Неподходящий муж - Ребекка Хэган Ли

Данбридж со смехом потянулся за второй булочкой.

– Но не думаете же вы, что я в курсе всех слухов, гуляющих по городу. Или в состоянии судить об их достоверности.

– О достоверности этих слухов вы, несомненно, судить можете, – заверил его Джарред, сознавая, что игра в кошки-мышки входит в решающую фазу. – Я слышал, что имя человека, которого вы выбрали в качестве нового викария, – преподобный Филипп Тинсли?

– Правильно, – кивнул головой Данбридж.

– И что вам о нем известно? – спросил Джарред.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду именно то, что спросил. Вы выбрали этого человека по какой-то конкретной причине. Что вы знаете о нем? Что он собой представляет? – настойчиво произнес Джарред.

– Он человек, преданный своему духовному сану.

Джарред вздохнул с преувеличенным облегчением.

– Вот это приятно слышать.

– Почему? – поинтересовался Данбридж.

– Я слышал, что ему требуется гувернантка, – улыбнулся Джарред.

Данбридж пожал плечами:

– Этого можно было ожидать. В конце концов, преподобный Тинсли – человек семейный, женат, имеет троих детей. Двух мальчиков и девочку, насколько мне известно.

– Двух девочек и мальчика, – поправил Джарред. – Полли, Пиппу, Пола. В возрасте семи, пяти и трех лет.

– Вы уже знакомы с ними? – удивленно раскрыл глаза Данбридж. – И у вас есть кандидатура, которую я мог бы порекомендовать семейству Тинсли в качестве гувернантки?

– Нет, пока таковой не имею, – ответил Джарред. – Я только хотел узнать побольше о характере этого человека, прежде чем брать на себя ответственность рекомендовать ему подходящую гувернантку.

– Вы прекрасно информированы, – заметил Данбридж, – если принять во внимание, что преподобный Тинсли с семейством только что прибыл на место.

– Вот как? – приподнял брови Джарред. – Я так понял, что преподобный со своим семейством уже вселился в дом священника и приступил к исполнению своих обязанностей.

Лорд Данбридж склонил голову.

– Я снова убеждаюсь, что источники, из которых вы черпаете информацию, достойны похвалы. – Он еле заметно улыбнулся. – О чем бы я ни заговорил, оказывается, что вам это уже известно.

– Вы могли бы рассказать мне, что стало с прежними обитателями дома священника, – предложил ему Джарред. – Преподобный Экерсли был моим другом и учителем, и я бы хотел узнать о дальнейшей судьбе его дочери и свояченицы.

– А разве ваши источники ничего не сообщают вам на этот счет? – деланно улыбнулся Данбридж. – Готов принять поздравления. Мисс Экерсли помолвлена и скоро выйдет замуж.

– За кого? – Джарред изо всех сил пытался не выказать собеседнику своей неприязни.

– За меня, разумеется! – воскликнул Данбридж. Джарреду показалось, что сейчас он забарабанит себе кулаками по груди, как самец гориллы, или вскочит на стол и закукарекает петухом.

– Она и леди Данбридж – вдова моего покойного дяди – в настоящее время живут в моем загородном доме.

Данбридж вдруг подался вперед и, хихикнув, словно школьница, добавил: – Бьюсь об заклад, ваши источники не упомянули об этом ни слова.

– Нет, не упомянули, – подтвердил Джарред. Как, впрочем, и о фантастическом воображении Данбриджа и его способности переходить в мгновение ока от едкой враждебности к задушевной откровенности.

– Здесь все вполне благопристойно, – сказал Данбридж. – Ведь она моя невеста, и с ней леди Данбридж в качестве компаньонки – разумеется, до нашей свадьбы.

– А потом?

– Потом я поселю леди Данбридж отдельно и стану выплачивать ей содержание. Не потерплю, чтобы родственники беспокоили нас во время медового месяца и учили, как жить.

– Вполне справедливо, – сказал Джарред. – И когда же состоится это счастливое событие?

– В конце сезона.

– В конце сезона? – Джарред скрипнул зубами. – Но почему не в начале? К чему эта отсрочка?

– Она в трауре по отцу, – напомнил Данбридж. – И Браммел сказал, что свадьба такого уровня, как наша с мисс Экерсли, просто не может состояться прежде, чем истечет полгода.

– Вы советовались с Браммелом по поводу вашей свадьбы? – Размах фантазии Данбриджа просто потрясал.

– Конечно, – сказал виконт. – Браммел как раз и навел меня на мысль о женитьбе. Он сказал, что мне следует жениться и обзавестись наследником прежде, чем мои холостяцкие привычки возьмут надо мной верх. Вот еще неделю назад он снова говорил об этом.

– Снова?

– Ну, да, – подтвердил лорд Данбридж. – Впервые, еще несколько месяцев тому назад, он упомянул о том, что моя будущая жена непременно должна быть сельской жительницей. Он сказал, что лучше всего, если это будет хорошенькая простушка, которая станет смотреть на меня снизу вверх и с которой в то же время не стыдно показаться в обществе. Впрочем, она обязательно должна испытывать тягу к сельской жизни.

– Вот как? Он, в самом деле, сказал все это? – Джарред никогда не мог понять, что привлекательного находят в Браммеле принц-регент и прочие представители высшего общества. Сам Джарред считал Джорджа Браммела – Красавчика Браммела, как все его называли, – утонченным манипулятором, использовавшим свой ум и тонкий вкус, чтобы дурачить тех, кто не имел ни первого, ни второго.

– Но когда я заговорил с преподобным Экерсли на эту тему, он ответил, что не считает нас подходящей парой, поскольку его дочь мечтает выйти замуж за кого-то другого, – пожал плечами лорд Данбридж. – Я, разумеется, сперва решил обратить свой взор в ином направлении, но потом понял, что окажу услугу мисс Экерсли, если избавлю ее от мучительной участи страдать по человеку, который не отвечает ей взаимностью. – Виконт пристально уставился в глаза Джарреду, изучая его реакцию. – А когда преподобный Экерсли внезапно скончался вскоре после нашего разговора, я счел это хорошим предзнаменованием и подтверждением того, что стою на правильном пути. Я решил посвататься к мисс Экерсли, и, к моей великой радости, она ответила согласием.

Джарред изо всех сил старался сохранить на лице любезное выражение.

– И вы после этого снова советовались с Браммелом?

– Разумеется, – подтвердил Данбридж. – Браммел исключительный знаток хорошего тона, и он ближайший друг принца-регента. Мы надеемся, что его преосвященство архиепископ Кентерберийский совершит обряд венчания, а принц-регент будет посаженым отцом мисс Экерсли.

– Это большая честь, – пробормотал Джарред.

– Это вполне осуществимо, – разглагольствовал Данбридж. – Мы бы предпочли венчаться в Лондоне, в Вестминстере. Но, как вам известно, принц любит завершать сезон в Брайтоне.