Огонек надежды - Лора Патрик

Измученная и опустошенная, невероятно уставшая Кэролайн опустила ноги на пол и побрела в гостиную. Рухнув на диван, она молила Бога, чтобы Фернандо ушел и оставил ее в покое. Она не хотела его видеть.

Кэролайн не слышала, как он вошел в гостиную, и заметила Фернандо только тогда, когда он нечаянно задел кресло, стоявшее у окна.

— Ты в порядке? — спросил Фернандо, заметив, что Кэролайн смотрит на него.

В порядке?! Да как у него только язык повернулся задать такой вопрос сейчас?!

— Да, все хорошо, — тем не менее ответила Кэролайн. — Насколько это возможно в моем положении, — добавила она чуть слышно.

— Кэролайн, мы не должны… — Фернандо запнулся. — Нам не следовало бы… — Он умолк.

В первый раз Кэролайн видела его неуверенным и растерянным.

— Чего не следовало, Фернандо?

Он отвел глаза в сторону.

— Заниматься любовью так.

— Разве это любовь? — печально заметила Кэролайн. — Знаешь, как это называется? «Перепихнуться по-быстрому», вот как.

Фернандо нахмурился.

— Так зачем ты умоляла меня сделать это?

Кэролайн резким движением отбросила волосы с лица.

— Неуместный вопрос. Так получилось.

— Ну-ну! — Он посмотрел на ее живот. — А какой срок?

— Я все равно сохраню ребенка, — вызывающе ответила Кэролайн. — И тебе не удастся переубедить меня!

Фернандо не сразу понял, что Кэролайн имела в виду, но, когда понял, вспыхнул от негодования.

— Ты что, действительно думаешь, что я стану это делать? Переубеждать тебя? Зачем ты так говоришь? Чтобы оскорбить или обидеть меня? Пойми, я просто был шокирован новостью, которую ты мне сообщила. Я растерялся, ты застала меня врасплох.

— Мы оба растерялись, — согласилась Кэролайн. — Это естественно. Но я не хочу, чтобы ты считал, будто это… ловушка.

— Да мне и в голову такое не приходило! — возмутился Фернандо. Он посмотрел на ее побледневшее от напряжения лицо. Как ему хотелось сейчас обнять, успокоить Кэролайн! — Ты мне так и не сказала, какой срок.

— Восемь недель, — ответила она и улыбнулась, поняв, как Фернандо начал подсчитывать в уме. — Это, должно быть, случилось в Париже, — подсказала она. — Да какая теперь разница где! Я только хочу, чтобы ты раз и навсегда усвоил: я ни за что не прерву беременность и буду рожать. И смогу сама воспитать ребенка.

— А я?! — разозлился Фернандо. — А как же я?! Ты, я вижу, уже все распланировала на годы вперед! А для меня в твоем сценарии нашлась роль?! Хотелось бы знать, какая?!

— Ты сможешь принять участие в его воспитании, как сам посчитаешь нужным, — спокойно глядя ему в глаза, ответила Кэролайн.

— И это все, что ты хочешь? — поразился Фернандо.

Кэролайн промолчала. Конечно, она хотела не этого. Но то, чего она действительно хотела, было нереальным. Счастливая семья, Фернандо в роли мужа и отца — разве такое возможно? Он никогда не заговаривал с ней об этом, не намекал, что подумывает о создании семьи. А сейчас, даже если он и предложит выйти за него замуж, она не примет такого «подарка». Зачем? Чтобы потом всю жизнь мучиться осознанием факта, что он женился на ней только из чувства долга?

— А чего большего я могу желать при такой ситуации? — не скрывая горечи спросила Кэролайн.

Сердце Фернандо сжалось от боли. Он понял, насколько трагично сложились для нее обстоятельства: каково было Кэролайн обнаружить, что она беременна, решиться рассказать ему об этом, выслушать его безумные подозрения, когда ни в чем не виновата?

— Сварить тебе кофе? — растерянно спросил он.

— Я не хочу, — прошептала Кэролайн.

— Нет, тебе просто необходимо подбодриться, — настаивал Фернандо. — Извини, но ты выглядишь ужасно!

У нее не было сил препираться, по правде говоря, она действительно чувствовала себя отвратительно.

Фернандо сварил кофе и разливал его по чашкам, когда из гостиной донеслись какие-то странные звуки, а затем громкий крик Кэролайн. Стремглав он бросился в гостиную.

Кэролайн стояла, согнувшись, обхватив руками живот, и стонала.

В один прыжок Фернандо оказался рядом с ней.

— Кэролайн, дорогая!

Она взглянула на него полными боли глазами.

— Что, что с тобой?!

— Я… — Кэролайн с ужасом смотрела на свои ноги, по которым тоненькими струйками сочилась кровь. — Фернандо! Как больно! Ужасно больно! Помоги! — прошептала она. — Пожалуйста, помоги…

Фернандо бросился к телефону и молниеносно набрал номер «скорой».

— Что ты делаешь? — превозмогая боль, спросила Кэролайн.

— Вызываю «скорую».

— Я не хочу в больницу.

— Кэролайн, без капризов. Так надо! — строго отрезал Фернандо. Объяснив диспетчеру, что случилось, и продиктовав адрес, он положил трубку. — «Скорая» уже выехала. Позвать Норму?

— Да.

— А она знает? О ребенке?

— О каком ребенке?! — Кэролайн забилась в истерике. — Не будет никакого ребенка, тебе не ясно?! Нет, я ей еще ничего не говорила.

Норма влетела в квартиру одновременно с врачом и санитарами, несшими носилки. Она бросила взгляд на лежащую на диване сестру и, стиснув кулачки, разъяренной фурией накинулась на Фернандо:

— Что случилось?! Что ты с ней сделал?!

— Твоя сестра беременна, — ответил он, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить в ответ.

— Ублюдок! — прошипела Норма.

— Норма, — слабо позвала Кэролайн, — Норма, не надо…

— О, Кэрри! Дорогая, что с тобой?

— Думаю, выкидыш. Норма, я, кажется, потеряла ребенка. — Произнесенные вслух страшные слова окончательно сломили Кэролайн, и она разрыдалась.

— Перекладывайте на носилки, — приказал врач санитарам, быстро осмотрев Кэролайн.

Она замотала головой.

— Нет-нет, я сама!

— Кэролайн! Или тебя положат на носилки, или я на руках понесу тебя до больницы, — вмешался Фернандо. — Так как?

Непреклонные нотки в голосе Фернандо заставили ее подчиниться.

— Ваш муж…

— Он мне не муж, — перебила врача Кэролайн.

— А ваш… э-э-э… друг, — врач взглянул на Кэролайн, затем на Фернандо, — он поедет с вами?

Кэролайн заглянула в синие омуты глаз Фернандо, но не увидела в них ничего. Господи! Да он просто и не хотел быть отцом, ему не жаль их ребенка! Так и незачем ему присутствовать там, где ребенок — их ребенок! — погибнет. После чистки!!!

— Нет! — резко ответила Кэролайн. — Пусть со мной едет сестра.