Одержимость - Лена Вечер

— Она… она мертва.

— Что?! — на секунду мне кажется, что я резко потерял слух и мне послышалось что-то страшное, но мужчина лишь кивает в ответ.

— Её нашли сегодня утром застреленной в собственной квартире. Пулевое ранение в грудь, — объясняет полицейский, не дрогнув ни единым мускулом. — Мне необходимо задать вам пару вопросов.

— Да, конечно, — жестом указываю на близстоящий стул, обдумывая эту новость. Буквально пару дней назад София доставала меня звонками, затем позвонила на домашний и поссорила меня с Ритой, а потом её просто застрелили. Эта новость никак не хотела укладываться у меня в голове. Казалась глупой и неуместной, но в этот же момент я понимаю, что внутри меня ничего не вздрагивает после известия о её смерти. Удивление — да, неожиданность — тоже, но вот жалость и слёзы — их нет, как бы я не пытался прислушаться к своим чувствам.

Возможно, это ненормально, ведь когда-то мы были близки, но сейчас у меня такое ощущение, что всё это было со мной в какой-то другой жизни. Сейчас я не могу думать больше ни о ком, как о Рите и её загадочном исчезновении.

Рита.

На тёмно-синем небе ярким жёлтым пятном высоко стояла луна, отливая свет на близстоящие деревья. Мы закончили наш ужин и вышли на балкон. Юнадий закурил сигарету, черты его лица заметно расслабились. Он успокоился, видимо понял, что я не сбегу. Да и некуда. Свежий вечерний ветер освежал лицо, вокруг рядами стояли многоэтажки, пугая своей высотой и количеством.

— Что дальше? — спрашиваю я и затягиваюсь сигаретой из его рук.

— Дальше? — он удивлённо сверкает глазами в мою сторону, и они словно покрываются корочкой льда, становятся нечитаемыми, пустыми. Теперь я вижу истинную суть его, это уже не тот горячий парень с дискотеки, он больше напоминает психа, с которым лучше не спорить. — Я тебе всё рассказал за ужином.

— Помню, — выдыхаю сигаретный дым, который с непривычки обжигает лёгкие. — Но что мы будем делать до твоей запланированной поездки? Ты так и дальше меня будешь держать здесь в заложниках? — рискую спросить я, о чём тут же жалею. Юнадий тотчас же вспыхивает и от прежней расслабленности не остаётся ни следа.

— Моя будущая жена не будет курить, — он резко вырывает из моих рук сигарету, что я чуть не обжигаю пальцы. — Это одно из правил. Второе: она не будет задавать мне лишних вопросов. Третье: будет покорной и ублажать мужа, — вкрадчивым, угрожающим тоном предупреждает меня он. Смотря в глаза, подавляя и гипнотизируя. От последнего кровь стынет в жилах. Я очень надеялась оттянуть этот момент, но, видимо, не получится. Он настроен решительно и не намерен отступать. В подтверждение моих мыслей, Юнадий прижимает меня к своему юному мужскому телу, и я чувствую всю его похоть. Закрываю глаза и пытаюсь расслабиться. Я пытаюсь убедить себя, что это не сложно и прежде у меня получалось заниматься сексом с нелюбимыми, но в последний период всё резко поменялось. Я встретила Славу. И ни о ком другом я больше не могу думать.

— Пойдём, я покажу тебе нашу спальню, — заявляет он, пронзая меня властным взглядом. Я вся сжимаюсь и отвожу испуганно взгляд. У него не получилось завладеть мною тогда, в моей квартире, но точно получится сейчас. Ему ничто не мешает и уж точно никто меня не спасёт.

Останавливаюсь в нерешительности и понимаю, что тем самым делаю только хуже: Юнадий заметно напрягается, постепенно превращаясь в хищника, готового напасть на свою жертву в любой момент.

— Ты прав, — я пытаюсь сгладить уже и так изрядно подпорченную ситуацию. — Извини за глупые вопросы. Покажи мне нашу спальню, ведь нам предстоит проводить там много ночей. И захвати бутылку вина, — беру его за руку, и он обмякает. Его точёные черты лица расплываются перед моим взором, потому что веки выжигают слёзы со вкусом ненависти и ярости, но я лишь сглатываю и не даю своим эмоциям взять вверх.

Я внушаю себе, что так может быть лучше. Возможно, мне получится забыть Славу и его предательство.

Вячеслав.

Полицейский садится напротив и сканирует меня медленно взглядом из-под тонкого стекла очков. Может смотреть сколько угодно, потому что на меня это никак не действует. Сколько в своей жизни я проводил переговоров, где собеседник буквально сжирал меня взглядом, атаковал и убивал, но я выстаивал свою позицию. Показать свою слабость сейчас — значит сдаться и дать собеседнику тебя сломить. Тем более, что моя душа чиста. Да, у нас были с Софией недомолвки, а в последний период и вовсе ссоры, но это ещё не значит, что я как-то причастен к случившемуся.

— Что-то не так? — не разрывая зрительного контакта, спрашиваю я.

— Всё нормально. — Спокойно отвечает мужчина, отпуская свой тяжёлый натренированный взгляд от моего лица, который, кажется, видит меня насквозь. — Приступим, пожалуй, — он достаёт блокнот и ручку, но я больше, чем уверен, что весь разговор записывается также на диктофон.

— Конечно.

— Когда вы в последний раз виделись с вашей женой Софией?

— Пару дней назад. Если быть точным, в четверг. Она приходила ко мне в офис, чтобы поговорить.

— И о чём же вы говорили?

— О чём мы говорили… — я задумываюсь, словно окунаясь в вязкое прошлое, которое не очень приятно вспоминать. В последний период каждую встречу с Софией мне хотелось забыть. Потому что это были ссоры, угрозы и обиды. — Знаете, начнём с того, что наш брак был лишь формально на бумаге по определённым причинам. Мы его заключили, потому что так было выгодно нам обоим. Её бизнес терпел убытки и мой в то время был на мели, мы решили объединить силы, потому что её отец обещал вложить огромную сумму, только если она остепенится и выйдет замуж. Моя кандидатура ему отлично подходила. Он дал согласие на наш брак, и мы спасли бизнес, который с того дня стал совместным.

— Почему её отец так желал, чтобы она вышла замуж?

— Потому что Софии было почти тридцать, и она прожигала свою жизнь на тусовках, любила выпить, гулять до утра, а потом спать весь день. Она же угробила бизнес, который подарил ей отец. Он был очень зол на неё, когда она в очередной раз пришла к нему за помощью и, конечно же, за деньгами, потому что буквально повязла в долгах. Тогда он и поставил ей это условие, и она пришла ко мне за помощью. Я переживал не лучший период, и она мне предложила «сделку», которая тогда мне показалась очень выгодной…

— Вам удалось спасти бизнес?

— Да. Её отец нам очень помог деньгами и связями. Поначалу всё шло прекрасно, но затем София изменилась. Она начала требовать большего, чем я мог ей дать. Она хотела отношений, таких, какие обычно бывают между супругами, а ведь мы даже не жили вместе, а лишь пускали пыль в глаза её родственникам. Она никак не хотела этого принимать, хоть поначалу была согласна. Мне не стоило ей доверяться, потому что ею руководили чувства, а мной — холодный расчёт.

— В каких отношениях вы с ней состояли?

— Сначала мы встречались, познакомившись на тусовке, но всё это быстро прошло. По крайней, мере для меня.