Тайна шотландской принцессы - Карен Хокинс

Из дневника Майкла Херста:

«Итак, я лежал на спине, а Джейн — поверх меня. Мы оба вымокли до нитки, дождь лил так, будто решил отомстить нам. Мне следовало бы вскочить на ноги и оттащить Джейн куда-нибудь, где можно укрыться. Так следовало поступить разумному человеку.

А вместо этого я продолжал лежать. На земле. И держать ее. И мне чертовски не хотелось ее отпускать.

Видно, где-то между Обаном и этим утесом я совершенно лишился рассудка».

Джейн ждала, что Майкл отпустит ее, но он не разнял рук. Она вцепилась в его плащ и уткнулась лицом ему в плечо. Сердце постепенно прекратило свой бешеный бег.

От холодного дождя ее трясло, а от Майкла исходило тепло. Он опустил подбородок ей на макушку, и их поливал дождь.

Это блаженство! Еще несколько минут назад она была во власти страха. Теперь же, прильнув к нему, она успокоилась, наслаждаясь теплом его тела, хотя и продолжала дрожать. И не только от сырости и холода. От чего-то еще. От близости Майкла? Она задвигалась, не совсем понимая, чего еще ей хочется… нет, она знала — она хотела быть к нему еще ближе.

Он рукавом утер лицо. Шляпа давно исчезла, мокрые волосы упали назад.

— Эта прогулка меня очень взбодрила.

Джейн кивнула. Дождь бил ее по затылку, и капли сбегали по шее.

— Нам надо где-то укрыться.

— Зачем? — Голубые глаза с улыбкой смотрели на нее. — Чтобы не промокнуть? На нас нет ни клочка сухой одежды.

Она тихонько засмеялась.

— Верно.

— Тогда зачем спешить?

Глубокий голос отдавался у него в груди. И в ее тоже.

— Вы замерзли, — уже серьезно сказал Майкл.

— Совсем не замерзла. А дрожу оттого, что у меня запоздалая реакция на наше неудачное путешествие.

Он усмехнулся:

— Обратная дорога не обещает быть приятной.

— Было бы еще куда более неприятно, если бы один из нас сорвался вниз.

Стоило произнести эти слова, как у нее перехватило дыхание, словно ее ударили в живот.

— Хорошо, что хоть недалеко идти до того места, где стоят лошади. — Майкл вздохнул. — После карабканья по скале мне кажется, будто здесь, на земле, самое надежное место.

Джейн со смехом перекатилась на бок и встала, убрав с лица мокрые, спутанные волосы. Дождь, словно в насмешку, захлестал сильнее.

— О Господи, — простонала Джейн, следуя за Майклом, который быстро побежал в сторону перелеска.

Дождь колотил его по насквозь промокшему плащу.

Они подошли к лошадям как раз в тот момент, когда огромная стрела молнии разрезала небо пополам, ослепив их своей яркостью. Лошади стали на дыбы.

Майкл схватил поводья обеих.

— Скорее садитесь! — закричал он, перекрывая шум и грохот.

Джейн потянулась к седлу, но Майкл подхватил ее и усадил на лошадь. Она обрадовалась, потому что не представляла, как справилась бы сама с тяжелыми намокшими юбками, которые подобно мешкам мокрого песка, подвешенным к талии, тянули ее вниз.

Вскоре они уже были на пути к трактиру, а раскаты грома сопровождали их. Майкл смотрел на Джейн — она ехала впереди него, маленькая и складная. Она словно родилась в седле. Теперь-то он знал почему: за годы детства она изъездила верхом все крутые, каменистые холмы ее островного королевства.

По мере того как они приближались к трактиру, дорога расширялась. Мокрые волосы Джейн вились у нее по спине длинными каштановыми прядями. Майкл заставил Рамзеса поравняться с Александрией, чтобы ехать рядом с Джейн. Теперь, когда ее волосы были откинуты назад, профиль выглядел четким и чистым, как у мраморной статуи. Неужели у нее всегда был такой точеный носик?

Лошадь Джейн споткнулась на размытой, неровной дороге, и Майкл инстинктивно протянул руку к ее поводьям. Она недовольно на него взглянула, и он тут же убрал руку.

— Со мной все в порядке. Дорога немного скользкая, вот и все.

Майкл рассердился. Почему она никогда не нуждается в его помощи? Никогда.

— Вы мечтаете и не следите за лошадью.

— Я не мечтаю.

— Да вы только этим и занимаетесь с тех пор, как мы прибыли на остров, — продолжал Майкл, зная, что это ее разозлит. — Пора проснуться, Спящая красавица.

К его удивлению, Джейн неожиданно улыбнулась:

— Меня никогда раньше не называли Спящей красавицей. Или принцессой. Придется к этому привыкать.