Мятеж - Нора Робертс

— Бриг. — Граф Уайтсмут, маленький гладколицый человечек всего на несколько лет старше Бригема, шагнул в комнату и остановился при виде лакея. Было сразу заметно, что он сильно возбужден.

— На сегодняшний вечер это все, Паркинс. — Словно располагая неограниченным временем, Бригем подошел к столу у камина в спальне и налил вина в два бокала. Он ждал, пока не услышал, как защелкнулась дверь в соседнюю комнату. — В чем дело, Джонни?

— У нас неприятности, Бриг. — Уайтсмут взял бокал и залпом опустошил его.

— Я об этом догадался. Какого рода неприятности?

— Этот безмозглый Милтуэй сегодня напился до ступора со своей любовницей и разинул рот слишком широко, чтобы мы чувствовали себя спокойно.

Бригем глотнул вина и указал на стул.

— Он называл имена?

— Мы не уверены, но, похоже, он назвал несколько. Ваше напрашивается само собой.

— А кто его любовница? Та рыжая танцовщица?

— Во всяком случае, на голове у нее рыжие волосы, — грубо заявил Уайтсмут. — Коротконогая потаскушка, слишком старая и слишком опытная для юнца вроде Милтуэя. Беда в том, что у молодого идиота денег больше, чем мозгов.

Но романтические связи Милтуэя менее всего заботили Бригема.

— За взятку она будет держать язык за зубами?

— Слишком поздно. Вот почему я пришел. Она уже передала кое-какую информацию, достаточную для ареста Милтуэя.

— Юный болван! — сердито выругался Бригем.

— Все шансы за то, что тебя допросят, Бриг. Если у тебя есть что-то инкриминирующее…

— Я не так юн и не так глуп, — прервал Бригем. Он сделал паузу, убеждаясь, что его решение подсказано логикой, а не импульсом. — А ты, Джонни? У тебя есть прикрытие?

— Да, срочные дела в поместье. — Уайтсмут усмехнулся. — Фактически я уже несколько часов на пути туда.

— Принцу повезет с такими людьми, как ты.

Уайтсмут выпил вторую порцию.

— А как насчет тебя?

— Я уезжаю в Шотландию. Сегодня вечером.

— Бегство докажет твою вину, Бриг. Ты готов к этому?

— Я устал от притворства. Я стою за принца.

— Тогда я пожелаю тебе безопасного путешествия и буду ждать весточки от тебя.

— С Божьей помощью я пришлю ее скоро. — Бригем подобрал перчатки. — Я знаю, что ты пошел на риск, придя сюда, когда тебя считают уехавшим, и не забуду этого.

— Я тоже сторонник принца, — напомнил ему Уайтсмут. — Умоляю тебя не задерживаться надолго.

— Постараюсь. Ты говорил кому-нибудь еще о болтливости Милтуэя?

— Болтливость — это мягко сказано, — пробормотал Уайтсмут. — Я подумал, что лучше всего отправиться прямо к тебе.

Бригем кивнул:

— Я проведу несколько часов в клубе, как собирался, и постараюсь передать нашим друзьям твое сообщение. А тебе лучше убраться из Лондона, пока кто-нибудь не заметил, что ты не на пути в свое поместье.

— Уже на пути. — Уайтсмут взялся за шляпу. — Еще одно предупреждение, Бриг. Сын электора, Камберленд[32]. Не будь с ним беспечен. Он молод, но у него холодный взгляд и подогретые политикой амбиции.

В клубе находилось много персон, знакомых Бригему. Шла игра, и быстро опустошались бутылки. Графа весело приветствовали, приглашая присоединиться к группам, игравшим в карты или кости. Вежливо извинившись, он направился к камину, чтобы распить бутылку бургундского с виконтом Лейтоном.

— Не желаете попытать счастья сегодня вечером, Эшберн?

— Не в картах. — Позади них кто-то громко жаловался на то, как выпали кости. — Прекрасная ночь, — добавил Бригем. — Как раз для путешествий.

Лейтон отхлебнул вина, и, хотя его глаза встретились с глазами Бригема, они не сказали ничего.

— В самом деле? Повсюду говорят о бурях на севере.

— Я чувствую, что рано или поздно буря разразится здесь. — Воспользовавшись шумом за столом, где играли в кости, Бригем склонился вперед долить вина в бокалы и прошептать: — Милтуэй разболтал своей любовнице о его политических взглядах и был арестован.

Лейтон пробормотал что-то нелестное о Милтуэе и откинулся на спинку стула.

— И до какой же степени он распустил язык?

— Я не знаю в точности, но думаю, кое-кого следует предупредить.

Лейтон поигрывал с бриллиантом, приколотым к кружевам на его шее. Он любил подобные безделушки, поэтому его часто принимали за человека, предпочитавшего не обременять себя заботами. Однако, как и Бригем, он принял решение поддержать принца хладнокровно и решительно.

— Считайте, что это уже сделано, дружище. Вам нужен компаньон во время путешествия?

Для Бригема это было сильным искушением. Виконта Лейтона, с его цветными жилетами и надушенными руками, можно было принять за легкомысленного щеголя, но в бою Бригем положился бы на него в первую очередь.

— Не сейчас.

— Тогда выпьем за хорошую погоду? — Лейтон поднял свой бокал и бросил слегка обеспокоенный взгляд поверх плеча Бригема. — Думаю, нам надо выбрать какой-нибудь другой клуб, мой дорогой Эшберн. Это заведение начало открывать двери кому попало.

Бригем посмотрел на играющих, узнав человека, держащего банк, и многих других. Но худощавый мужчина, прислонившийся к столу с мрачным видом и наполовину опустошенным бокалом в руке, был ему незнаком. Этот человек воспринимал проигрыши в манере, не принятой в приличном обществе.

— Вы не знаете его? — Бригем снова глотнул вина, думая о том, что ему, возможно, больше никогда не придется уютно сидеть у огня в этом клубе, выпивая с другом.

— Имею это сомнительное удовольствие. — Лейтон достал табакерку. — Он офицер. Кажется, вскоре отбывает скрестить шпагу с французами, что должно заставить дам вздыхать. Однако мне говорили, что он больше не в чести у наших леди, несмотря на романтический туман, который пытается напустить.

Бригем засмеялся, собираясь уходить.

— Возможно, это связано с недостатком хороших манер.

— Скорее с его обращением с Элис Бизли, когда та имела несчастье быть его любовницей.

Бригем поднял брови с легким любопытством. Игра становилась все оживленнее, а через час Паркинс должен был упаковать его вещи.

— Я слышал, что миссис Бизли хотя и полоумная, но очаровательная.

— Очевидно, Стэндиш счел ее недостаточно очаровательной и испробовал на ней хлыст.

Взгляд Бригема выражал отвращение.