Не дай нам упасть - Мила Любимая

— Если это всё, то тебе пора.

Вот так, молодец. Выгнать его к чертовой бабушке! Несмотря на то, что потом сердце остановится и будет очень больно.

Ему точно не стоило приходить. Что вдруг изменилось? Я не пряталась и не скрывалась. Не утаивала своей беременности. Всё максимально прозрачно. Сколько дней я ждала его появления? Дала ему тысячу шансов на счастливое завершение нашей истории, но он не воспользовался ни одним. И, когда я приняла решение отпустить Гордея, он появился. Вот только мне это больше не нужно.

— Алиса, я скучал по тебе.

— А я по тебе нет.

Мы оба понимали, что я вру. Ему, но главное – себе самой.

Гордей тяжело вздохнул и подошел ко мне. Сильные, такие родные и любимые руки легли на мою талию, притягивая к себе. Уперлась ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть, но он только сильнее прижал.

Я боялась, что он набросится на меня с поцелуями или чего хуже – подхватит на руки и понесет в спальню, но это не произошло. Или я не боялась этого, а, наоборот, ждала?

Наверное, я чокнутая. Просто ненормальная.

Гордей только держал меня в свои объятиях, словно это единственное, что нужно ему в этом жестоком и пошлом мире. Я нужна. Мы.

— Позволь мне остаться.

Я хотела этого. Да!

Чтобы он остался и не уходил. Никогда! Но где-то на задворках моего искалеченного сознания еще была жива гордость. Она-то и не позволила мне пуститься во все тяжкие, довериться ему снова. Пусть мне больно и трудно давалось каждое слово, но я заставила себя быть сильной. После неудачного брака и измены бывшего мужа выяснила для себя кое-что важное про любовь и отношение. Важнее любви к себе не может быть ничего. Как бы ты не любила мужчину, как бы ни сходила от него с ума, но если он не любит тебя так же сильно и бесконечно, если не готов на все ради тебя, то это всё пустое.

— Тебе лучше уйти, Гордей.

— Алиса…

— Что? — встретилась с его взглядом и сразу же там утонула. — Ты сказала, то я твоя очередная любовница. Одна «из». Меня не устраивают такие отношения. Я хочу встретить человека, с которым буду дальше идти по жизни, понимаешь?

— Я знаю, что сделал тебе больно. Прости меня. Всё, что я тогда сказал своему отцу, не имеет никакого отношения к тебе. Я просто не был готов к такому разговору.

— Ты и сейчас не готов. Извини, но это так.

— Я всё равно буду рядом.

— Исаев, ты не слышишь меня? Мне это не нужно! Черт, как ты вообще это видишь? Женился на своей бывшей жене, а теперь прибежал ко мне? Зачем? Нам было хорошо вместе, правда. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. И у нас закончилось!

— Стой, — он непонимающе смотрит на меня. — С чего ты взяла это? Да, отец склонял меня к фиктивному браку, но я ему отказал. Я уже взрослый мальчик для того, чтобы принимать самостоятельные решения.

— Я видела вашу фотографию.

— Какую фото… да чтоб её!

Значит, это правда.

— Ну вот и всё, что нужно знать, Гордей. Тебе правда пора.

— Алиса!

Он обхватывает мое лицо руками и почти целует, но я вовремя уворачиваюсь.

— Стрельцова, я без тебя загибался. Какая на хрен Оля?

— Можайская, какая еще.

— Она тебе прислала фото?

— Есть разница? Впрочем, не важно. Мне в Москве это предъявил Райский.

Гордей слегка отстраняется от меня, в глазах пляшут искры ярости.

— Ты была в Москве с ним?

Боже, мужчины – фантастические существа. Сколько раз убеждалась, но до сих пор не перестаю удивляться.

— Представляешь, он сел в поезд, когда я уезжала. Когда я ждала, что ты придешь и не дашь мне уехать. Ждала тебя, а пришел он.

Исаев круто разворачивается и уходит из моей квартиры, громко захлопнув за собой дверь.

Ну вот и всё. Я сделала то, что должна была. Только почему так адски ломит в грудной клетке? Словно ребра трещат, ломаются и крошатся одновременно.

Это мое глупое влюбленное сердце рвется наружу. За ним. к нему. Оно всё еще верит, что мы удержимся на лезвии ножа. Оно кричит ему вслед – «Не дай нам упасть!»