Ее заветное желание - Лесия Корнуолл

– Я ее очень хорошо пою, – вмешался Сиденхем. – Элис аккомпанирует мне на рояле. Инструмент здесь у нас, в Трехолме, конечно, не плейелевский, но тоже вполне приличный.

– У моего брата чудесный голос – ясный, как летний воздух. Он очень хорошо поет, хотя никогда этому не учился, – с гордостью заявила Элис.

Сиденхем вспыхнул.

– Признаюсь, если бы я не был наследником своего отца, то поступил бы на сцену.

– Только через мой труп, – отрезал Холидон. – Позови Чалмерса, Элис. Неужели ужин еще не готов?

Чалмерс оказался таким же мрачным и серым, как сам дом. Лорд Холидон взял Дельфину под руку и повел ее в столовую. За ними следовали Николас и Элис, а Сиденхем сопровождал Мэг.

Лакеи подали суп и ретировались.

– Как поживает ваш отец, миледи? – обратился к Дельфине Холидон. – Не сомневаюсь, на лето он переехал в Ниланд-парк. Я получил от него приглашение на домашний прием, но, разумеется, был вынужден отклонить его, учитывая состояние здоровья. – Он грохнул кулаком по столу, заставив подпрыгнуть хрусталь. – Однако можете заверить Эйнзли, что я буду готов к боям в палате лордов на осенней сессии.

– Я рассчитываю посетить прием лорда Эйнзли вместо отца, – сказал Сиденхем, сверкнув улыбкой. Его глаза не отрывались от низкого выреза на платье Дельфины.

– В самом деле? – спросила она.

Сиденхем, оторвавшись от пленительного зрелища, поднял на нее глаза и невинно захлопал ресницами. Сердце ее ушло в пятки. Новый знакомый был сражен наповал. Она уже сталкивалась с подобным прежде. Настало время осторожно разочаровать его, иначе он сделает ей предложение и это поставит их обоих в неловкое положение.

Дельфина повернулась к лорду Холидону.

– Мне приятно сообщить, что здоровье у моего отца было отменным, когда я возвратилась домой, милорд.

– Возвратились домой? – удивился Сиденхем. – Ездили в гости к родным или друзьям?

– Нет, я была в Брюсселе с сестрой, ее мужем и Мэг.

Тишина опустилась на сидевших за столом словно влажная простыня. Хозяева даже перестали жевать.

– В Брюсселе? – пискнула Элис. – Давно?

– Как раз перед сражением. И после него, – ответствовала Дельфина.

Элис повернулась к Мэг.

– И вы тоже там были? В вашем… – Она посмотрела на круглый живот Мэг.

– Там был мой муж, – с достоинством изрекла Мэг.

– В каком полку вы служили, ваша светлость? – осведомился Холидон.

– В королевских драгунах, – ответил Николас.

Холидон кивнул.

– Здорово! Командовали самыми отборными?

– Я служил офицером-наблюдателем, милорд.

Холидон поперхнулся вином.

– Шпионили? Вы, герцог, шпионили?

Николас выдержал пронзительный взгляд старика и не снизошел до ответа.

– Возможно, все было очень невинно. А вы чем занимались в Брюсселе, миледи? – спросил Сиденхем Дельфину. Теперь он уже не улыбался.

Сейчас она нанесет ему окончательный удар. Ей даже стало жалко беднягу. Дельфина улыбнулась.

– Я была там у моей сестры. Она замужем за лордом Фэрли, командующим полком королевских драгун. Но это не важно. Элинор часто сопровождает Фэрли. Она помогала раненым, и я…

– Раненым? – воскликнули Сиденхем и Элис в один голос. И очень слаженно, отметила про себя Дельфина.

– Людям, да? Не солдатам? – Элис вдруг побледнела и опустила вилку.

– Как, например, тому джентльмену, который лечится в Темберлее? – прошептал Сиденхем.

– Вот именно, – холодно подтвердила Мэг.

Холидон бросил свою салфетку на стол.

– Одно дело – отправлять на битву мужчин и встречать их здесь как героев, но заставлять участвовать в войне женщин из высшего общества, и в первую очередь незамужних, – это совсем другое. – Он вперил взгляд в Николаса. – В мое время благородные джентльмены – в особенности пэры! – не становились шпионами.

Дельфина отложила ложку.

– Однако лорд Веллингтон – пэр и джентльмен, вне всякого сомнения, разве не так? И позвольте заметить, если бы его ранили в бою – слава богу, этого не случилось, – его светлость истекал бы голубой кровью тори.

Элис прижала руку ко рту.

– Ни слова про кровь! Я этого не вынесу.

Холидон уставился на Дельфину. В его глазах промелькнула искорка интереса.

– Ах, Элис, но ведь то кровь герцога Веллингтона. Кровь благородного тори! Выше голову! – Взяв бокал в руку, он встал. – За герцога! – Потом со стуком поставил пустой бокал на стол. – Прошу меня простить, я вас покидаю, а вы заканчивайте ужин. Пожалуйста, передайте от меня наилучшие пожелания вашему отцу, когда увидите его в следующий раз. И позвольте пожелать вам, леди Дельфина, проводить больше времени в компании уважаемых людей, пока вы не найдете себе – где-нибудь в другом месте! – достойного мужа, который будет благоразумно удерживать вас дома. Он бросил предостерегающий взгляд на своего наследника и вышел вон.

За следующим блюдом Сиденхем сидел с мрачным видом, смотрел только на лососину на своей тарелке, а Дельфина спрятала победную улыбку.

– Чудесная погода стоит этим летом, не правда ли? – спросила она Элис, поменяв тему.

– Да, действительно, – осторожно ответила та. Вид у нее был такой, словно она приготовилась к еще одному шокирующему признанию.

– Рыбалка просто на редкость. Этого лосося выловили из реки только сегодня утром, – напряженно заметил Сиденхем.

– Сами поймали, милорд? – поинтересовалась Дельфина. – Мой брат очень любит рыбалку, когда находит для нее время.

– Николас тоже любит, – подхватила Мэг.

Сиденхем старался не смотреть на гостей.

– Э… нет. Это отцовские егеря.

– Вам осталось спросить, сама ли я ее готовила, – фыркнула Элис.

Мэг с достоинством посмотрела на нее.

– Когда умер мой отец, мы – я, моя мать и еще три сестры – остались почти без средств. Нам пришлось научиться готовить, и мы трудились на кухне по очереди. Я, например, пеку отличные овсяные лепешки.

Сиденхем вынужденно улыбнулся.

– Осмелюсь заметить, его сиятельство, наверное, не позволяет вам заниматься этим сейчас.

– У меня нет времени. Я ремонтирую детскую.

– Но не своими же руками, – простонала Элис.

– Конечно, нет, – вступил в разговор Николас и дождался, пока на лице Элис появится выражение облегчения. – Но, должен вам сказать, леди прекрасно справилась бы с этой работой, если бы вдруг захотела.

Элис опять сникла. Дельфина усмехнулась.