Скользкий лёд мечты - Ксения Вайсман

Наутро Лена проснулась от того, что Кирилл дергал ее за плечо и звал по имени.

— Что? Мы долго спим? — первое, что подумала Лена.

— Лена, я не знаю, что делать?! — говорил Кирилл, и девушка впервые в жизни увидела в его глазах неподдельный страх.

— Что? Что случилось?

— Такого раньше не было! Я не могу согнуть колено!

— Болит? — спохватилась Лена.

— Если бы! Я бы через боль! Я не чувствую! Не чувствую ногу вообще!

— Что?! Как не чувствуешь? Совсем? — переполошилась Лена.

— Кажется, совсем, — убитым голосом, отвечал ей Кирилл.

Лана подскочила на кровати и начал трогать его ногу.

— Так? Так чувствуешь?

— Нет, Лена. Никак…

— Все, я вызываю врачей!

— Нет! — вдруг закричал Штоколов.

— Как нет?

— Так! Я не хочу, чтобы все знали! Пресса пронюхает, не хочу, чтобы все знали, чего мне стоило это золото! Пусть все думают, что у меня все легко и играючи!

— Легко? Играючи?! Знаешь, что милый мой, можешь ненавидеть меня всю жизнь, но я не намерена слушать твой бред! Мне нужен муж с двумя ногами, а не с сохраненным тщеславием. Что такого? Пускай, пускай все знают, с каким коленом ты прыгал то, что прыгал! Да тебе еще одну медаль нужно — за отвагу! Все, не хочу слушать твой бред, а за врачом!

Штоколов даже не успел ничего ей возразить, как Лена выбежала из номера в одной ночной сорочке. Она вернулась минут через пятнадцать с врачом нашей сборной.

— Ну, что у вас тут Кирилл Юрьевич?

— Ничего, — отстраненно ответил Кирилл и отвернулся.

— Он только что говорил, что не чувствует ногу! Ну, что ты молчишь, Кирилл?! — с какой-то злостью на своенравность Штоколова, выпалила Лена.

Врач осмотрел Штоколова и задал только один вопрос: «Вы давно обкалываетесь обезболивающим?»

— Ну, год…

— Хорошо, что вы закончили свою триумфальную карьеру, поскольку теперь нам придется бороться не за то, чтобы каскады прыгать, а за то, чтобы вы просто ходили, — прямо высказался Владимир Романович.

— Значит так…, - задумчиво поджал губы Кирилл, словно ожидал услышать, что все в порядке, один укол, и он здоров, как лет пятнадцать назад.

— А что вы хотели? Вы знаете, зачем нужна боль? — спросил Штоколова врач.

— Не совсем понимаю смысл вопроса…

— Что такое боль? — перефразировал свой вопрос Владимир Романович.

— Ну, это неприятное ощущение…

— А зачем оно нужно?

— Не знаю, — пожал плечами Штоколов.

— Боль — это как сигнальная система, которая говорит вам о том, что с организмом что-то не в порядке. Но когда эти сигналы игнорируются изо дня в день, и мало того, заглушаются обезболивающим, рецепторы, передающие их, перенасыщаются и проще говоря, устают кричать о том, что что-то не в порядке, если на это не реагируют. Тогда рецепторы перестают воспринимать импульсы, идущие от мозга, а как следствие нарушается связь между мозгом и органом.

— Проще говоря, моему организму надоело терпеть боль, и он просто отключил беспокоящее место?

— Что-то вроде. Но это с одной стороны, а с другой, видимо то, что являлось болью в колене, тоже достигло своего апогея.

— И что нужно делать? — поинтересовался Штоколов.

— В первую очередь выявить причину постоянных болей, устранить ее и как следствие восстановится связь между мозгом, суставом и мышцами.

— И сколько на это потребуется времени?

— Сложный вопрос, поскольку мы не знаем, в чем причина. Я думаю от нескольких месяцев до полугода, а то и больше…, - пожал плечами Владимир Романович.