Ее заветное желание - Лесия Корнуолл

Дельфина улыбнулась. Джентльмен был высок и красив, с темными вьющимися волосами и пушистыми баками на щеках. Он глядел на нее с откровенным интересом, рассматривал с головы до ног и в обратном направлении. Она привыкла к таким беззастенчивым взглядам и улыбнулась в ответ. Отец бы ее одобрил.

– Как мило, что вы приехали, милорд. Отец часто вспоминает лорда Холидона, и всегда с большим уважением.

– Однако лорд Эйнзли забыл рассказать нам, что у него такая красивая и талантливая дочь. Это вы ведь играли Бетховена?

Щеки у нее зарделись.

– Да, «Аппассионату». Я еще не целиком разучила ее. Только недавно получила ноты в Брю…

– Моя семья очень музыкальна, – прервал он собеседницу. – Отец играет на скрипке, а сестра – леди Элис Ардмур, как ее сейчас величают, – на рояле, хотя предпочитает вещи попроще, чем Бетховен. Уверен, что она с удовольствием сыграет вместе с вами. Сестра сейчас как раз гостит у нас в Трехолме.

Дельфина сложила руки на коленях.

– Я с удовольствием познакомлюсь с ней.

По приглашению Мэг Сиденхем сел на стул, который Дельфина приготовила для Стивена, закинул ногу на ногу и послал ей еще одну улыбку, заведомо неотразимую. Но куда исчез Стивен? Дельфина оглядела комнату, посмотрела в пустой проем двери.

– Миледи? – Она снова сосредоточила внимание на лорде Сиденхеме. – Отец будет рад встретиться с вами, и уж если, увы, не может приехать сюда, вы должны согласиться отправиться к нему. – Собеседник приложил руку к сердцу и усмехнулся. – Меня послали, чтобы я пригласил вас всех в Трехолм завтра к ужину. Сестра задержится у нас всего на несколько дней, а нам очень хочется поближе познакомиться с очаровательной дочерью лорда Эйнзли. И с их герцогскими светлостями Темберлей, конечно.

Дельфина глянула на Мэг, та согласно кивнула.

– Мы с удовольствием приедем, милорд.

– Отлично! Я порадую отца. Устроим музыкальный вечер, ко всеобщему удовольствию, – сказал Сиденхем.

Принесли чай, Мэг принялась разливать его по чашкам. На подносе стояло четыре чашки, и Мэг повернулась к Дельфине.

– Я думала, что Стивен с тобой.

Дельфина почувствовала, как улыбка ее померкла, и усилием воли вернула ее назад.

– Наверное, он пошел отдохнуть.

– А кто такой Стивен, если не секрет? – спросил лорд Сиденхем. Он сразу посерьезнел и бросил на Дельфину испытующий взгляд. Взгляд человека, который подозревает, что у него есть соперник.

– Лорд Стивен Айвз – еще один наш гость, милорд, – сказала Мэг. – Это друг моего мужа.

Улыбка Сиденхема заняла свое место.

– Тогда, конечно, привозите его завтра с собой. Мы будем ему рады. Он музицирует?

Дельфина покачала головой.

– Боюсь, лорд Стивен не сможет принять ваше приглашение. Он офицер, майор королевских драгун. Был ранен при Ватерлоо и сейчас находится здесь на лечении.

Сиденхем изобразил на лице сочувствие и отхлебнул чаю.

– Что ж, трудно представить более подходящее место для того, чтобы вылечиться, чем Темберлей, с его целительным дербиширским воздухом. Мы в Трехолме следили за сообщениями с поля битвы, разумеется, хотя мне не хотелось бы обсуждать это здесь. Тема слишком грубая, чтобы говорить о ней в присутствии дам.

Дельфина глянула на Мэг, и та дипломатично увела разговор в сторону:

– У вас есть какие-нибудь любимые музыкальные произведения, милорд? Возможно, мы их знаем.

– О, не беспокойтесь, не надо ничего специально готовить к завтрашнему вечеру, ваша светлость. Мы искушенные музыканты, намного лучше других, даже таких подающих надежды талантов, как леди Дельфина. И в любом случае кому придет в голову действительно концентрироваться на музыке, когда за инструментом будет сидеть такая красавица?

Он наклонился вперед и послал ей красноречивый взгляд. Это было как объявление о его намерениях.

По привычке Дельфина мило улыбнулась ему так, как учил ее отец: словно разделяла взгляды его политических союзников, – но ей стало не по себе от одержимости в глазах Сиденхема. Он увидел в ней брачный приз, богатую жену. И ничего, кроме этого. Даже слепой, Стивен видел в ней человека. Ладно, не будем вспоминать, что случилось сегодня. Сердце сжалось в груди, она глотнула чаю, ее лицо пылало. Еще один ухажер, которого нужно отвадить.

– Вы льстите мне, милорд, – пробормотала она.

Сиденхем резко поднялся и склонился к ее руке.

– Ничуть. – Его голубые глаза впились в жертву. – Вы позволите заметить, что описание вашей красоты, сделанное вашей матушкой, даже близко не отражает оригинала? Я буду с мучительным нетерпением ждать завтрашнего вечера, чтобы поприветствовать вас в Трехолме. Можете поймать меня на слове – я начинаю считать часы. Что за чудесная возможность познакомиться поближе с соседями, лучше узнать друг друга и стать добрыми друзьями! Надо будет предупредить садовника о вашем визите, потому что его лучшие розы завянут от стыда в вашем присутствии, дорогая леди Дельфина.

Она сжала зубы, услышав нелепый комплимент. Если бы ей платили шиллинг каждый раз, когда сравнивали с розой, она бы удвоила свое приданое. Дельфина высвободила руку.

– Благодарю вас. Я… Мы… с нетерпением ждем встречи с лордом Холидоном, – осторожно произнесла она.

– Тогда до завтрашнего вечера. Я откланиваюсь с огромным сожалением, – сказал Сиденхем.

Мэг позвонила в колокольчик, чтобы лакей проводил гостя. Раздосадованная Дельфина смотрела, как за ним закрылась дверь. Матушка будет довольна, узнав о приглашении и о том, что его милость проявил такой откровенный интерес к ее дочери. Придется разочаровать графиню еще раз, а заодно и лорда Сиденхема.

Она вспомнила о Стивене: куда он запропастился? То же самое случилось во время того бала, когда он развернулся и оставил ее в компании человека, с которым ей не хотелось общаться. Что она сделала не так на этот раз? Может, его мучают боли или угнетают мысли о предстоящем трибунале. Ей вдруг стало не по себе. Или, возможно, он вспомнил про некую таинственную Джулию. А если это любовь на всю жизнь? И Дельфина не выдерживает сравнения с той женщиной? Нет, вынести такое невозможно!