Впервые в жизни - Джилл Шелвис

— Может, все было бы не так плохо, если бы ты не сбежала.

Возможно. Но она именно сбежала.

— Ладно. — Мэтт тряхнул головой, словно не понимая, каким образом эта тема возникла вновь. — Начнем разговор сначала. Ты действительно в порядке? Я имею в виду, как твои дела?

— Да. Действительно. А ты?

— Лучше всех.

Она закатила глаза, хотя улыбка так и просилась на губы. Как он это проделывает? Как умеет ее развеселить, когда она так озабочена? Большая тайна!

Мэтт показал подбородком на то место, где недавно стояла Райли.

— Расскажи о ней.

Черт возьми, если это не сразу же стерло улыбку! Он считал, что Райли живет у нее, потому что поверил Эми. Не объяснить, что это не так и что Райли вернулась в лес, — все равно что солгать.

Но она обещала. Обещала подростку, который отчаянно хотел доверять кому‑то.

— Да нечего рассказывать. Я накормила ее.

Мэтт долго сверлил Эми оценивающим взглядом. Она чувствовала жар его тела, исходившую от него силу и абсолютно необъяснимое желание потянуться к нему. Это сбивало с толку. Она провела отрочество и большую часть юности в упорных попытках разрушить свою жизнь, вытворяя множество глупостей и среди них весьма небезопасные, вроде поездок автостопом по стране и ночевок в местах, где с ней могло случиться что угодно.

И то обстоятельство, что ей даже некому было позвонить, только усиливало ощущение постоянного хождения по канату.

В этом искусстве ей не было равных.

Как и в искусстве самосохранения. Эми выживала благодаря собственным усилиям, и вот теперь, в зрелом двадцативосьмилетнем возрасте ей хотелось только одного: повернуться, зарыться лицом в грудь Мэтта и позволить ему быть сильным за нее и себя.

Пусть так и будет. Если она сделает первый шаг, он обнимет ее и прижмет к себе. Пробормочет тихим успокаивающим голосом что‑то такое, чего она даже не поймет, но какое это имеет значение? Зато поймет, что отныне все будет прекрасно.

Он подарил ей это чувство надежности и безопасности.

Мэтт потянулся к ее руке.

— Эми!

Эми вздохнула и не противилась, когда он притянул ее к себе, когда поцеловал ее уже знакомым нежным поцелуем. Все равно что вернуться домой. И это единственное оправдание тому, что она позволила этому поцелую длиться, что обняла его и стала отвечать на поцелуй, пока в легких не осталось воздуха. Наконец она отстранилась, потому что все было не совсем как в прошлый раз, когда он заканчивал смену и они едва смогли добраться до его дома, чтобы поскорее раздеться, подобно обезумевшим от желания идиотам. Впереди у нее долгая смена.

— Нужно возвращаться, пока Джан меня не убила, — прошептала Эми ему в губы.

Мэтт опустил руки, но когда она хотела уйти, удержал ее за руку.

— Эми!

— Что?

Их взгляды встретились, и она сделала все, чтобы скрыть от него свои мысли.

— Ты скажешь мне, если случится беда?

Сияние, исходившее от нее, словно померкло.

— Какая беда? — осторожно спросила Эми.

— Любая.

Может, она вовсе не так хорошо умеет лгать, как воображала.

— Я сама о себе позабочусь. И ты это знаешь.

— В том‑то и дело, Эми. Тебе ни к чему справляться со всем в одиночку. У тебя есть друзья. Люди, которым не все равно. МНЕ не все равно.

Разве не точно такой разговор она перед этим вела с Райли? И теперь Мэтт хочет сделать для нее то же самое.

Черт ее побери! В горле Эми не застрял ком, который она с трудом проглотила.

— Я знаю.

«Пожалуйста, не проси меня ничего обещать».

Он не попросил. Только молча кивнул, отпустил ее руку, и Эми ничего не оставалось кроме как войти в закусочную.