Три недели с леди Икс - Элоиза Джеймс

– Вы… предлагаете мне стать вашей любовницей?

Секунду помолчав, Торн ответил:

– Нет. Просто я гадаю: целовали ли тебя когда-нибудь?

– Разумеется, целовали!

Склонившись, Торн коснулся губами ее губ. Индии было любопытно, чертовски любопытно, что же будет дальше. И вдруг все кончилось…

– Что ж, было очень мило, – сказала она, чувствуя некоторое разочарование. А чего она, собственно, ждала? Подумаешь, поцелуй. Безделица. До сего дня ее целовали трое. Теперь уже четверо, если считать Дотри. И ни один из этих поцелуйчиков не показался ей интересным.

Торн притянул ее ближе, что обеспокоило девушку.

– Но мне… мне пора в спальню! – запротестовала она.

– Скажи честно, захотелось ли тебе выйти за меня замуж после того, как я поцеловал тебя? – вдруг спросил он.

– Нет… хотя это было приятно, разумеется. Полагаю, Лала будет в восторге от ваших поцелуев… если ты станешь так же целовать ее…

– Пока я не женат, – со значением произнес он. – И даже не помолвлен. В противном случае я не стал бы тебя целовать.

– Отлично! – быстро ответила Индия, забывая вдруг, что стоит в кольце его рук. – А знаешь, однажды я видела, как мистер Брайдуэлл Купер целует жену викария…

– Смелый выбор. Полагаю, этот джентльмен перецеловал множество женщин, помимо собственной жены…

– И ты намерен следовать его примеру?

Почему-то его ответ казался ей очень важным. Может быть, потому, что Лала такая милая, такая недалекая… и обвести такую вокруг пальца ничего не стоит…

– Никоим образом. – Торн помрачнел.

– Весьма достойный ответ! – Индия одарила его самой ослепительной улыбкой из своего арсенала, потом привстала на цыпочки и скользнула губами по его губам, проделав то, что недавно сделал он сам. – С удовольствием заведу дружбу с мужчиной. Это так интересно! – И поскольку голова ее еще кружилась от выпитого вина, она добавила: – И я рада, что ты меня поцеловал. Это так мило с твоей стороны…

Видимо, она сделала что-то не то – Торн, еще сильнее помрачнев, вдруг привлек ее к себе.

– Если я друг тебе, Индия, то не могу позволить тебе считать это поцелуем.

– Но почему? – растерялась Индия.

Вместо ответа он склонился к ней и…

…Этот поцелуй был иным. Индия чувствовала себя словно во сне, глаза Торна были закрыты, и она всласть могла любоваться его густыми ресницами. И вдруг его язык скользнул меж ее губ…

Индия и предположить не могла, что поцелуй может быть таким… интимным. Язык его был у нее во рту – так, словно Торн втайне от всех прочих говорил с ней… словно они вели безмолвную беседу! Индия затрепетала, но Торн лишь теснее прижал ее к себе.

Индия поняла вдруг, что ей безумно нравится целоваться. Как это забавно, подумала она, борясь с головокружением. Это очень… очень… это так необы…

– Черт возьми! – прорычал Торн, отшатываясь.

– Что такое? – Индия вновь лучезарно улыбнулась Торну. – Мне нравится. Это так мило…

– Мило?

Улыбка Индии разом угасла.

– Тебе не понравилось?

– Индия… – Он умолк. – Нет.

– Но почему?

Торн глядел ей прямо в глаза, и она поняла вдруг: сейчас он предельно честен.

– Ты плохо целуешься, Индия. Откровенно говоря, просто ужасно…

Сердце ее бешено забилось, а руки, обнимавшие Торна за шею, разжались.

– О-о-о…

Это следует запомнить и ни в коем случае не целовать будущего жениха, после того как тот сделает ей предложение…

– Индия…

Но Ксенобия больше ничего не позволила ему сказать. Наверняка он сейчас предложит дать ей несколько уроков – или сморозит еще какую-нибудь глупость, какую способны выдумать лишь мужчины. Она выскользнула из кольца его рук и вознамерилась уйти. Ее все еще слегка покачивало – от вина или…

– Благодарю, что сказали мне правду, Торн. Искренне сожалею, что я…

Больше она не успела вымолвить ни словечка – Торн вновь заключил ее в объятия. Большая ладонь легла на ее ягодицы – на то место, которого ни один мужчина до сих пор не касался…

– Я еще не закончил! – прорычал ей в ухо Торн.

…Его язык вновь у нее во рту. Его желание она ощущала всеми потаенными глубинами своего тела, и кожа ее словно загорелась. Свободной рукой Торн прихватил ее волосы и откинул ее голову назад…

Из горла Индии вырвался слабый стон и, уже ни о чем не думая, она склонила голову набок и робко попробовала его на вкус языком… Когда она проделала это, Торн застонал и крепче стиснул Индию в объятиях. Этот поцелуй…

…Этот поцелуй творил невероятное. С ней… с ее плотью… Его могучее мускулистое тело прижималось к ее телу, мягкому и податливому. Ее словно обдало жаром, она снова глухо застонала и прильнула к нему изо всех сил… это было более чем… более чем интересно. Это было…

Торн глухо выбранился и отпрянул от нее. Индию трясло как в лихорадке.

– Наверное, я очень пьяна, – пробормотала она.

А Торн устремил на нее свои серые чарующие глаза.

– Проклятие!

– И вам спокойной ночи, – отвечала Индия. И прибавила: – Ничего этого не было, мистер Дотри.

– Мистер Дотри? – рявкнул Торн.

Сердце Индии бешено колотилось, ноги подкашивались. Она прокашлялась.

– Хорошо. Торн. В любом случае подобного более не повторится.

Она умудрилась дойти до дверей, почти не шатаясь, и подняться наверх, где ничком рухнула на постель.

Проснувшись утром, Индия некоторое время лежала, размышляя. Интересно, она все еще ужасно целуется или Торну удалось ее хоть чему-то научить? Но, спустившись к завтраку, она узнала, что Торн уехал на рассвете, не оставив даже записки, – и решила, что это говорит само за себя.

Индия была глубоко уязвлена. Может, еще и потому, что, вспоминая все происшедшее, понимала: повторись все это, она повела бы себя точно так же. Но за годы своей работы Ксенобия усвоила: нет людей, все делающих одинаково хорошо. Подумаешь, не умеет она целоваться – и что с того? Наконец она решила выбросить всю эту историю из головы – куда-нибудь на задворки памяти, где покоились и ее детские воспоминания, и все то, что лучше не ворошить…

И Ксенобия спокойно спустилась к завтраку. Тут в столовую вошла Аделаида.

– Я так понимаю, вы с мистером Дотри вчера вместе отужинали, – сказала она, с аппетитом поедая изрядную порцию омлета. – Разумеется, мне надлежало тебя сопровождать, однако этот ужасный холод… в общем, вчера я целый день провела в постели. К тому же мне совершенно не о чем беспокоиться – этот милый человек без ума от своей Лалы. Знаешь, что он мне сказал? Что Лала – идеальная женщина, что она создана для него… Лала? Вот уж кто бы мог подумать…