Ты для меня одна - Юлия Крынская

— Пообещай мне, что останешься дома, котёнок.

— Отнеси меня в постель дай мне обруч и персонайзер.

— Маруся, я не услышал ответ.

— Мне нужно поговорить с отцом, выполни мою просьбу.

* * *

Фрол

— А дома мы поговорить не можем? — лежу на столе отмятый после тренировки и делаю знак массажисту свалить в туман. — Дел сегодня много.

— Знаю я ваши дела, ­— фырчит ёжиком Маруся в трубку.

Неужели Рус нашёл силы отпроситься у каки-макаки? Я на неё всё ещё сердит за облом.

— Ладно, давай!

— На поляне за замком.

— Договорились, — обруч у меня теперь всегда под рукой.

Надеваю гаджет на голову, и тут же он превращается в корону. Вместо тесной комнатки я оказываюсь на подвесном мосту. Чёрный кожаный костюм с медвежьей шкурой на плечах, сапоги с пряжками, меч на боку. Эх, вот в какое время мне нужно было родиться. Иду, печатая шаг, на свидание с взбалмошной доченькой. Вижу её издалека. В игре она меняет цвет волос, как ей нравится. Сегодня решила предстать перед родительскими очами с огненно-рыжими кудрями. Синий бархат платья подчёркивает девичью талию. Дурит девка, но ничего. Скоро детки пойдут, успокоится.

— Принцесса Маруся, ты ли это? — приветствую я дочь. — Глазки опущены, букет из сельдерея в руках. Никак извиняться пришла?

— Папа, — топает ногой Маруся и пук травы летит в сторону. — Вот опять ты первый в драку лезешь!

— Я во всём первый. И, если ты помнишь правила дома, правый.

— Хорошо, — неожиданно смиряется Маруся.

Мы прогуливаемся по тропинке возле рва, окружающего замок. Аромат свежескошенной травы и цветов после запаха пота моих жеребцов в раздевалке на стадионе кажется небесной амброзией.

— Как у вас с Русланом? Мир и любовь? — съезжаю я на мирные рельсы.

— Да. Племянник его приехал, — Маруся берёт меня под руку, и я уже почти готов поверить в её чистые намерения. — Вылитый Рус.

— Он говорил про Луку. Хорошо, что приехал. Телохранитель молодой нужен в дом.

— Как девчонки?

— Как? Сама знаешь как! Мэл в Димона влюбилась, а он в неё нет. Еся с Варей втюрились в одного певца и вытребовали, чтобы я его на твою свадьбу высвистал. Ксюха развела меня на щенка рассел терьера.

— А ты чего?

— А чего я? Сегодня по пути заеду за собакой, певца завтра доставят под светлы очи Еси и Вари, а вот что делать с Мэл — не знаю. Заставить Димона полюбить Мэл я не могу.

— И не надо. Сам влюбится. Я помогу сестре.

— Буду весьма признателен.

— Сильно будешь признателен?

Останавливаюсь, и Маруся вытягивается возле меня в струнку.

— Говори, — понимаю, что сейчас полезут остальные козыри из дочкиного рукава.

— Ты, я слышала, хотел игру в султана и наложницу.

— Вот Марго болтушка, — смущённо смотрю на дочь. — Хотел.

— Тогда отмени мальчишник Руслана, — Маруся склоняет голову набок и пускает в ход унаследованный от меня взгляд с поволокой.

Зеркалю её, вложив в улыбку всё своё коварство. Будет знать, как папе лицензии выписывать.

— Нет, Марусь, это святое.

— Откажись!

— Нет, сказал. Я уже парней пригласил.

— Это наша с Русланом свадьба.

— А большой папа я!

— Медведь, ты! — глаза Маруси темнеют.

Я не успеваю понять, что происходит. Меня подбрасывает в воздух. Я обрастаю бурой шерстью, спина моя горбится, встаю на четвереньки. Кричу, пока речь не превратилась в рык:

— Превращай меня назад! Как я домой пойду?

— Могу велосипед наколдовать — поедешь!

Маруся хлопает в ладоши и исчезает.