Дерзкая - Крис Кеннеди

Постепенно на расстоянии нескольких ярдов вырисовалась высокая фигура Раггарта Рая, как скала среди деревьев. Она перевела взгляд дальше и разглядела Джейми: с мечом наготове, он стоял вплотную к дереву, прижавшись смуглой щекой к коре. Его блестящие глаза поймали ее взгляд, и она, приподняв плечи, вытянула руку ладонью вверх в немом вопросе и одними губами спросила: «Где Гог?»

Он прищурился, затем коротко качнул головой, и, взглянув в указанном направлении, в дюжине шагов она заметила припавшую к земле фигуру, пробиравшуюся через невысокий кустарник, – Гог.

Из ее губ вырвался хриплый вздох облегчения, но в следующую секунду от страха ком застрял в горле: за ним следовал темный, неясно вырисовывавшийся силуэт пригнувшегося человека.

Она, безмолвная тень, сжалась, повернулась на каблуках, согнула колени, слегка вытянула руки, по которым стекал пот, и, когда темная фигура приблизилась к Гогу, бросилась вперед.

Однако что-то сомкнулось у нее на шее и отдернуло ее назад, свалив с ног. Ева выронила кинжал и всем телом ударилась о землю, потом рука в доспехах рывком подняла ее и прижала спиной к телу в кольчуге, а у ее горла оказался клинок.

– Закричите – и будете мертвы, – прошипел человек в кольчуге.

Когда еще один появившийся бандит нагнулся к ее ногам, чтобы поднять ее с земли, она замерла на полсекунды, затем резко повернула голову в сторону, в тот же самый момент оторвала ноги от земли и в результате камнем упала мимо его рук.

Ни один из бандитов не успел даже выругаться, как она, схватив кинжал Джейми, сделала движение рукой назад и вверх и всадила его прямо в бедро мужчины. Он взвыл от боли и свалился, но другой уже схватил ее за косу и, дернув так, что боль огнем обдала кожу головы, поднял на ноги, а потом безжалостно дернув, приставил нож к горлу.

– Ну, стрекоза, я сверну тебе шею…

Внезапно последовал еще один страшный рывок, а затем наступило облегчение. Ее обидчик летел вниз, кувыркаясь, как стебель пшеницы на ветру. Повернувшись, Ева увидела Джейми, смотревшего на мужчину, которого только что оторвал от нее и который сейчас корчился на земле от боли. К этому времени другой негодяй уже был на ногах и с торчащим из бедра кинжалом двигался прямо на нее как неуправляемая телега. Она согнула колени, приготовившись к удару, затем выпрямилась и толкнула его плечом в защищенную кольчугой грудь, но это было все равно что пытаться столкнуть валун. Сбив ее с ног, так что клацнули зубы, он обхватил Еву огромными ручищами и потащил ее брыкающееся, пинающееся тело в лес.

Она что есть сил брыкалась и пиналась, пока не услышала низкий голос:

– Отпусти ее.

Все замерло, затем ее резко отпустили и злобно толкнули в сторону. Ева упала на колени, практически скользнув носом по лезвию своего ножа, и, зажав кинжал в руке, повернулась, чтобы взглянуть на своего обидчика и на того, кто напал на него.

Джейми, который держал его, приставив к горлу клинок, спокойным взглядом ответил на ее полубезумный:

– Заберите своего мальчика.

Она обернулась и, пригнувшись, осмотрелась. Где же остальные? Они что, захватили Гога? И он…

Он был там и, ухватившись рукой за нижнюю ветку дерева, раскачивался, как какое-то лесное существо с одного из странных и прекрасных рисунков отца Питера, а вверх к нему карабкался третий бандит, медленно перемещаясь по ветке. Гог разжал пальцы и рухнул вниз, где его поджидал четвертый.

Она побежала к нему, откуда-то сбоку выскочил Рай, а затем и Джейми. Без бравады, спокойно, с невероятной ловкостью они расправлялись с незваными гостями, пока не раскидали их всех по земле, где они остались лежать в грязи среди гниющих листьев.

Ева стояла потрясенная, а потом посмотрела на Гога, и он, встретив ее взгляд… ухмыльнулся. Он тяжело дышал, на его руке кровоточила рана, поперек лица был порез, но глаза горели от возбуждения. Ева несколько раз кашлянула, прочищая горло.

– Роджер. – Это был хрип, ужасный хрип, а не голос. Она еще раз кашлянула. – Гог, ты…

Она замолчала, пораженная невозможностью прочистить горло: там скопилось что-то вязкое, и она не могла говорить. Ева открывала рот, но не произносила ни слова – лишь молча смотрела на Гога, а Гог – на нее. Она услышала, как Джейми что-то тихо сказал Раю, и тот что-то протянул ей. Взглянув вниз, она с изумлением увидела бурдюк.

– Вода, – тихо пояснил Джейми. – Из верховий реки.

Ева сделала глоток, и благословенная прохлада бальзамом пролилась в ее горячее, сухое горло. Она жадно пила, не обращая внимания на то, что вода стекает по подбородку, наконец опустила бурдюк и, благодарно кивнув, вернула Джейми.

– С тобой действительно все хорошо? – повернулась она к Гогу, который не отрываясь смотрел на нее.

– Прекрасно, Ева. Прекрасно! – Тревога у него на лице сменилась возбуждением, глаза горели.

Он похлопал ее по руке, и Ева внезапно осознала, что он выше ее – намного выше. Как она могла не замечать этого прежде? Как она могла не замечать его взросления, если это происходило у нее на глазах? Она почувствовала смутное, тревожное удивление.

Джейми и Рай некоторое время переводили взгляды с Евы на Роджера, а потом принялись перетаскивать тела в глубину леса.

Она подождала, пока Джейми и Рай окончательно скроются из вида, и тогда тихо спросила:

– Почему ты меня оставил?

– Я виноват, Ева. – Однако по его голосу этого не чувствовалось. Он покачивался на каблуках, светлая прядь свешивалась на один глаз. – Я думал, мы разделимся, зайдем сзади…

– Ты не должен меня оставлять, никогда, – перебила она его, удивив саму себя.

Гог в недоумении застыл, и они молча уставились друг на друга. Такой поток эмоций Евы его удивил. Сначала она лишилась дара речи, а теперь этот всплеск, от которого у нее перехватило горло.

– Я никогда не позволю им схватить тебя, Ева, – поклялся он глухим голосом. – Просто собирался обойти…

– Ты думаешь, я испугалась за себя? – Она горько усмехнулась.

– Их было шестеро – это те самые, из конюшни, что захватили отца Питера. Это означает, что их послали за нами. И прятаться за твою юбку я не собираюсь и не позволю им схватить нас. Клянусь жизнью.

Они смотрели друг на друга в упор, и за их молчанием скрывались тысячи невысказанных мыслей.

Из-за деревьев показались Джейми и Рай, и Роджер, выпрямившись, заговорил нарочито громко, чтобы его могли слышать.

– Я собирался их обойти, чтобы напасть сзади, защитить тебя.

– Не ты защищаешь меня, – заявила она сердито, не допускающим возражения тоном.

– И тем не менее он это сделал, – ворвался в их разговор низкий голос Джейми. – Останься он рядом с вами, его схватили бы. Вас обоих. Двое держали вас, остальные четверо занялись мною и Раем. Он поступил правильно, что зашел сзади: это вынудило их разделиться.