Легенда о седьмой деве - Виктория Холт

— Это сумасшедшая семейка, — вставил мистер Трелланс. — У меня брат работал у Деррайзов.

— Мы все знаем эту историю, — прервала его миссис Ролт, и он замолчал.

— Говорят, — взволнованно вклинилась Долл, — что в последнее полнолуние…

— Хватит, Долл! — Миссис Ролт не могла позволить, чтобы младшие слуги обсуждали хозяйские семьи. Это привилегия старших слуг.

— Я помню, как однажды, — задумчиво произнесла миссис Трелланс, — видела здесь мисс Мартин… Это случилось еще в то время, когда ее отец был жив. Вот ведь красавица! Она приехала верхом, и мистер Джастин ссадил ее с лошади… И я тогда сказала мужу: «Какая красивая пара!» А Трелланс добавил, что если дочка священника когда-нибудь станет хозяйкой Эббаса, то лучше и красивее ее не найдешь.

Миссис Ролт сердито глянула на миссис Трелланс.

— Ну, теперь она здесь компаньонка. А компаньонки никогда не становятся хозяйками.

— Конечно, теперь-то это невозможно… Он ведь уже женат, — вставила миссис Солт. — Хотя мужчины есть мужчины… — Она покачала головой. За столом воцарилось молчание.

— Мистер Джастин — не любой другой мужчина, — резко произнесла миссис Ролт. — И не стоит думать, что все мужчины такие, как твой муженек. Я могу утверждать обратное… — Она едва заметно улыбнулась, и ее глаза зло блеснули. — А если говорить о неприятностях…

Мы все молчали в ожидании, когда она продолжит. Экономка подошла к самому интересному и, полностью завладев нашим вниманием, готова была поделиться с нами.

— Сегодня вечером ее светлость послала за мной. Она сказала, чтобы я приготовила комнату для одного человека. При этом она была очень недовольна, уверяю вас. Случилась серьезная неприятность. Хозяйка предупредила, что, как только приедет мистер Джастин, он должен зайти к ней. Мне велели караулить мистера Джастина и попросить его подняться к матери. Я сидела и ждала его, и скоро он появился. Она… миссис Джастин… была внизу, вся в слезах. Она кинулась к нему: «О, дорогой! Дорогой, где ты был?»

За столом раздалось хихиканье, но миссис Ролт не терпелось продолжить.

— Но я это быстро прервала. «Ее светлость приказала вам явиться к ней немедленно», — доложила я. Мистер Джастин казался таким довольным! Что угодно — только бы избавиться от нее с ее «дорогой, дорогой». Он сразу направился к ее светлости. Я знала, что произошло, потому что все слышала. Я натирала пол около ее комнаты и слышала, как она говорила: «Это из-за какой-то женщины. Это такой позор! Слава богу, что отец уже ничего не понимает. Если бы он узнал, это убило бы его!» И тогда я сказала себе: беда может прийти не только к таким простым людям, как мы, но и к господам.

Экономка замолчала, поднесла кружку к губам, сделала глоток, облизала губы и посмотрела на нас с триумфом.

— Мистер Джонни возвращается. Его отправили домой. После того как он опозорил себя связью с этой женщиной, они больше не хотят, чтобы он там учился.

Я уставилась в свою тарелку, потому что не хотела, чтобы кто-нибудь из них заметил, какое впечатление произвело на меня это сообщение.

С приездом Джонни жизнь моя изменилась. Я понимала, что он вознамерился стать моим любовником, и тот факт, что я теперь жила в доме в качестве служанки, весьма забавлял его и радовал.

В день своего возвращения он сам разыскал меня. Я сидела в комнате и читала, когда вошел Джонни. Я в гневе вскочила, потому что он не спросил разрешения войти.

— Какая приятная встреча, прелестница, — произнес он и по-шутовски отвесил поклон.

— Будьте любезны, в следующий раз, когда я вам понадоблюсь, постучитесь.

— Это что, новая традиция?

— Это то, чего я ожидаю.

— Вы всегда ожидаете больше, чем получаете, мисс… Карлион.

— Меня зовут Керенза Карли.

— Я этого никогда не забуду, хотя в одном конкретном случае мне все-таки довелось называть вас Карлион. Вы стали еще красивее, дорогая моя.

— Что вам от меня нужно?

— Все, — ответил он, насмешливо улыбаясь. — Абсолютно все.

— Я — камеристка вашей невестки.

— Я знаю. Поэтому я и вернулся из Оксфорда. Видите ли, до меня дошла эта приятная новость.

— А у меня есть сведения, что вы вернулись домой совсем по другой причине.

— Конечно, есть! Слуги всегда подслушивают под дверью. Могу поклясться, все были в ужасе, когда узнали эту новость.

— Я не подслушиваю под дверями. Но, зная вас и зная, из-за чего обычно молодых людей отсылают назад…

— Вы так много знаете. А помнится, как однажды… Но зачем оглядываться в прошлое? Будущее обещает быть намного интереснее. Я с нетерпением жду нашего с вами совместного будущего, Керенза.

— Не вижу, что у нас с вами может быть общего.

— Не видите? Тогда придется вас научить.

— Я вполне довольна своим нынешним образованием.

— Никогда не следует останавливаться на достигнутом, милая Керенза. Это неразумно. Давайте начнем ваше обучение прямо сейчас. Например, вот так…

Джонни был готов схватить меня, но я сердито отстранилась. Он пожал плечами.

— Вам что, нужны долгие ухаживания? О, Керенза, эта такая трата времени! Вам не кажется, что мы и так упустили уже слишком много?

— Я работаю здесь… к несчастью, — с гневом произнесла я. — Но это не значит, что я ваша служанка. Поймите это… пожалуйста.

— Керенза, неужели вы не догадались, что единственное, чего я хочу, — это доставить вам удовольствие.

— Так это очень просто. Если вы будете держаться от меня подальше, я с радостью буду держаться подальше от вас — и это доставит мне большое удовольствие!

— Какие слова! Какое жеманство! Я бы никогда не подумал, что вы такая, Керенза! Значит, я не получу даже поцелуя? Ну, теперь я буду здесь… и вы тоже. Под одной крышей. Не правда ли, восхитительно?

Он ушел, бросив на меня зловещий взгляд, и я не на шутку испугалась.

На следующий вечер, сразу после обеда, Джастин, Джонни и леди Сент-Ларнстон уединились в гостиной ее светлости, и там состоялся серьезный разговор. Хаггети, который подавал туда вино, рассказывал нам в кухне, что мистера Джонни строго отчитывали за его проступки. Семейство серьезно обсуждало его будущее. Казалось, все они были очень озабочены — все, кроме самого Джонни.

Я убирала одежду Джудит в шкаф, когда она вошла. По ее приказу я стала расчесывать ей волосы. Ее это успокаивало. Хозяйка говорила, что у меня просто волшебные пальцы. Я поняла, что обладаю особым даром — у меня отменно получается ухаживать за волосами и делать прически. Это стало моим самым большим достижением в роли камеристки. Я пробовала разные укладки на голове хозяйки. Иногда я повторяла их со своими волосами. Это приводило Джудит в восторг. Будучи по натуре очень щедрой, она часто делала мне небольшие подарки, — если, конечно, не забывала. Но в основном все ее помыслы были о муже.