Ирландский воин - Крис Кеннеди

— Несносный ирландец…

Тут Финниан наконец остановился и объявил:

— Сделаем здесь привал, чтобы поесть.

Он по-прежнему оставался очень немногословным, и Сенну ужасно злило это его немногословие. Действительно, мог бы и поговорить с ней немного.

Пока Финниан собирал ветки, Сенна сидела у костра, мечтая о сне, который облегчит ей жизнь хотя бы на некоторое время. Когда же ирландец сел рядом с ней, она даже о сне забыла.

— Позвольте посмотреть ваши пальцы, — проговорил он отрывисто и потянулся к ней.

— Они зажили. — Она прижала руку к груди.

— Но, Сенна… — Сейчас он смотрел на нее с некоторым раздражением. — Сенна, почему вы…

— Великолепно зажили, — перебила она. Неужели это ее зубы так заскрипели?

— Что это было? — Ирландец осмотрелся.

Сенна пожала плечами:

— Наверное, еще какая-то птица. Вы же сами говорили, что некоторые из них живут на земле и вьют гнезда в скалах и других подобных местах.

Финниан пристально посмотрел на нее, потом поднялся на ноги и проговорил:

— Сейчас раздобуду какой-нибудь еды. А потом отправимся дальше.

— Сегодня ночью?! — изумилась Сенна. — Сегодня ночью мы снова будем идти?

— У вас был другой план? — Финниан нагнулся, чтобы поднять с земли лук. Сенна молчала, и он спросил: — Так чего же вы хотите?

Она пожала плечами:

— Поспать, наверное.

— Спать? Нет, еще рано. — Он провел рукой по гладкой дуге лука и отвернулся. — Для сна еще будет время.

— Финниан, куда вы собрались?

— На охоту. — Он шагнул под ближайшие деревья.

— Подождите! Я могу помочь! — крикнула Сенна. Почему он относится к ней так пренебрежительно, так бесцеремонно?! Почему… покидает ее?

Тут ирландец остановился, и его широкие плечи поникли, опустились. Медленно повернувшись к ней, он пробормотал:

— Что вы сказали?

— Я могу помочь. — Сенна указала на лук. — Охотиться…

Он пристально посмотрел ей в глаза.

— Правда? — Это слово, произнесенное очень тихо, отнюдь не звучало как вопрос; причем было очевидно, что он нисколько не обрадовался. — Что ж, тогда прошу вас, миледи. — Он изобразил галантный жест, как бы пропуская Сенну вперед.

И она, с надменным видом прошагав мимо него, проговорила:

— Не имею понятия, что означает это ваше… настроение, Финниан, но мне хочется, чтобы вы поняли, какая чесотка заставила вас вести себя так отвратительно.

Не успела она произнести последнее «о» в слове «отвратительно», как Финниан крепко схватил ее за локоть и прижал спиной к дереву.

— Чесотка, да? — Его глаза угрожающе сверкнули, и Сенна вспомнила, что в первую очередь он — воин. — Так вот, милая, именно вы — моя чесотка. Понимаете?.. — Он сжал ее локоть словно тисками. — Хотите, чтобы я пояснил? Хотите, чтобы намекнул? — От этих его слов у Сенны перехватило дыхание и закружилась голова. А Финниан, еще крепче сжав ее локоть, прошептал: — А сказать вам, Сенна, чего я хочу? — Он наклонился к ее уху.

«Говори же, говори, — думала Сенна, — иначе я умру от желания».

— Так вот, милая, я хочу ласкать все ваше тело. И я стану перед вами на колени, я буду молиться на вас — только бы вы мне не отказали.

При последних его словах ноги Сенны подкосились, но Финниан подхватил ее и, крепко прижав к себе, прохрипел:

— Я хочу познакомиться с вами поближе, Сенна. Вы позволите?

— О, Иисусе, — прошептала она.

— Можно ли провести рукой по вашим ногам? Можно узнать, влажная ли вы? Можно погрузиться в вас? Я хочу вас, Сенна, безумно хочу. А вы хотите этого?.. — Он снова заглянул ей в глаза. — Говорите же, Сенна!

Судорожно сглотнув, она прошептала:

— Да, Финниан, да… — И обняла его за шею.

Тут он крепко прижался к ней, и теперь в живот ей упиралась его возбужденная плоть. Сенна непроизвольно отпрянула, и это ее движение противоречило ее же собственным словам. Однако она по-прежнему обнимала Финниана за шею.

— Теперь понимаете?! — прорычал он.

— Да… — Она качнула бедрами.

— Хотите большего?

— Да, Финниан.

В следующее мгновение он прижал ладони к ее ягодицам и приподнял, а она тотчас же обхватила его ногами и крепко прижалась к его могучей восставшей плоти, теперь упиравшейся в ее лоно, туго обтянутое штанами.

Шевельнув бедрами, Сенна тихонько всхлипнула, а Финниан, прижимаясь к ней еще крепче, прорычал ей в ухо:

— Не двигайтесь.

Сенна тотчас же замерла. А ирландец, прижимаясь к ней бедрами, то и дело слегка вздрагивал, и она слышала его отрывистое хриплое дыхание и стук крови у себя в висках. Так они простояли с минуту, а затем он прошептал:

— Ну как, милая, чувствуете меня?

— Да, Финниан. — Она тихонько всхлипнула, и по телу ее прокатилась дрожь.

Тут он впился поцелуем в ее губы, и она, вцепившись пальцами ему в волосы, ответила на его поцелуй со всей возможной страстью. Внезапно он дернул за ворот ее рубашки, обнажив верхушки грудей, и Сенна тут же запрокинула голову и отвела назад плечи, предоставляя ему полный доступ к своим прелестям. Рука Финниана тотчас скользнула к ее грудям, и он принялся ласкать их и поглаживать. Когда же его горячие губы сомкнулись вокруг ее соска, Сенна снова всхлипнула и громко застонала. Финниан же, крепко сжав ладонями ее бедра, принялся скользить своей возбужденной плотью по ее обтянутому штанами лону. В какой-то момент ей почудилось, что тело ее словно взорвалось, и, содрогнувшись, ошеломленная своими ощущениями, она громко закричала — ничего подобного ей еще никогда не приходилось испытывать.

Когда же она наконец затихла, Финниан опустил ее на землю, но не отошел. И он по-прежнему обнимал ее, иначе она, возможно, рухнула бы в изнеможении на сосновые иголки под деревом.

Наконец Сенна, отдышавшись, отошла от него и в изумлении осмотрелась. Все вокруг выглядело вроде бы точно так же, как и несколько минут назад, а вот сама она… Ей казалось, что она совершенно изменилась, стала совсем другой, не такой, какой была до этого.

«Как странно… Неужели на это ушло всего несколько минут? — в смятении подумала Сенна. — Неужели за такое время можно так измениться?»

— Ждите у костра, — отрывисто бросил Финниан.

«Если я сниму с себя одежду и позволю вам взять меня, вы мне улыбнетесь?» Именно это ей хотелось сейчас сказать, но такой вопрос прозвучал бы слишком патетично, и Сенна сама на себя рассердилась. Ах, ну почему же в присутствии Финниана она становилась совершенно беспомощной?..

— Я не буду ждать у костра, — пробурчала она, глядя чуть в сторону и слегка вздернув подбородок; она напомнила себе, что следует сохранять хотя бы подобие достоинства. — Я тоже буду есть дичь, поэтому помогу вам раздобыть ее. Кажется, я уже говорила, что умею обращаться с оружием.