда мы опускали останки в гробницу, люди собрались со всех островов.

С губ Джейн сорвался смешок.

— У меня есть… гробница?

— Конечно. Очень красивая, с видом на пролив.

— Выходит, мне следует поблагодарить тебя за это?