Право на любовь - Майя Бэнкс

Супруг приподнял ее лицо за подбородок и, заставив посмотреть в глаза, снова поцеловал Мейрин и ловко опрокинул ее на спину.

— Разведи ноги, детка, — пробормотал он хрипло и настойчиво.

Ошеломленная внезапным, неумолимым натиском, Мейрин послушно исполнила распоряжение и тут же испугалась еще больше: рука Маккейба проникла в потайной уголок, а палец… палец принялся вытворять нечто невообразимое.

Теплые губы скользнули по ее шее и замерли в ямке ключицы. Мэйрин почувствовала, как плечи и грудь неожиданно покрылись мурашками. Ощущение оказалось новым, очень странным, немного пугающим, но, что самое удивительное, приятным.

— Прости, милая. — В голосе Юэна послышалось искреннее сожаление. — Прости, но ничего не поделаешь. Так надо.

Мейрин нахмурилась и схватила мужа за плечи. Большое, неотвратимо надвигающееся тело обдало жаром. За что же он просит прощения? Непонятно. Разве принято извиняться в минуты любви?

Сначала она почувствовала между ног что-то очень большое, жесткое и безжалостное, но только спустя пару мгновений поняла, что происходит. Глаза беспомощно распахнулись, а ногти вонзились в плечи.

— Юэн!

— Прости, — снова шепнул он.

С силой муж подался вперед, и легкий чувственный туман, который еще секунду назад обволакивал ее прозрачной пеленой, уступил место резкой боли. Стрела пронзила тело насквозь и разорвала на части.

Мейрин вскрикнула и отчаянно забарабанила кулачками по плечам Маккейба. По щекам потекли слезы, но он тут же осушил соленые ручьи поцелуями.

— Тихо, тихо, девочка.

— Больно!

— Прости, — уже в который раз повторил муж. — Пожалуйста, не обижайся. Не могу остановиться, мы с тобой обязательно должны дойти до конца.

Он осторожно пошевелился, и кулачок Мэйрин тут же уперся в плечо. Не иначе как этот огромный дикарь собрался разорвать ее! Другого объяснения и быть не могло.

— Не бойся, ничего страшного не случилось, — шепотом успокоил Юэн. — Потерпи немного, сейчас боль уйдет.

Он отстранился, и Мейрин поморщилась от неприятного ощущения: тело сопротивлялось, как будто не хотело отпускать то, что варварски проникло внутрь. Но вот Юэн снова толкнул и наполнил собой.

Из-за двери донесся громкий крик. Мейрин застыла в испуге, а Юэн тихо выругался и принялся ритмично двигаться. Она лежала, с трудом удерживаясь на поверхности сознания, не в силах справиться с неприятным ощущением чужеродного вторжения. С каждым мигом оно становилось все острее и почему-то вызывало горькую обиду.

Еще несколько раз Маккейб с бешеной силой вонзился в глубину существа, а потом замер в неподвижности. Лишь сердце стучало оглушительно громко и мчалось куда-то с невероятной скоростью.

Но вот он молча отстранился, быстро поднялся и начал торопливо одеваться. Теперь Мейрин лежала в полном одиночестве — раздавленная, разбитая и униженная. Неожиданно стало очень холодно, а между ног отвратительно сочилось что-то липкое.

Юэн поспешно натянул сапоги и вернулся к кровати. Склонился и обнял. Может быть, хотя бы теперь удастся услышать несколько теплых, ласковых слов? Но супруг молча взял ее на руки, на миг прижал к груди, а потом отнес к камину и посадил на скамейку.

Мейрин с недоумением наблюдала, как он сорвал с постели простыню, расправил и внимательно посмотрел на кровавое пятно. Бережно свернул трофей и виновато пожал плечами:

— Мне пора, милая. Сейчас пришлю на помощь кого-нибудь из опытных женщин.

Супруг удалился и захлопнул за собой дверь, а новоявленная леди Маккейб осталась неподвижно сидеть там, куда он ее посадил.

Правда, сидеть пришлось недолго. Не прошло и нескольких минут, как в комнате появилась Мэдди и чуть ли не с порога принялась сочувственно уговаривать:

— Ну-ну, милая, не переживай, все самое страшное уже позади. — Она ласково обняла ее за плечи. — Что-то ты очень бледная, да и глаза испуганные. Сейчас пошлю за горячей водой. Ванна в таких случаях — лучшее лекарство.

Стыд и унижение не позволили задать ни одного из роившихся в голове вопросов. Мейрин сидела, не в силах шевельнуть пальцем, и равнодушно слушала доносившиеся со двора звуки: сначала раздавались короткие энергичные крики, а потом их заглушил стук сотен копыт, очень похожий на раскаты грома.

Взгляд упал на растерзанное платье. Дикарь разорвал пополам восхитительный свадебный наряд. Казалось бы, после множества необъяснимых событий этого дня потеря платья должна была показаться сущей мелочью. Однако на глаза навернулись слезы и, прежде чем Мэйрин удалось взять себя в руки, постыдно потекли по щекам.

Мэдди отошла, чтобы привести в порядок разоренную кровать, а потом принялась ходить по комнате, хотя было ясно, что делать здесь особенно нечего.

— Пожалуйста, — взмолилась Мейрин, — позволь мне остаться одной.

Служанка посмотрела с сомнением, но как только госпожа повторила просьбу, неохотно повернулась и вышла. Мейрин долго сидела, обхватив руками коленки, и неподвижно смотрела в огонь, а потом встала и медленно побрела к умывальной чаше, чтобы привести себя в порядок. Смыла липкую субстанцию, забралась в чистую постель и свернулась калачиком, слишком измученная и разочарованная, чтобы беспокоиться о такой мелочи, как неотвратимое наступление армии Дункана Кэмерона.

Юэн повел войско к вершине холма, а оттуда вниз по склону, к южным границам своих земель. Братья ехали рядом. Часовые то и дело приносили тревожные известия: враг уверенно наступал.

Планировать неожиданное нападение было уже некогда, да Юэну и не хотелось использовать преимущество первого удара. За ним следовала вся армия, за исключением небольшого отряда, оставшегося в замке, чтобы обеспечить безопасность стариков, женщин и детей. В том, что Кэмерон попытается взять числом, сомнений не оставалось, но отлично обученные и беззаветно преданные воины Маккейба не страшились трудностей и рвались в бой.

— Они уже совсем близко, за следующей грядой, — доложил только что вернувшийся из разведки Гэннон.

Юэн мрачно улыбнулся. Отлично! Значит, отмщение уже близко.

— Так встретим же гостей на следующем подъеме!

Аларик и Кэлен с готовностью подняли мечи. Заметив сигнал к атаке, бойцы отозвались воинственным кличем. Маккейб пришпорил коня и первым понесся сначала вниз по крутому склону, а потом к следующей вершине. Остановился лишь на гребне горы и посмотрел вниз, на зажатую в узкой долине армию противника.

Тренированный взгляд скользнул по всадникам и цепко выхватил главного врага. Дункан Кэмерон, в полном боевом облачении, гордо возвышался в седле.

— Кэмерона оставьте мне, — во всеуслышание распорядился вождь и искоса посмотрел на братьев. — Что ж, пожалуй, пришла пора решительных действий.

— Всех уничтожить? — тихо уточнил Аларик.