Еще один шанс - Джоанна Дэнси

— Как я счастлив, что пришел в «Тауэр», — пробормотал Джеймс, нежно поглаживая ее руку. — Как хорошо, что меня бросила Кэти и что сегодня я дождался-таки тебя.

Кэти. При упоминании о ней Полли снова встревожилась.

— Что ты сказал ей?

— Что больше не люблю, — просто ответил Джеймс.

— Вы женаты? — спросила Полли.

Джеймс покачал головой.

— Кэти на мои предложения пожениться всегда говорила, что ей надо подумать. И детей она не желала. Все повторяла: это большая обуза. — Он немного помолчал. — А я мечтаю о семье. И о детишках. Ты хотела бы в один прекрасный день стать мамой, Полли?

При слове «мама» у нее защемило в груди. Слишком рано ей пришлось остаться без материнского тепла. Теперь же судьба как будто давала возможность самой обзавестись детьми — вместе с человеком, которого она так давно любила. Джеймс угадал, что своим вопросом всколыхнул давнюю боль, и сжал ее руку.

— Девочка моя, если ты позволишь мне быть с тобой, я сделаю все, что в моих силах, чтобы хоть отчасти возместить тебе заботу и внимание, которых ты так давно лишилась, — проговорил он тихо, словно боясь растревожить ее израненную душу. — А на вопрос о семье и детях можешь пока не отвечать. Не хочу торопить тебя и к чему бы то ни было обязывать. Сначала прости меня и попробуй мне доверять. Остальное придет со временем.

— Я хочу семью, — сказала Полли, собравшись с духом. — И мечтаю о детях, только… — Она замолчала.

— Что? — ласково спросил Джеймс.

— Только прежде я должна избавиться от страха, — призналась Полли полушепотом.

— Страха? — не понял Джеймс.

— Временами мне кажется, если рядом со мной появятся люди, которых я полюблю так же сильно, как любила маму и брата, их непременно отнимет новая беда, — еще тише произнесла Полли.

Джеймс прижал ее к груди, и Полли, как в детстве, почувствовала себя защищенной.

— Мы будем отделываться от этого страха вместе, — пообещал он. — Шаг за шагом, капля за каплей. И одолеем его, поверь.

Полли слышала, как громко стучит его сердце, и ни на миг не усомнилась в его словах.

— Мы нужны друг другу, Полли, — продолжал Джеймс. — Не зря судьба снова нас свела. Ты возродила мою веру в женщину, во все светлое и вечное, ради чего стоит жить. Ты простишь меня? Пусть не сейчас, позднее?

— Я уже простила тебя, — призналась Полли, вдруг осознав, что жизнь наконец вознаграждает ее за все былые горести и лишения.

— Правда? — Джеймс наклонил голову, взял Полли за подбородок и с обожанием заглянул в ее глаза. — Спасибо, девочка моя! Я… люблю тебя.

— И я тебя люблю, — одними губами произнесла она.

Он прижал ее к себе так крепко, что Полли показалось, она сейчас задохнется. И прильнул губами к ее губам. Казалось, прошла целая вечность, пока она наконец отстранилась и перевела дыхание.

— Мистер Гилленхол ждет меня и подыскал мне другое место, — напомнила она негромко.

— Позвони ему и скажи, что ты остаешься, — посоветовал Джеймс.

Полли пожала плечами:

— Мне как-то неудобно…

— Вот увидишь: он только обрадуется. Ну же, смелее.

Главный управляющий мгновенно поднял трубку.

— А! Красавица администратор! — радостно воскликнул Гилленхол. — Племянник сообщил мне, что у тебя все прекрасно! Очень за тебя рад!

— Спасибо, — пробормотала смущенная Полли.

— Когда выходишь из отпуска? — деловито поинтересовался он.

— Гм… Если можно, завтра. Впрочем, даже сегодня. Или… Когда скажете.

Гилленхол засмеялся.

— Остановимся на «завтра». Сегодня приходи в себя.

— А… как же?..

— Что? — спросил управляющий, делая вид, что не помнит о своем обещании устроить ее в другую гостиницу.

— Гм… Ничего. — Полли поймала на себе влюбленный взгляд Джеймса, и на душе у нее, несмотря на властвовавшую за окном осень, воцарилась весна. — Помните, вы сказали: чудеса бывают, надо только их дождаться? — вдруг спросила она.

— Конечно, помню, — ответил Гилленхол.

— Мой светлый час, кажется, настал.

— Мне тоже так кажется. — Управляющий снова засмеялся.

Эстер встретила гостью тортом из слоеного теста, начиненным сухофруктами и пряностями. Виктор был в командировке, но обещал приехать, как только сможет вырваться, чтобы повидаться с единственной дочерью.

Эстер с восторгом отозвалась о переменах во внешности Полли, а когда та поведала ей истинную причину, в изумлении закачала головой.

— Ну и история! Почти не верится. Чем же все закончилось? Тебя устроили в другой отель?

Полли загадочно улыбнулась:

— Не угадала. Я осталась в «Тауэре».

— А Джеймс?

— Мы с ним встречаемся. — Полли смущенно потупила взгляд. — А теперь… решили пожениться и приехали в Кардифф, чтобы пригласить вас на свадьбу.

— Полли! — Эстер вскочила со стула и раскрыла падчерице объятия. Та прижалась к ее груди и вдруг почувствовала, что эта женщина ей не чужая и переживает за нее всем сердцем.

Зря я так долго ее сторонилась, подумала Полли. И напрасно не приезжала к ним чаще. Может, это оттого, что, когда я была еще ребенком, во мне поселилась уверенность: я на земле одна. Теперь у меня есть Джеймс, а старые привычки в прошлом…

— Ты не представляешь себе, до чего я рада! — воскликнула Эстер. — Расскажи же все по порядку. Когда свадьба? Где будете праздновать? Кого планируете пригласить? — У нее оживленно блестели глаза, а с губ не сходила улыбка. Жаль, что у нее нет своих детей, невольно подумала Полли. Она была бы прекрасной матерью: веселая, добрая, всеми любимая…

— В подробности мы вас посвятим, когда соберемся все вместе, — сказала она. — Так решил Джеймс, а я с ним согласилась.

Эстер прикинулась обиженной:

— Я умру от любопытства.

Этот вечер они провели вдвоем. Полли долго рассказывала о своей лондонской жизни, а потом слушала новости Эстер. Ей было приятно находиться в отцовском доме, беседовать с женщиной, соединившей с ним судьбу, однако очень не хватало Джеймса, без которого в последнее время не могла прожить и дня.

Они встретились на следующее утро и отправились осматривать красоты его любимого города. А когда, утомившись от прогулки, зашли в ресторан, расположенный в Кардиффском замке, устроились за столиком и сделали заказ, Полли задумчиво поинтересовалась:

— А тебя не тянет на родину? Не хочется оставить Лондон и вернуться сюда?

Джеймс вздохнул:

— Бывает, хочется. Но я уже привык к Лондону, да и работа в «Тауэре» меня вполне устраивает. К тому же теперь я завишу не только от личных желаний. — Он подмигнул ей. — Моей невесте слишком дорог Лондон. И та должность, которую она занимает.