Ты для меня одна - Юлия Крынская

Руслан

Смотрю на красную от ударов задницу притихшей Маруси и будто трезвею. Кладу ладонь на посечённую кожу, и моя принцесса вздрагивает.

— Извини, Марусь, но допекла ты меня сегодня конкретно. Бил я тебя без злобы, но для ума. Прости, если сделал больно.

— Да пошёл ты со своими соболезнованиями! — сползает с моего колена Маруся, утирая кулаком слёзы, и запахивает на себе разорванную рубаху. — Я корону потеряла, теперь пока не найду её, мне не выбраться отсюда.

— Эту? — встаю с колен и достаю из-за пазухи корону с синими сапфирами на коротких зубцах. — Наступил на неё на бегу. Потому и задержался. А почему тебя не выкинуло из игры, когда она слетела с головы.

Взгляд Маруси вспыхивают радостным светом.

— Спасибо! — выхватывает она корону у меня из рук. — Видишь ли, чтобы выйти из игры, её по своему желанию нужно снять.

— А если у человека такая беда случится, как с тобой? — надеваю ремень и прислушиваюсь к пьяным крикам из дома. Надо сматываться отсюда. Лоялен я только к Марусе. Одеждой разжился, свернув голову мужику, справлявшему нужду на углу дома. А, ворвавшись в амбар, с трудом подавил в себе желание горло прокусить горе-викингу.

— Я отслеживаю всех игроков в системе. И по таким растеряхам мне приходит уведомление. Помогаю им. Но себе-то я как помогу? Надо, конечно, доработать эту функцию, — Маруся морщится, держась за поясницу.

— Маленькая моя, иди булочки пожалею, — раскрываю объятья.

— Извращуга старый! — ворчит она. — То наручники, то ремень, что дальше?

— Дальше, валим отсюда, — я киваю на лежащего возле наших ног викинга. — Пока его дружки не вспомнили о товарище.

— Ты прав, — в кои-то веки соглашается Маруся, вздрогнув от одного лишь взгляда на него. — Гормоны нормально контролируешь? Лошадь мою не сожрёшь?

— Так может сразу отсюда катапультируемся? — мне не хочется, чтобы Маруся наткнулась ещё на одно тело. Неловко как-то за оборотня, поселившегося во мне.

— Мне надо посоветоваться с лошадью, — Маруся подпоясывает тонким ремешком рубаху, превратившуюся в халат.

Закатываю глаза от возмущенья:

— Советоваться нужно с мужем! — хватаю Марусю за плечи и прижимаю к шершавым брёвнам сруба. Свожу её запястья над растрёпанной коронованной головой.

Маруся презрительно щурится и часто дышит. Обхватывает пальцами мой прибор через ширинку:

— Вот замуж выйду и буду советоваться. А сейчас мне нужно поговорить с Жаклин. Не могу же я её бросить среди этих варваров.

— Лошадям, в отличии от невинных девушек, такие жеребцы очень даже нравятся, — веду по её солёной щеке языком, оставляя влажный след. — Живо домой, пока я тебе ещё не на поддал!

— Пусти меня! Что ты вытворяешь?

— Вытворять сейчас в спальне будем! Снимай корону, сказал.

Маруся, куксится, как в детстве и топает ногой.

— Ладно! Уговорил! — она подносит руку к голове, снимает корону и исчезает.

Я вытаскиваю кольцо из уха и открываю глаза в спальне.

— Пипец! — выдыхаю я, утирая лоб и стягивая с головы пластмассовую гадость.

Нужно её припрятать подальше. Поворачиваю голову, ища глазами Марусю.

Она сидит в кресле, как на троне. Злющая, но соблазнительная до дрожи. Упругие сисечки вздымаются под полотенцем при каждом вздохе от возмущения:

— Ты. Поднял. На меня. Руку. — чеканит Маруся.

Вскакиваю с кровати. Лишь бы не дать гневу взять надо мной верх. Кровь приливает к голове:

— Ты лежала, раздвинув ноги под здоровенным кабаном в амбаре! — срываюсь я на крик. — Не трахаешь тебя — плохо, трахаешь — опять недовольна. Зачем ты меня опять втравила в свои игры?

Маруся, склонив голову набок с усмешкой на губах наблюдает за моим беснованием.

— Если хочешь, — голос её сейчас, как мёд. — Я буду играть без тебя.

— Без меня? — в груди резко не хватает воздуха, и я понимаю, что нужно немного остыть. Так и инфаркт можно схлопотать.

— Без тебя, — Маруся закидывает ногу на ногу и покачивает носком.

Подхожу к ней, мысленно считая до десяти, и сажусь на корточки:

— Малышка, давай возьмём за правило. Как бы мы с тобой не разругались перед сном, миримся и ложимся спать в любви и согласии.

Глаза Маруси наполняются слезами:

— Ты меня побил!

— Это была такая игра, — улыбаюсь я ей, а перед глазами волосатая мужская задница, с приспущенными штанами, между Марусиных бёдер. Спокойно, Руслан, спокойно.

— Мне не нравятся такие игры!

— Услышал тебя! Мир? — протягиваю ей ладонь.

— Мир! — пожимает она мою руку.

Встаю и подхватываю Марусю из кресла.

— Девочка моя сладкая, — кладу её на постель и падаю рядом. Переплетаемся пальцами рук. — Люблю тебя больше жизни.

— Поцелуй меня, — просит Маруся. — Как сегодня днём целовал.

У меня снова перехватывает дыхание, но уже от желания.

— Предлагаю сегодня перейти на второй уровень, — тяну я полотенце за край и припадая губами к нежному соску. Втягиваю его в рот, ощущая, как он наливается крепостью.

Маруся издаёт протяжный стон и подаётся навстречу моему жадному рту.

— А сколько всего этих уровней? — хнычет она.

— Три, — тереблю языком второй сосок.

— А что входит в пакет услуг? — мурлычет она.

Прикусываю за грудь Марусю.

— Макака! — нависаю я над ней. — Ну вот почему ты не в мать?

— Потому что я в отца, — Маруся пальцами ног умудряется стащить полотенце с моих бёдер. — Можешь подождать четыре годика и вместо меня взять в жёны двух клонов Марго. Ты же всегда любил ложиться в постель с парочкой горячих девиц.