Слабо влюбиться - Линда Джонсон

Виктор Неверящий… Буквально через два-три дня Аня сможет увидеть кумира молодежи… Невероятно! Пугающе невероятно! Сама Аня книгами Виктора не зачитывалась – не любила плохие окончания у историй. И так в жизни полно негатива, еще и в книгах читать, как все плохо закончилось, герои расстались и прочие «слезы-сопли». А вот однокурсницы Ани частенько обсуждали эти книги, с придыханием рассказывали о мастере пера, новом классике, таинственном авторе. Аня слушала, даже не надеясь когда-нибудь встретиться с таким талантом. В самом деле, где она, и где он.

Студентка, подрабатывавшая в местной газете, Аня с первого курса познакомилась с практической частью журналистской работы. И пока состоятельные однокурсницы бегали на свидания, покупали дорогую одежду и новые мобильники, Аня сидела в старых джинсах перед экраном компьютера, принадлежавшего соседке по квартире, и строчила или рерайтила статьи.

С Викой, миловидной брюнеткой из медвежьего угла, они снимали одну квартиру на двоих. Ну как снимали. Принадлежала квартира дальним родственникам Вики. И те сдавали ее за символическую плату. Все же родная кровь, пусть и не близкий родич. Так что Ане, считай, повезло: она платила чуть ли не в два раза меньше, чем обычно платят за съем квартир. А за «аренду» компа рассчитывалась домашками, которыми ее нагружала Вика. В общем, у каждой была своя выгода.

– Домой? – черные брови Вики поднялись и встали домиком. – А как же практика?

Аня положила на стол освобождение от практики, написанное Лостровым и подписанное куратором группы и деканом.

Вика смотреть не стала, только хмыкнула:

– Повезло.

О да. Ане повезло. И она искренне надеялась, что Антон не соврал: он действительно отвезет ее к Виктору Неверящему, а не отправит куда-нибудь в гарем.

«Он мне должен». Что такого Неверящий мог задолжать этому мажору? Как они вообще познакомились? И зачем Антону интервью? Аня чувствовала: в данной истории много вопросов, на которые у нее нет ответов. И ей хотелось как можно быстрее разгадать тайну Неверящего, посмотреть на него, услышать его голос. В общем, Аня была готова к рискованному путешествию.

– Совсем сбрендил? – Виктор не верил собственным ушам. Задание от Антона казалось невероятной издевкой.

– Ай-ай-ай, – хмыкнул тот, – писатель, а такие слова в речи использует. Если слабо, так и скажи. Я пойму.

Да, точно издевка. Вон и в глазах чертенята пляшут.

– Ты еще в постель мне ее подложи, – огрызнулся злой как стая бродячих псов Виктор.

– Она журналистка, работает в местной газете, между прочим. Не нужно путать ее со шлюхами.

– Я не даю интервью, – отрезал Виктор, поднимаясь из кресла.

– То есть слабо? – Антон продолжал сидеть в своем.

– Это не задание, это сводничанье. Сколько ты ей заплатил?

– Слабо или нет?

Только присутствие матери за стеной удержало Виктора от сочного русского мата. Да, звукоизоляция здесь была хорошей, но рисковать он не хотел. Мать не любила, когда ее «детки» матерились.

Виктор присутствовал на устроенном матерью мероприятии уже час, вежливо отшивал пытавшихся познакомиться с ним моделей и думал, под каким предлогом сбежать домой, когда Антон наконец-то решил рассказать суть задания. В отдельной комнате, усевшись в кресло, он сообщил, что Виктору нужно будет неделю прожить под одной крышей с молодой журналисткой. Та будет брать у него расширенное интервью для какого-то там глянцевого журнала.

Виктор послал бы нахального братца по всем известному маршруту, но его тщеславие так и вопило, что длившееся с детства соревнование просто необходимо выиграть. А потом можно с довольным видом объявить, что это было последнее задание, игра закончена, Антон проиграл.

– Не слабо, – ощерился Виктор. – Ты хоть предупредил ее, что ее ждет?

– И что же ее ждет? – насмешливо откликнулся Антон. – Вечно торчащий перед монитором писатель? И при этом пустой холодильник? Или деревья в парке возле дома? Нашелся маньяк. Ты женщин дальней дорогой обходишь…

Выслушивать гадости о себе Виктору надоело, он доковылял до двери, хлопнул ею и направился к выходу. Спасибо, братец, повод сбежать найден. Осталось только успокоиться… А дома – напиться. Он! В одном доме с женщиной! Неделю! Антон, сволочь!