Жар желания - Джулия Гарвуд

— Это называется готовкой ужина? — улыбнулся он.

— Я все подогрею, — пояснила она, доставая один контейнер из пакета. — Следовательно, именно я приготовлю ужин.

— Помощь нужна?

— Нет, спасибо. Я справлюсь.

— А я должен сделать несколько звонков.

Сэм поднялся наверх. Значит, не желает, чтобы она слушала его разговоры. Может, он вообще говорит с любовницей. Странно… она ни разу не додумалась спросить Сэма, есть ли у него подружка. Впрочем, теперь это не важно. Утром он уедет.

Лайра напомнила себе, что будет только рада.

Сидни позвонила, когда Лайра накрывала на стол, и они долго обсуждали арестованных убийц. Лайра рассказала о стрельбе в парке, и Сидни засыпала ее вопросами.

— Как бандиты Флинна вас нашли? Следили?

— Нет. Я точно знаю, что никто за нами не следил. Сэм ушел от всякой слежки.

— Откуда же они узнали, что ты будешь в парке? Может, охотились не за вами? Может, приняли не за тех?

— Вряд ли, Сидни. Они стреляли именно в нас. Когда они в первый раз промахнулись, развернули машину и снова попытались нас убить.

— Это означает одно: они знали, что вы будете в парке. Кому ты еще говорила о своем проекте?

— Да каждый мог пронюхать, где я. Большинство студентов моей группы, техники в лаборатории… всех не пересчитать. Список проектов вывесили на доске объявлений рядом с аудиторией. Всякий мог его увидеть. Да, и на прошлой неделе мы ездили на вечеринку к Миа, помнишь? Я рассказывала о своем фильме всем, кто хотел слушать. И еще все в мэрии, и консультанты в публичной библиотеке, архивариусы в…

— Ладно-ладно, — перебила Сидни. — Поняла. Всякий мог узнать. Но не всякий знал время и дату, когда ты покажешься в парке.

— Верно! Должно быть, они ждали поблизости.

— В полиции сказали, что это боевики?

— Правда, не слишком хорошие, — хмыкнула Лайра. — Не смогли даже попасть в машину.

— Не относись к этому так легко! Они пока молчат, но Макс утверждает, что скоро признаются, на кого работают.

— Хорошо.

— Я хотела остаться и поприсутствовать при допросе, но Макс меня увел. Он очень… настойчив.

— Тебе он нравится?

— Не настолько… ну, ты понимаешь. Как насчет Сэма?

— Он завтра уезжает, поэтому я готовлю прощальный ужин.

— «Луиджи» или «Ноэлз»?

— «Ноэлз», — засмеялась Лайра.

— Тебе по-прежнему нужен телохранитель.

— Завтра утром прибудет новый.

— Почему Сэм уезжает?

— У него другие дела. Он не занимается такой работой и помогал мне только по дружбе с Алеком.

— Судя по голосу, ты как-то странно… напряжена.

— Просто устала. Ужин остывает. Поговорим завтра.

— Береги себя.

— И ты тоже.

Накрыв на стол, Лайра побежала наверх за Сэмом.

— Да? — услышала она, постучав в дверь.

Она сделала ошибку, заглянув в комнату. Он только что вышел из душа и был в одном наспех завязанном полотенце. На груди и ногах блестели капли воды.

— Ужин готов, — хрипло выдавила она.

Сбегая вниз, Лайра споткнулась и наверняка сломала бы что-то жизненно важное, если бы не схватилась за перила. И топала так, словно в доме случайно оказался слон.

При взгляде на Сэма у нее в горле пересохло. Как может человек быть настолько совершенен?

Она вынимала булочку из духовки, когда в кухню вошел Сэм в белой майке, обтянувшей мускулы, выцветших голубых джинсах и мягких кожаных мокасинах.

Кухня была маленькой. Лайра закрыла духовку и, держа горячую сковороду как можно выше, прижалась спиной к холодильнику, чтобы пропустить Сэма.

— Стейк или цыплята? — спросила она.

— А что вы хотите?

— Цыпленка.

Они весело болтали, делясь рассказами о родных и семьях. Услышав обо всех экзотических странах, в которых побывал Сэм, Лайра почувствовала, насколько ее собственная жизнь скучна и неинтересна. Однако Сэм, по-видимому, так не считал и с удовольствием слушал ее истории о ранчо, бабушке и мечтах создавать документальные фильмы.

Сэм ни разу не упомянул о жене, и Лайра боялась спрашивать из страха, что ее посчитают слишком назойливой. Она вдруг вспомнила, что ответила Джиджи, когда Лайра спросила, выйдет ли она замуж еще раз. Бабушка сказала, что на свете может быть только одна истинная любовь. Может, Сэм чувствовал то же самое к своей жене?

Лайра поковырялась в салате, отрезала маленький кусочек куриной грудки и оставила остальное на блюде, Сэм прикончил свою порцию и доел цыплят и овощи.

— Классная еда, — похвалил он.

— Я хотела устроить прощальный ужин в знак благодарности и, будь у меня время, приготовила бы одно из блюд бабушки. Вот она знатная повариха! Жаль, что вы не попробуете ее стряпню.

— Может, когда-нибудь и попробую.

— Сомневаюсь, что она когда-нибудь решит посетить округ Колумбия.

— Или Шотландию, — улыбнулся Сэм.

Лайра встала и отнесла тарелки к раковине. Он последовал за ней с пустым блюдом.

— Не знаю, как вам это удается.

Лайра повернулась и прислонилась к раковине.

— Что именно?

— Каждый день подниматься и спускаться по этому Богом забытому холму. Один запах чего стоит… я бы по три раза на день бегал в душ!

— Собственно, я бегаю дважды, — поправила она. — И сейчас как раз иду в ванную. Мне кажется, что волосы неприятно пахнут.

— Вы потрясающе пахнете, — заверил он.

Она хотела загрузить посудомоечную машину, но Сэм ее остановил:

— Позвольте мне это сделать.

Лайра не стала спорить. Возможно, причина была чисто психологическая, но при одном упоминании о холме ей отчаянно захотелось под душ.

Двадцать минут спустя волосы были вымыты и высушены, и она почувствовала себя гораздо лучше. Если бы только… ее не собирались бросить…

Она сказала себе, что все к лучшему. Сэм только ее отвлекает. Тем не менее это их последняя ночь, и Лайра знала, что он не так равнодушен к ней, как хочет казаться. Недаром поцеловал ее.

Она надела пижаму и халат, подложила под спину подушки и включила телевизор.

Но тут Сэм постучал в дверь:

— Вы одеты?

— Что-то вроде.

— Я думал, вы работаете, — сказал он, входя.

— Только не сегодняшней ночью.

— У вас есть лишняя запись вашего документального фильма о парке?