Три недели с леди Икс - Элоиза Джеймс

– Не слишком-то скромно звучит…

Торн поднял бокал – теперь он был совершенно уверен, что фабрика его не разорится.

– Ты даже вообразить не можешь, что сейчас сделала. До сего момента двадцать шесть рабочих были под угрозой потери работы, но твои идеи их спасут!

Шампанское, закупленное Индией, имело вкус яблок, а еще тотчас ударяло в голову. Даже Торн, предпочитавший бренди, вынужден был признать: вино отменное.

– Ну все, хватит о резине! – Торн глаз не мог отвести от ее роскошной груди, сознавая, что инстинкт самосохранения медленно, но верно подводит его. – А каким вы представляете себе вашего будущего мужа, леди Ксенобия Индия Сент-Клер?

– Он непременно будет добрым и очень спокойным, – с готовностью отвечала Индия. – А еще он обязательно должен чем-то всерьез заниматься, предоставив вести домашнее хозяйство мне.

– Моя дорогая, – усмехнулся Торн, – он определенно будет чем-то всерьез заниматься. Это я тебе обещаю.

Его двусмысленные слова, похоже, ничуть не смутили Индию – возможно, оттого, что она снова была чуть навеселе. Бесспорно, леди Ксенобия могла похвастаться многими достоинствами, но устойчивость к воздействию алкоголя явно была не из их числа. Торн вылил остатки шампанского в ее бокал и потянулся к колокольчику.

– А тебе известно, что многие мужчины один на один с женщиной оказываются… ну, несостоятельными? – Индия испытующе глядела на него. – Знаешь об этом?

– Представления не имею! – вырвалось у него с удивившей его самого горячностью.

…Невзирая на все ее рискованные замечания по поводу «увядших овощей», мужских «недостатков», а теперь еще и «несостоятельностей», Индия почти наверняка девственница. Леди Аделаида, безусловно, не самая усердная компаньонка для молодой леди, однако наивность Индии неопровержимо свидетельствовала: ни одному из мужчин, преклонявшему перед ней колени, она не уступила…

– Впрочем, брак тут ни при чем, – заявила Индия. – Брак – это взаимопонимание, это своего рода контракт, регулирующий поведение сторон… желательно взаимовыгодный. Но выгоды, получаемые каждой из сторон, должны быть тщательно взвешены. Именно потому я… – Она осеклась.

– Поэтому ты – что?

– Мне было всего пятнадцать, когда леди Аделаида попросила меня навести порядок в домашнем хозяйстве ее подруги, – объяснила Индия. – И я приняла за это плату. Ведь отец не оставил мне в наследство ничего, кроме своего титула. А без приданого мне никак было не выйти замуж за приличного человека, не говоря уже о достойном…

– И таким образом ты сколотила себе приличное приданое?

– Именно.

Индия лучезарно улыбнулась, и по спине Торна побежали мурашки. Как только она забывала улыбаться, как подобает истинной леди… впрочем, стоп, сказал себе он.

– Видимо, на сегодняшний день ты располагаешь всем необходимым, чтобы выйти замуж за кого тебе заблагорассудится…

Слегка захмелевшая Индия забавлялась с бокалом – ее тонкие пальчики словно наигрывали на нем, как на флейте, неслышную мелодию. От этого зрелища Торн почувствовал нарастающее напряжение в паху и поспешил вернуться к теме идеального брака.

– Но самое важное в браке – это совсем не титул. Брак бывает удачным, если люди подходят друг другу, – наставительно сказал он.

– Весьма мудро, – кивнула Индия. – Похоже, именно этим ты и руководствуешься…

– У меня свои соображения. Я прекрасно понимаю, что Летиция далеко не всякому подойдет. Но для меня она – то, что нужно. А ты пока не повстречала свой идеал?

– Честно говоря, я слишком занята для того, чтобы думать о мужчинах всерьез.

Торн полагал, что именно это было одним из залогов ее успеха в профессии. Добронравные жены инстинктивно чуяли отсутствие в ней женского интереса к мужьям и потому не видели в ней угрозы. А их мужья тем временем готовы были подчиниться любому мановению ее пальчика…

У нее лицо Клеопатры – именно перед такими женщинами мужчины опускаются на колени. Торн готов был поклясться: стоит на ее изумительных губах появиться лучезарной улыбке – такой, как теперь, – и любой мужчина выдаст ей карт-бланш на что угодно! Любой позволит ей совершать какие угодно революции в принадлежащем ему доме – как позволил и он сам…

– А еще мой будущий супруг непременно должен уметь великолепно целоваться. – Во взгляде ее заплясали чертенята. – Мне тут сказали однажды, что целоваться я совсем не умею. Поэтому выйти я должна за специалиста в этом деле.

– Индия, – предостерегающим тоном произнес Торн.

Их игра делалась все более опасной. Но девушка сморщилась и стала вдруг такой обворожительной, что Торн залпом опрокинул свой бокал, пытаясь залить ледяным вином бушующий в крови пожар.

Тут подоспел Фред со второй бутылкой, а Индия тем временем положила на тарелку Торна ломтик яблочного пирога, взяв себе кусочек ягодного тарта. Когда Фред, прихватив пустую посуду, удалился, Торн сказал:

– Индия, ты вовсе не так уж плохо целуешься…

– Но ты же говорил совсем иное! – Глаза ее смеялись.

– Наш второй поцелуй был вполне себе хорош, – проговорил он, – как, впрочем, тебе и самой известно… Он был…

Торн запнулся: он не смог подобрать слов.

– Так ты говоришь, я не так уж плохо целуюсь?

– Индия…

Она сделала глоток шампанского и взглянула на Торна. Губы ее влажно поблескивали.

– А я уж думала, ты предложишь мне себя в качестве наставника в этом деликатном искусстве… от чего я, разумеется, гневно откажусь.

Пределы человеческого самоконтроля небезграничны. Торн встал, обогнул стол и, схватив девушку за плечи, поднял ее со стула.

– Индия, мои поцелуи отвратительны. Они просто ужасны. Может, дашь мне урок?

Глядя прямо ему в глаза, она сказала:

– Повторенье – мать ученья!

И хихикнула. Леди Ксенобия Индия хихикнула! Торн заключил ее в объятия.

– Ты не забыла, что я намерен взять в жены Летицию?

– Думаешь, если ты пару раз поцелуешь меня, я тотчас захочу за тебя замуж?

В глазах Индии плескалось столь неподдельное изумление, что Торну показалось, будто его с размаху ударили в пах.

…Дочь маркиза и не посмотрит на такого, как он, – как бы ни понравились ей его поцелуи… Боже правый, неужели, прожив столько лет, будучи незаконным сыном герцога, он так ничему и не научился?…

А Индия уже обвила руками его шею:

– Мы же друзья с тобой… а у меня совсем нет настоящих друзей, потому что у меня просто не нашлось времени ими обзавестись. А в детстве у меня тоже друзей не было… ну, из-за странностей моих родителей. Ты мой первый настоящий друг…

И она поцеловала его. Она была слегка пьяна… была истинной леди… и компаньонки рядом не было…