Иллюзия полета - Бьюла Астор

В первый день занятий Джун старалась выглядеть веселой, какой привыкли ее видеть ученики. Но за семь недель, прошедших с тех пор, как она покинула остров Ньюэлла, Джун ни разу не рассмеялась искренне. Она, конечно, о многом забыла за это время. Но неизменным в ней оставалось одно — страсть к Гордону Ньюэллу.

Когда она вошла в класс, его мужская половина изумленно уставилась на нее. Джун даже показалось, что юноши подталкивают друг друга ногами под партами, пораженные переменами в ней.

Урок пролетел, как обычно, очень быстро.

Собравшись выпить кофе, Джун направилась к выходу, но внезапно вздрогнула, увидев на лестнице Энди. Лишь на секунду смутившись, Джун смело пошла ему навстречу. Вид у него был унылый. Она сразу поняла, что он нервничает.

— Привет, Джун. — Он махнул ей букетом желтых роз.

— Привет, Энди. Не похоже на тебя. — Она указала на цветы.

Бледное лицо молодого человека стало пунцовым.

— Это тебе.

Джун намеренно взяла портфель и сумочку в разные руки, чтобы не принимать от него цветы.

— Энди, между нами все кончено.

Ухватив за локоть, он потащил ее к выходу.

— Джун, ты жестока! Ведь я извинился перед тобой. Неужели ты не можешь простить мне минутную слабость?

Минутную слабость?! Джун отдернула руку, стараясь не выходить из себя. В коридоре было полно учеников, ожидавших начала второго урока, и ей не хотелось устраивать сцену у них на глазах.

— Энди, я уже сказала, что простила тебя. Мне очень жаль, что у вас с Фэй ничего не получилось, но я не собираюсь залечивать твои раны.

Сейчас Энди был похож на побитого щенка, и она впервые заметила, насколько он зауряден. Она всегда считала его привлекательным. Но сейчас этот высокий худой мужчина с рыжими волосами был ей неприятен.

Джун вздохнула, надеясь, что больше никогда не будет сравнивать ни одного мужчину с неким эгоистичным плейбоем.

— Джун, — прервал ее мысли Энди, — ты так изменилась с нашей последней встречи. Стала более независимой, сильной… И меня влечет к тебе.

— Послушай, Энди. Таких «шикарных» женщин, как я, не оставляют на пороге церкви. Я не собираюсь совершать одну и ту же ошибку дважды.

— Это больше никогда не повторится, — произнес он умоляющим тоном.

— Дорогой Энди! Я больше не наивная простушка, которую ты чудовищно унизил. Я так возненавидела ту неудачницу, что решила измениться, и уехала из города, чтобы для начала разобраться в себе. И первое, что я поняла, — это то, что не следует стыдиться своих чувств. Кстати, то же относится и к тебе. Ведь ты не мог тогда поступить иначе — такой уж ты легкомысленный человек. А затем я постаралась избавиться от комплексов, которые развил во мне отец со своим властным характером. Фэй справилась с этим, покинув дом, а я осталась, стараясь угодить ему. Кроме того, мне нравится быть учительницей. Но сейчас я поняла, что больше всего на свете хочу растить собственных детей.

Когда Энди попытался что-то сказать, Джун, нахмурившись, прервала его:

— Только не говори, что это будут твои дети.

На лице Энди появилось трагическое выражение.

— Знаешь, я благодарна тебе за то, что ты сделал. Иначе я бы никогда не стала такой, как сейчас. Перед тобой та же Джун, только с чувством собственного достоинства. — Она вдруг поняла, что это самый главный урок, который преподал ей Гордон Ньюэлл. — И я счастлива, Энди.

— Должно быть. Счастье светится в твоих глазах.

— Спасибо, Энди. Я надеюсь, мы останемся друзьями. — Взглянув на часы, она пробормотала: — О, я должна идти.

Никто не мог лучше нее понять, каково сейчас Энди. Она отлично знала, что чувствует оставленный человек.

Джун солгала ему, по крайней мере, в одной вещи. Она вовсе не была счастлива. Да, она стала сильнее после встречи с Гордоном. Но сейчас она не жила, а существовала, стараясь совладать с неразделенной любовью. К счастью, Эффи была беременна, и Джун надеялась, что предстоящие радостные события на какое-то время отодвинут на задний план мысли о Гордоне Ньюэлле.