От ненависти - Асти Брамс

Опустив глаза, я нервно закусила губу, лихорадочно подбирая слова, чтобы объясниться. На ум только приходили моменты, происходившие в доме Валида Эмировича, где Амран явно давал понять, что на столе не терпит ничего приготовленное моими руками… Но было слишком стыдно признаться в этом.

— Стесняешься? — к моей неожиданной удаче заключила Зоя с налетом снисхождения.

«Если бы…»

Вместо ответа, я неоднозначно повела плечом.

— Не волнуйся. Он и спрашивать не станет, — бесстрастно уверила женщина, потянувшись за фартуком.

И для меня это прозвучало вполне резонно. Действительно, с чего я решила, что он заметит что-то и тем более будет спрашивать? К тому же сейчас меня сильнее волновало не то, что Амран может подумать, а сама встреча с ним…

Ворота дома открылись ровно в семь. Ни минутой позже, ни минутой раньше. И увидев через окно, как на территорию въезжает представительный, отполированный до блеска внедорожник Амрана, я мгновенно потеряла над собой контроль… Засуетилась, затряслась, спеша найти себе занятие до того, как муж появится на кухне.

В это же время Зоя спокойно нарезала зелень, как будто вовсе не слышала шум машины за окном и не замечала происходящего со мной. Считая каждое свое дыхание, я пронеслась мимо нее, вцепилась в плетеную плоскую тарелку и принялась взволнованно выкладывать туда треугольники лепешки.

Кажется, все вокруг замерло, даже стук моего сердца, когда в коридоре раздались шаги. Буквально через пару мгновений дверной проем заняла высокая, широкоплечая фигура хозяина дома и я забыла, что делала. Все внимание сосредоточилось на Амране. В свою очередь синие глаза тоже нашли меня сразу…

— Добрый вечер, — произнесла я на одном дыхании, но так тихо, что муж, наверное, и не услышал.

Поэтому не ответил мне.

— Добрый вечер, дорогой! — приветливо воскликнула Зоя, тоже заметив присутствие племянника.

Бросив зелень, она поспешила снять фартук, прежде чем пойти к Амрану, но он направился к ней первым.

— Привет, — сдержанно поздоровался, приблизившись, и целомудренно поцеловал ее в щеку.

Женщина сразу обомлела. Я тоже немножко… Ведь при мне муж крайне редко проявлял подобную ласку к тете. И отчего-то внутри сразу пробежала догадка: он прекрасно видел ее тревогу и наверное решил таким образом успокоить. Надо заметить это сработало лучше любых слов.

Все мысли резко вылетели из головы, когда я поняла, что Амран не торопится идти к столу. Обойдя тетю, он начал приближаться ко мне…

— Как ты себя чувствуешь? — спросил муж, остановившись рядом и буквально парализовав меня своим цепким вниманием.

— Хорошо… — откликнулась я, не успев подумать.

Он задумчиво кивнул, а затем неожиданно сделал шаг и, положив ладонь на мой затылок, поцеловал меня в лоб. И я не отмерла даже, когда Амран отстранился с невозмутимым видом. Словно каждый день вот так меня целует.

Сердце ухало в груди, пока я провожала его спину потерянным взглядом. Пришла в себя лишь когда Зоя засуетилась возле плиты. Оказалось хозяин дома уже повесил пиджак на спинку стула, стоявшего во главе стола, и занял его.

Схватив тарелку с лепешками, я поспешила отнести ее, затем так же, не успевая поддаваться волнению, принесла Амрану тарелку с горячим лагманом. Поставила ее почти спокойно. Пожелала приятного аппетита и только когда отходила от стола, осознала, что сейчас он будет есть мою еду. Как будто успела опрометчиво забыть об этом!

Вставь за стойку, отделяющую кухню и обеденную зону, я принялась нервно перекладывать салфетки, украдкой поглядывать на Амрана. Он сразу приступил к еде, и как обычно был сосредоточен только на этом. А мне никак не удавалось избавиться от напряжения… И мысли в голове волновали: почему он спросил меня о самочувствии? Как будто утром муж действительно решил, что мне плохо.

И тут меня внезапно осенило… Я ведь не закрывала дверь комнаты. И очень крепко спала.

— Второе? — услышала вдруг предложение Зои.

Амран уже съел всю тарелку и, в ожидании откинулся на спинку стула. Бросив салфетки, я вновь поторопилась к столу. Однако когда взяла в руки пустую посуду, муж неожиданно велел:

— Налей еще.

Встретившись с синими глазами, я растерянно застыла, как будто он сказал что-то из ряда вон выходящее.

— Да… конечно, — наконец отозвалась и на автомате двинулась к Зое.

Думаю, она удивилась не меньше меня. И не столько тем, что Амран захотел еще попробовать еду, которую я приготовила, а то, что вообще попросил добавки. При мне он ни разу не пробовал дважды одно и то же блюдо…

Сама не знаю как, но внутри неожиданным образом разлилось ликование. И это окрыляющее чувство нарастало ежесекундно, поэтому поднося вторую тарелку, я волнительно прикусывала губу, которая норовила растянуться в улыбке.

— Понравилось? — по-доброму поинтересовалась Зоя, замерев у стойки со срещенными руками.

Я все-таки улыбнулась, а Амран наклонился к столу и вместо ответа поблагодарил:

— Спасибо твоим рукам. — Его тетя уже было раскрыла рот, да так и не издала ни звука. А муж продолжал со странным упрямством смотреть на нее, не торопясь браться за ложку. Затем внезапно уточнил: — Это ведь ты приготовила?

Он спросил абсолютно спокойно и без давления. Однако мне кажется, я никогда не видела Зою в такой растерянности. Она наверняка остро вспомнила мою просьбу, но ведь никаких обещаний не давала и теперь явно не знала, как поступить!

Что отразилось на моем лице, я и представить не могла… Особенно, когда ощутила на себе взгляд мужа. Внутренности неприятно сжались и, встретившись с его глазами, я потерянным молчанием уже выдала нас с Зоей.

В следующий момент, все внутри меня вдруг поддалась панике — я неосознанно отступила от стола и пугливо воскликнула:

— Я больше не буду!..

Колкая тишина воцарилась на кухне в тот же миг.

Лицо Амрана, будто высеченное из камня, не отразило никаких явных эмоций, чтобы я могла понять… хоть что-то. Но он продолжал так пристально смотреть на меня, что даже слабость прошла по телу. Зоя тоже не сводила с нас недоуменного взгляда. А в моей голове уже чего только не пронеслось: вот, сейчас тарелка с лагманом полетит на пол… Или муж встанет, пройдет к плите и беспощадно перевернет всю кастрюлю!

Этот напряженный момент закончил сам хозяин дома. Опустив взгляд, он плавно придвинул к себе тарелку, наполненную моей едой и… начал есть. Невозмутимо и со своим обычным аппетитом. Словно ничего не произошло. Словно я никакой глупости, за которую мне сейчас стало невыносимо стыдно, не ляпнула.