Диагноз: Второй шанс - Джулия Рэйвен

Что, черт возьми, происходит? Ни одной разумной мысли в голове не было. Сплошной фоновый звук в ушах, который только раздражал. С каждой секундой все сильнее и сильнее. 

Моя истерика иссякла, и я лишь нервно всхлипывала, обдумывая дальнейший план действий. На короткий миг я ощутила себя беспомощной и уязвимой, когда поняла, что мои дети в опасности, и я не знаю, как им помочь. Что я натворила? Из-за меня моих дочек похитили… Нужно было следовать указаниям Глеба, а не бегать по лесу вместе с Демьяном. Мда, только поздно уже сожалеть и побиваться. Нужно что-то придумать...

Нервный ход моего мыслительного процесса прервал Глеб.

— Я поменяю тебя на дочек, — хладнокровно повторяет муж, продолжая смотреть перед собой на дорогу. Его невозмутимый вид, слегка растрепанные волосы… ух, как он меня сейчас нервировал. То, как он себя ведет. Как говорит, будто это я виновата во всех бедах нашей планеты. А он, мученик, всего лишь неудачно женился на мне.

Первый раз я пропустила мимо ух сказанные слова Глеба. Надеясь, что ослышалась, что это аудиальная игра слов после пережитого. Но увы. Это все правда. Мой слуховой аппарат меня не подвел.

Правильно говорят: “Родной человек убьет с первого раза, он в идеале знает твои слабые места”. Вот и Глеб знал, как побольнее меня ударить. Он знает, что ради дочек я пойду на все.

Со свистом выдыхаю. В душе резко похолодело, словно огромный айсберг растаял внутри, и ледяная вода расползлась по венам вместо крови.

Зудящий вкус горечи в пересохшем рту выдает мою обиду и разочарование в муже. Нет, его вариант предложенный в сердцах — идеальная возможность спасти дочек. Я бы и не такое согласилась ради них. Жестоко, но другого выхода сейчас нет. Но вот с каким цинизмом Глеб это все объявил, выбивает весь воздух из легких. И я едва слышно проговариваю:

— Хорошо.

В горле неприятно першит, я подношу кулак к губам и прокашливаюсь.

— Хорошо? — муж удивленно поднял бровь, кидая на меня мимолетный взгляд. Он опять смотрит на дорогу, но его мнимое спокойствие уже висит на волоске от страшного взрыва. Это заметно по мелким деталям: то как потяжелело его дыхание, как громко он сглатывает слюну. 

— И это все, что ты скажешь? — скептично протягивает Глеб, словно дает мне шанс исправить неправильный ответ.

— Да, Глеб, это верное решение, — заключаю, раздраженно передергивая плечами. — А что нет так? Я не прощу себе, если с близняшками что-то случится. Чтобы их спасти - мне нужно вернуться к Артуру? Да без проблем. Дочки — самое дорогое, что у меня есть.

— То есть, — в голосе Глеба проскакивают ядовитые нотки, — когда ты трахалась с Демьяном,  ты тоже думала о них? — со злой ухмылкой кидает мне. 

Как он догадался? Не думаю, что Демьян в подробностях о таком рассказал.

На мой недоуменный взгляд, муж кивает в район груди.

— У тебя вся шея в засосах. Боже, Юля, какая же ты дура.

Возмущение пробирает до костей. Я судорожно вдыхаю и чисто на эмоциях одариваю Глеба звонкой пощечиной. Он непроизвольно дергается,  пытаясь удержать руль в прежнем положении. 

Я с удовольствием замечаю, как красное пятно расползается по лицу мужа, и он потирает ладонью пылающую щеку.

— Правда глаза колит? — хмыкает Глеб насмешливо, цепко следя за моей реакцией. — Неприятно слышать, что ты похотливая девка? — он продолжает кидать колкие издевки.

Следующую пощечину муж успевает перехватить, больно сжимая моё запястье, и сразу же отпускает с брезгливым выражением лица.

— Даже противно к тебе прикасаться после такого… Не знал, что ты так слабка на передок.

Что? Он еще смеет меня упрекать таким?

— Мне Демьян все рассказал! — выпалила я без раздумий, игнорируя его гневные оскорбления. Пелена слёз опять застилает глаза, но я быстро промаргиваюсь, чтобы опять не зареветь. 

— Да? Как интересно. И что он тебе рассказал?

— Всю правду! — мой голос срывается на истерический крик, перепрыгивая несколько октав вверх. Даже стыдно оттого, как пискляво он звучит. — И про его якобы пропажу, и про то, почему ты женился на мне!

— Ничего себе? Благородный Демьянушка излил грешную душу. И что дальше? 

— То есть, ты даже отрицать не будешь? — меня до глубины души поразило его безразличие, пропитанное ледяными нотками.

— Ты как всегда права, любовь моя, — невозмутимо отвечает Глеб, уверенно водя машину. —  Оправдываться я не буду.

Я вглядываюсь в его красивый профиль, и моё горло сдавливает невидимым лассо, перекрыв доступ кислорода. Я беззвучно открыла рот в попытке  урвать хоть чуточку спасительного воздуха и переварить услышанное. Мне нужно отвлечься. Стеклянным взором я уставилась на освежитель в виде зеленой елочки.

Загипнотизированная его ритмичными покачиваниями, я уже не разбирала слов Глеба. Он что-то говорил, говорил, но мне было все равно.

Я погрузилась в круговорот воспоминаний и умозаключений. Семь лет, семь долгих лет я просто была ключевым моментом в его изощренной мести. Столько использованных жизней на его счету….