Огонек надежды - Лора Патрик

Кэролайн стояла у входа в зал отлета, и настроение ее было ужасным. Она надеялась, что сумеет с достоинством, не задавая вопросов о следующей встрече, расстаться с Фернандо, но это оказалось неимоверно трудно. Впрочем, даже если бы она, презрев гордость, и спросила его, что он ей ответил бы? В лучшем случае сказал бы «прощай» и поцеловал.

Фернандо нежно дотронулся губами до щеки Кэролайн.

— Тебе понравились Афины? — шепнул он.

Афины… С тем же успехом Фернандо мог спросить о любом другом городе мира, так как Кэролайн не видела ни одной достопримечательности. Правда, их осмотр и не входил в предложенную Фернандо программу, но все же…

Кэролайн улыбнулась, пытаясь под улыбкой скрыть отчаяние. Возможно, она видит Фернандо в последний раз.

— Сам знаешь, что да.

— Знаю? Да нет, просто надеюсь, моя колдунья.

Кэролайн не выдержала и вспылила:

— Я не твоя колдунья!

Объявили посадку на ее рейс. Фернандо тяжело вздохнул. Как же быстро пролетели два дня!

— Фернандо, мне пора…

Он нежно прикрыл ее рот ладонью.

— Послушай, Кэролайн. Я на несколько недель уезжаю в Вену. Поедешь со мной?

— В Вену? — переспросила она, и радостная улыбка осветила ее лицо. — Знаешь, Фернандо, я всю жизнь мечтала увидеть Вену!

Вена, Амстердам, Милан, Брюссель…

Кэролайн сопровождала Фернандо во всех поездках по этим восхитительным городам, однако оба всякий раз неизменно возвращались каждый к себе домой. Кэролайн приняла правила игры, которые казались ей унизительными, но отступали на задний план перед ее всепоглощающей любовью к Фернандо. С нетерпением ожидая следующего звонка любовника и приглашения в очередную поездку, Кэролайн старалась до предела загрузить себя работой, чтобы не оставалось времени на горькие раздумья. Да и деньги были не лишними, хотя Фернандо буквально осыпал ее подарками.

На Рождество, например, он преподнес испанско-английский словарь, чем несказанно удивил Кэролайн. В книгу была вложена записка:

«Кэрри! Учи каждый день по несколько слов и при встрече похвастаешься своими успехами. Фернандо.»

Кэролайн прилежно изучала чужой язык, но поскольку он давался ей с трудом, в конце концов решила схитрить: запомнила столько слов, сколько, по ее мнению, ей потребуется при следующей встрече с Фернандо. И только одно слово было для нее запретным: «любовь». Кэролайн наложила на него табу со всей решимостью, на какую была способна.

Из Парижа Кэролайн вернулась под сильным впечатлением от встречи с Фернандо. Он снова преподнес ей подарок — очередной гарнитур, на этот раз нежно-зеленого цвета.

— Сколько можно! — воскликнула она, когда открыла торжественно врученную Фернандо коробку и увидела эти невесомые предметы. — Ты уже столько их подарил, я могу открывать магазин дамского белья!

Фернандо озорно улыбнулся и принялся натягивать на Кэролайн микроскопические трусики, с восторгом представляя, как через некоторое время будет снимать их с нее.

— Еще недостаточно, дорогая! Я хочу, чтобы каждому дню в году соответствовал свой гарнитур.

Кэролайн судорожно начала подсчитывать, сколько же уик-эндов ей пришлось бы провести с Фернандо, чтобы надеть каждый из подаренных им гарнитуров хотя бы раз.

Она прилетела в Париж вечером, Фернандо, прилетевший утром, встречал ее в аэропорту. Кэролайн почувствовала его возбуждение уже в такси, когда Фернандо, не обращая внимания на водителя, нетерпеливо сжал ее в объятиях.

— У меня сегодня были важные переговоры, но я сидел как на иголках, потому что считал минуты до встречи с тобой, — пробормотал он в перерывах между страстными поцелуями.

Кэролайн, поддразнивая его, закинула ногу на ногу, и с удовлетворением услышала, как дыхание Фернандо стало прерывистым. Руки его скользнули под юбку.

— Как не стыдно! — со смехом пожурила его Кэролайн.

— Ужасно стыдно, — согласился Фернандо, улыбаясь во весь рот. — Но я ничего не могу с собой поделать, — пожаловался он.

Они провели вечер, ночь и утро в постели, и только после ланча, который им принесли в номер, отправились на прогулку по городу. Кэролайн выразила желание увидеть Париж с высоты птичьего полета, и Фернандо повел ее к Эйфелевой башне.

Увидев огромную очередь к лифтам, поднимающим людей на верхнюю площадку, Фернандо ужаснулся и взмолился:

— Кэролайн, может быть, не стоит тратить на это время?! Что ты увидишь с верхотуры? К тому же видимость, кажется, не слишком хорошая… Мне, например, больше по сердцу побыть с тобой наедине.

Но Кэролайн затрясла головой.

— Да ты что! Когда еще я смогу побывать в Париже? А быть в этом городе и не подняться на Эйфелеву башню… Нет уж! К тому же мне очень интересно наблюдать за людьми в очереди. Сразу становится ясно, кто здесь с кем.

— Ты это о чем? — не понял Фернандо.

Кэролайн усмехнулась.

— Посмотри, как отличаются мужчины, приехавшие сюда с женами, от тех, кто здесь с любовницами.

Фернандо нахмурился.

— Кэролайн, я тебе уже говорил, что мне не нравится это слово. Оно слишком… старомодно.

Кэролайн наивно похлопала ресницами, хотя в душе ликовала. Путешествуя с Фернандо по разным городам, где они оба были чужестранцами, Кэролайн могла вести себя так, как ей хотелось. Здесь они были на равных.

Уик-энд пролетел так же, как и все предыдущие, мгновенно, и Фернандо, как всегда, очень не хотелось расставаться с Кэролайн.

— Терпеть не могу эти залы отлетов, — грустно сказал он, когда они прощались в аэропорту. Сначала должна была улетать Кэролайн, рейс Фернандо был через час.

— Я тоже от них не в восторге. — Кэролайн постаралась улыбнуться. Пусть в памяти Фернандо она останется улыбающейся. — Но мне пора. Уже объявили посадку на мой рейс. Ты позволишь мне идти?

Фернандо неохотно убрал руку с ее талии, но не двинулся с места, пока Кэролайн не исчезла из виду…