Пока часы двенадцать бьют - Мари Сав

Погруженная в свои мысли девушка подошла к родителям, которые уже направлялись к кассе. Они сразу заметили перемену настроения дочери, но в этот раз промолчали, лишь обеспокоенно переглянулись.

Яра: “Приеду к обеду, не теряй. А то тут пробка из города — ужас”

Саша: “Жду тебя. Мне кажется, что я поторопилась…”

Яра: “Поняла, пошла разгоню пробку!”

***

Вернувшись из магазина, Саша с родителями принялись накрывать на стол. Они решили отблагодарить подругу, которая в трудный момент оказалась рядом, а заодно и отметить Рождество.

За нарезкой салатов время пролетело незаметно. Мама весело что-то щебетала, пытаясь растормошить дочь, которая даже начала поддаваться ее очарованию. Вскоре на пороге появилась раскрасневшаяся Ярослава со связкой мандаринов и шампанским. От нее пахло морозным воздухом, ароматизатором для машин и чем-то таким родным.

—Кому тут надо поднять настроение?— она потрясла бутылкой шампанского перед носом у Захаровой.

—А мы как раз стол накрыли!

—Как говорили великие люди: “Еда — это всегда хорошая идея!”

Спустя полчаса, вооружившись тарталетками с салатом и остатками шампанского, девушки устроились на кровати у Саши, укрылись пледом, потому что дом не успел прогреться полностью, и погрузились в молчание, лишь было слышно урчание Снежки, которая улеглась в ногах и выпускала свои коготки, вонзая их в пушистую текстуру покрывала.

—Если что, я тебя слушаю,— все-таки решила подтолкнуть к разговору Яра.

Саша нервно кусала губы, пытаясь подобрать слова и описать все, что произошло. Наконец она начала рассказывать свою историю, сначала спотыкаясь и путаясь в мыслях, но потом все увереннее, а под конец от волнения вообще начала быстро тараторить.

—Вот и все…

Ярослава продолжала молчать и теперь настала очередь Захаровой напоминать, что она ждет хоть какой-то реакции.

—Я бы Алене не доверяла от слова совсем, хотя бы потому, что она совсем не глупая и такое прокрутить могла бы.

—Ты меня совершенно не успокоила,— вздохнула девушка.

—А Миша что? Молчит с того самого дня?

—Думаю, что это он мне звонил постоянно, но я заблокировала номер и еще четыре неизвестных. В Вконтакте тоже писал, я не прочитала сообщения, думаешь стоит?

—Думаю, вам точно надо поговорить, тем более, если бы он хотел над тобой так низко подшутить, не стал бы названивать и написывать.

—Мне страшно, Яра!— Саша приложила ледяные руки к пылающим щекам.— Как я могла так с бухты-барахты влюбиться?! Тем более я же знала, какой он.

—А какой, Сашуля? При тебе, да и в целом при нас, он был совершенно другим. Настоящим. Каждый человек может знать другого человека ровно настолько, насколько тот будет позволять.

Саша шмыгнула носом и уставилась в потолочное окно, которое медленно покрывалось падающим пушистым снегом. Она чувствовала себя ужасно глупо, но ничего не могла поделать. Любая мысль, допускающая правдивость слов Алены, вызывала бурю эмоций и боль в сердце и душе. В любом случае она понимала, что разговора не избежать, но ей нужно было время, чтобы немного остыть и не наломать дров. Захарова глубоко втянула воздух и спокойный голосом произнесла:

—Ярик, мой разум словно бродит в тумане и везде натыкается на стены, я мало что понимаю и мне нужно время. Но зато я на все сто доверяю тебе и твоим предчувствиям. Пока мы ничего делать не будем, а в первый учебный день ты просто понаблюдай, как он,— Саша даже боялась имя вслух произносить, будто как только оно вырвется в пространство, то парень сразу материализуется в комнате, как Волан-де-Морт в последней части Гарри Поттера.— Что говорит, что делает, как себя ведет, может быть, он что-нибудь тебе скажет. Но не давай ему, пожалуйста, мои данные и не рассказывай, что произошло.

Ярослава задумчиво кивнула.

—Ну что, теперь посмотрим “Кошмар перед Рождеством”?— спросила Саша, усаживаясь поудобнее.

—А я думала, что “Труп невесты”.

***

Первый учебный день после новогодних каникул в новой школе встретил ее сильной метелью с неприятной снежной колючей крошкой. Но несмотря на плохую погоду, настроение заметно улучшилось, потому что девушку приняли хорошо и спокойно, никто к ней интереса не проявлял, но, наверное, так и должно быть. Группки в классе уже сформированы, всем друг с другом комфортно. и никто не будет спешить принимать к себе новенькую, что Захарову устраивало. Она привыкла быть одна в школе, поэтому существенной разницы не заметила, лишь то, что все к ней были настроены доброжелательно. Тоску вызывало отсутствие Яры да взгляда медовых глаз, который она так часто ловила на себе во время уроков.

Проведя целый день с оформлением, знакомством и вливанием в учебу, Саша пришла домой, выжатая, как лимон. В этой обычной школе гоняли похуже, чем в ее профильной гимназии.

Приняв душ и поболтав с мамой, девушка наконец достала телефон и увидела миллион и один пропущенный от подруги.

—Яра, привет!

—Привет! Саш, я сейчас не могу говорить, Аня устроила потоп в квартире! Но нам обязательно надо кое-что обсудить.

—У тебя завтра тоже пробный экзамен?

—Да. Встретимся в “Синабоне” часика в три?

—Хорошо,— едва девушка успела это сказать, на том конце провода уже раздалось пип-пип-пип.

Слова подруги взволновали, поэтому сон как рукой сняло. Саша мерила шагами свою комнату и накручивала себя. Ее сотрясала мелкая дрожь, будто по телу пустили маленькие разряды тока, поэтому девушка надела на себя любимый серый флисовый костюм, но мандраж не проходил. Она спустилась на кухню и налила себе чай с ромашкой. Снежка тут же устроилась на коленях, заботливо тыкаясь носиком в подбородок. Ей явно их новый дом был больше по душе, нежели крохотная тесная квартирка.

—Котеночек, что-то случилось?— в дверях показался папа с пультом в руке. Он весь вечер пытался настроить телевизор. А точнее свой любимый канал — пятый, на котором нон-стопом смотрел сериал “След”.

—Нет, просто не могу согреться.

Отец подошел сзади и поцеловал дочь в макушку.

—Хочешь я тебе достану из машины твой любимый лоскутный плед, который сшила бабушка?

—Ууу, боюсь, чтобы найти его в наших баулах, надо вызывать команду ФЭС.

Алексей Викторович рассмеялся и сел рядом, внимательно разглядывая Сашу. Она уставилась в зеленое содержимое чашки, где чаинки танцевали вальс, тихо планируя на дно. Но мужчина никуда не уходил, и ей пришлось поднять на него взгляд.

—Играем в гляделки,— она оперлась подбородком на кулачок и вгляделась в такие родные синие глаза, которые достались ей. По его лицу рассыпались лучистые морщинки, которые смягчали некогда точеные мужественные черты.