Под созвездием отца - Нонна Кухина

– Кристина, мы завтра обязательно поедем в больницу, ты должна сдать кровь на анализ…

– Зачем?

– Так надо… Понимаешь? – Он с тревогой посмотрел на девочку. – Возможно, ты заразилась… И твое состояние сейчас объясняется болезнью, которая со временем…

– Я беременна, Ян Давидович! – неожиданно воскликнула Кристина и зарыдала. – Я беременна…

Резко встав с постели, он с удивлением посмотрел на девочку, не в силах что-либо сказать.

– Не молчите! Прошу вас, ведь мне так страшно сейчас… – Неожиданно Кристина, привстав на колени, обхватила Яна Давидовича и крепко прижалась к нему. – Пожалуйста, не отталкивайте меня! Не отталкивайте… Я так люблю вас… Мне так страшно сейчас… Я не хотела! Не хотела этого ребенка… Я не знаю, что делать!..

– Рожать… – неожиданно раздался голос Антонины. Она стояла на пороге комнаты и все слышала…

– Мама… – воскликнула Кристина, отстраняясь от Яна Давидовича. – Мамочка…

– Убирайся отсюда! Немедленно… – не отрывая гневного взгляда от мужа, вдруг закричала Антонина. – Как ты мог?! Она же еще совсем ребенок!

– Тоня, я не…

– Вон! И никогда не возвращайся сюда больше! – Антонина с ненавистью смотрела на Яна. Ее глаза были полны слез… – Ты никогда, слышишь, никогда не увидишь своего ребенка! Клянусь Богом!

– Мама! Мамочка… – Кристина бросилась к матери и, прижавшись к ней, зарыдала…

– Тоня, выслушай меня… – воскликнул Ян.

– Уходи, слышишь?! Уходи немедленно! – резко перебила его Антонина, крепко прижав к себе дочь. – Ты сломал нашу жизнь! Неужели ты не понимаешь?!Ян Давидович пристально посмотрел в глаза Антонины. И, не говоря больше ни слова, ушел…

Глава 10

Кленовый лист долго кружился в воздухе, не желая приземлиться на черный асфальт. Схватившись за ветер, он бросился к темному окну, за которым сидела на смятой постели женщина и горько плакала. Глядя в окно, она что-то беззвучно твердила, прижав руки к груди… Неожиданно сорвавшись, лист стремительно бросился прочь. Высоко взлетев, он долго парил над мокрой дорогой, по которой мчался, словно слепой, черный автомобиль с разбитыми фарами.

Кристина рассказала матери правду, пытаясь оправдать Яна Давидовича, но Антонина ей не поверила. Она была уверена, что Кристина страстно любит своего отчима и готова даже солгать, чтобы только он снова был рядом.

– Аборт я тебе делать не разрешу, – твердо сказала Антонина и, немного помедлив, добавила: – Но и ребенка своего Ян не увидит, как и тебя… Решено. Мы уедем отсюда…

– Куда, мама? – с отчаянием спросила Кристина. – А школа?..

– Надо было раньше думать… Ты что, собираешься девятый класс с огромным животом заканчивать?.. – Антонина жестко посмотрела на дочку. – Я даже слышать об этом не хочу! Ты что, забыла, сколько тебе лет и что о тебе могут подумать?! Это клеймо на всю жизнь…

Кристина вновь зарыдала, уткнувшись в подушку, но вдруг резко вскочила и бросилась в туалет.

– Господи, да за что же все это?! – прошептала Антонина, глядя в окно. – Как же он мог… Господи…Антонина потушила свет и сквозь слезы принялась читать молитву, которой научила ее мать еще в детстве…

Старинные часы с медным маятником глухо пробили полночь. Измученная приступами рвоты, Кристина крепко заснула, свернувшись калачиком и обхватив руками колени. Антонина долго смотрела на дочь, не в силах отойти от нее. Только сейчас она поняла, как много пришлось пережить Кристине за последнее время… Проводя рукой по пшеничным волосам, разметавшимся по подушке, Антонина прислушалась к дыханию дочери, стараясь угадать, что ей сейчас снится…

«Маленькая принцесса выросла и, встретив сильного красивого мужчину, полюбила его… – думала она, с нежностью глядя на спящую дочь. – Полюбила сильно и страстно… Так же, как и я…»

– Бедная моя девочка… – прошептала Антонина, поправляя одеяло. – Сколько тебе придется еще пережить…

Нежно поцеловав дочь, женщина тихо вышла из комнаты. Дверь в кабинет отца была распахнута, и она увидела в его глубине стол, заваленный книгами. Остановившись на пороге, она почувствовала пустоту, вновь воцарившуюся в комнате. Не зажигая свет, Антонина прошла в кабинет и, опустившись на старый диван, зарыдала. Страх и обида за дочь постепенно сменились осознанием предательства мужа. Сердце наполнилось мучительной болью и одиночеством.

– Бежать, бежать… – тихо повторяла она. – Арендовать дом где-нибудь на берегу моря… Забрать Кристину и спрятать там. Спрятать…Заснула Антонина только на рассвете.

В школу Кристина больше не ходила. Сидя дома, она не выключала телевизора в надежде хоть как-то отвлечься от мучительной тошноты, преследовавшей ее. Антонина с раннего утра уезжала на работу, пытаясь как можно быстрее привести свои дела в порядок и выкроить время для незапланированного отпуска. Слабость после перенесенной болезни не покидала Антонину, но она старалась не замечать ее, полностью сконцентрировавшись на состоянии Кристины.

Гинеколог, к которому Антонина отвезла дочь, подтвердил беременность.

– Около шести недель… – произнес Сергей Павлович, глядя на черно-белые снимки ультразвукового исследования…

– Доктор, я хотела увезти дочь… На время беременности, – сказала Антонина, смущенно глядя на высокого широкоплечего мужчину и, немного помедлив, спросила: – Вы не посоветуете, где ей было бы лучше в таком положении. Может быть, есть такой климат, где токсикоз прекращается?

Пристально посмотрев на Антонину поверх очков, доктор задумчиво произнес:

– Видите ли, беременность в таком возрасте нежелательна по многим показателям. А при таком физическом развитии… Ее организм еще не до конца сформирован, и можно предположить, что не готов к осуществлению репродуктивной задачи… Поэтому не в климате дело!

– Вы хотите сказать, что она может не выносить ребенка? – испуганно воскликнула Антонина.

Сергей Павлович глубоко вздохнул и, сняв очки, устало откинулся на спинку черного кресла…

– Я хочу сказать, что девочке необходим покой и постоянный врачебный контроль. Если вы хотите по каким-то причинам… – Доктор замялся и, взяв со стола анализы, вновь посмотрел на их результаты, – уехать из страны, то вам необходимо сделать это как можно скорее. С каждым днем перелет для девочки становится все опаснее…

– Куда? – спросила Антонина, быстро поднимаясь со стула. – Куда нам лучше лететь?..– Лететь… – задумчиво повторил доктор и, взглянув на календарь с изображением пламенного заката на морском побережье, тихо произнес: – На Средиземноморье, пожалуй…

Через три дня Антонина поднялась на борт белоснежного авиалайнера с тонкой голубой полосой по бокам. Приземлившись в Кипрском аэропорту, расположенном недалеко от города Пафос, Антонина сразу ощутила мягкость средиземноморского климата. Жаркое солнце не обжигало, а влажный воздух был наполнен ароматами трав и деревьев, оживших после жаркого летнего зноя.